Сходили за грибочками

– Ну что, Надежда, нашли вчера полянку-то, какую я посоветовал?
– Нашли, Семёныч, быстро нашли.
– Набрали?
– Да, два ведра белых, как ты и обещал.
– В твоём голосе слышу что-то: сарказм, издёвка?
– На обратной дороге заплутали, в болото попали да в горелый лес.
– Ты что-то путаешь, Надежда. Там лес лесом назвать сложно, лесок семьсот метров в ширину да полтора километра в длину, и нет там ни болота, ни горелого леса.

***

   Дело было в начале 80-х. Про сотовые телефоны даже в журнале «Наука и жизнь» ещё не писали.

   Сосед раскрыл маме тайну, где белых грибов набрать.

   Городок у нас небольшой, сразу за последними сараями – лес; за грибами в этот соседний лесок и ходили. В получасе езды на авто от нашего города – другой город, их соединяет основательная асфальтовая дорога в две полосы, а поперёк проходит железная дорога, и в соседнем городе есть большая железнодорожная станция. Поезда ходят часто. Сплошная цивилизация.

   Время терять было нельзя. Народ объявил грибную охоту: кто не успел, тот опоздал. Вот и было решено проверить поляну тем же днём, после маминой работы. Одним словом – вечером. Знали ведь, что вечером в лес ходить – лешего злить, но мы никогда много белых грибов не находили, а очень хотелось полакомиться именно белыми. Да и темнело поздно, начало августа ещё.

   Согласно соседской схеме, накарябанной на тетрадном листке, в лес вошли метрах в ста от последнего придорожного строения. Там хорошо видна была колея по траве, проложенная несколькими автомобилями. В лесу было тенисто, солнце уже склонилось за сосны, но видно было хорошо. Мы торопились успеть до сумерек. Полянка находилась совсем рядом с колеёй, метрах в трёхстах от асфальта. Заблудиться мы не боялись, хоть в этой стороне леса были впервые. Всё рядом: дорога, поезда, строения – столько ориентиров, чего бояться?

   Грибы были. Собрали два ведра, по ведру у каждой. Добирали до верха уже в сумерках. Собрались уходить, стали в потёмках искать колею. Мы же на одном месте топтались, вот тут она должна быть, а её нет.
 
   Обошли полянку – кругом кусты, выхода к колее так и не нашли. Услышали шум проезжающего по дороге автомобиля, по нему сориентировались, пошли напрямик по лесу. Лес у нас сосновый, светлый, валежника нет, идти легко даже с вёдрами.

   Недолго шли, смотрим – осока и влажность под ногами. Уткнулись в болотце, надо повернуть назад да обойти. Назад повернули, а там ещё более мокрое болото. Кругом пошли и поняли, что мы на острове, осока кругом и вода с ряской. Уже солнце почти село, в полутьме видно плохо. Вот тут мы поняли, что попали.

   Мне было лет 18 – комсомолка, красавица. Выросла я на бажовских сказах.
   Видимо, это сработало, и начала я вслух с кикиморой говорить, её молить и просить: «Кикиморочка, дорогая, пропусти нас, пожалуйста! Мы же тебе плохого ничего не сделали: цветы не рвали, мусор не кидали. Прости, что потревожили, пропусти, умоляю, милая! Кикиморочка-красавица, прости-пропусти!» – и кланяюсь в пояс, глядя в черноту.

   Видать, отвыкла она, чтобы с ней разговаривали так вежливо да уважительно, – сжалилась. Я вперёд маленьким шажком осторожно ступила, а там вдруг сухо. И пошли мы прямо, и вышли на твёрдую почву.
 
   Идём, прислушиваемся. Снова услышали автомобиль, пошли в сторону звука дороги. Тут и поезд прошёл, мы зашагали увереннее.

   В лес мы зашли в районе семи вечера, с грибами управились за час или даже быстрее. На моих часах с подсветкой уже девять, а дорога не приближается, но и не удаляется, как будто на месте топчемся. Идём молча, чтобы услышать очередной автомобиль. Понимаем, что ночью никто не поедет, значит, только поезда могут быть нашим ориентиром. Страха не помню, может, потому, что с мамой была. Боялась ли она? Не знаю, она у меня боевая.

   Между собой коротко переговорили, что это нас леший кружит и что просить его бессмысленно: сами понимаем, что отпустит, только если грибы оставим, а грибов хочется. Мы упёрлись, и леший упёрся.

   В полночь мы вошли в горелый лес. Тишина. На всё обозреваемое пространство стоят почерневшие обгорелые столбы-стволы сосен. Кромешной тьмы не было, хотя луна тоже не светила. Может сказывалась близость двух освещённых городов, поэтому было что-то да видно? Всё кругом чёрное, мрак. Стало страшно и жутко. Мама меня успокоила тем, что сгоревший лес совсем пуст – ни мышки, ни букашки. Стало не так страшно, пугала только полночь. Вдруг леший чего-нибудь вытворит?
 
   Наверное, каждый из нас хотя бы раз задумывался, что такое человек. Возможно, это энергетическая сущность, которая временно пребывает на Земле, скрытая от окружающего мира и удерживаемая в биологическом теле. Тело управляется этой сущностью и даёт ей возможность изучать мир Земли той своей частью, которую мы называем сознанием. Вот и даётся для сущности «чело на век» – часть тела, приоткрывающая окружающий мир, включающая все органы чувств, встроенные в оболочку-скафандр. Земная ли это сущность, имеющая столь хлипкую, неприспособленную оболочку? А кто сказал, что на Земле не бывает сущностей, пребывающих без такой оболочки или имеющих другую оболочку, которую тела людей обычно не распознают? А может быть, бывают такие тела, в которые встроена более широкая возможность распознавания энергий, имеющихся в нашем мире? Наши возможности ограничены возможностями тела, его встроенными настройками. А если изменить эти настройки?

   Мы уже шли куда глаза глядят. Ночные поезда грохотали всегда слева – значит, выбранное нами направление не менялось, и впереди должна была быть дорога. Надежда лишь на то, что ночь когда-нибудь кончится и снова поедут автомобили. Прошёл небольшой дождик, намочил траву, но и без этого сидеть не хотелось: хотелось идти и победить.

   В районе полчетвёртого утра нас как будто выпнули из леса. Мы с пригорка ускорились и неожиданно выбежали на дорогу метрах в ста пятидесяти от последнего придорожного строения, то есть почти там же, где вошли. Уже серый рассвет, и на дороге заметно светлее, чем в лесу.

   А мы у лешего отстояли свои грибы! Но где же нас мотало семь с половиной часов в лесном массиве 0,7 на 1,5 км?

   Может, по ночам мы можем воспринимать этот мир, используя другие настройки своего тела-скафандра? Или ночью нашу оболочку можно пробить иной энергией, если нет защиты Солнца? Хотите – верьте, хотите – нет, но иногда мир открывается нам иначе. И нет ничего более реального, чем сказка.