***

* * *

Погода вчера стояла такая же ясная, как и сегодня. Автобус выехал на шоссе, набрал скорость, и скоро в салон со свистом ворвались потоки ветра. Кто-то закрыл форточку, стало теплее и уютнее. Полуденное солнце теперь светило сбоку, и чёрная тонированная перегородка за спиной водителя приобрела отражающую способность.
 
На стекле пронзительно вырисовывался ряд сидений слева. Если, повернувшись, я мог видеть только чьи-то затылки и разноцветные волосы, то в отражении проявились человеческие лица, отрисованные боковым светом на тёмной поверхности. Тональность получившейся картины напоминала полотна Рембрандта, только персонажи гораздо светлее и радостнее. Ослеплённый солнечными бликами, я был не в силах оценить композицию во всей полноте, но ни на секунду не усомнился, что она идеальна.

И вдруг я увидел её. Удивительно, при мне в автобус не заходило ни одной хоть сколько-нибудь примечательной особы. Как она здесь очутилась? Ах, это зеркала! Коварные, они преображают всё вокруг, и нет ни одной чёрточки, которая бы не изменила своему предназначению. То, что раньше оставалось сокрытым, в зазеркалье выступало на передний план, переворачивая представление о зримом и иллюзорном. Вот и её постигла участь перерождения, отчего она как будто стала добрее и прекраснее.

Дав глазам немного отдыха, я вновь погрузился в магический омут — и поразился его бездонной глубине. Передо мной возник образ девушки совершенно иной, чем прежде, и в испепеляющих отблесках я не сразу уловил новую геометрию пространства. На картине из стекла не одна девушка, а две, одна краше другой, и вторую я разглядел только вследствие смещения зрительного фокуса. Похоже, но не так просто. Расположение предметов на меньших расстояниях свидетельствовало о нарушениях перспективы. В реальности одна девушка находилась позади другой, но в зазеркалье, стоило чуть отвести взор, как они причудливо наслаивались друг на друга и казались одной, раздвоившейся в своей сути. Я обрадовался своей находке и уже возродил в памяти картину с официанткой Фоли-Бержер, когда нечаянно подметил ещё более интересную деталь. В отражении на фрагменте салона затесался угол окна, берущий начало со второго ряда, и в этом окне — ещё одно отражение, воссоздающее копию второй девушки. Но если копия девушки ближнего уровня (тёмное стекло) временами пересекалась с копией другой девушки, то её повторная копия (боковое окно) воспроизводилась чуть поодаль.

Какая сладостная фантасмагория! Эффект зеркала подчинил пассажиров своему замыслу, и мы сделались его пленниками. А покуда сидящие справа могли наблюдать за сидящими слева, то разве не работал закон и в обратную сторону?

По окончании поездки я увидел знакомых девушек наяву. Научно-эстетический интерес повис в воздухе.

«До чего хороши! И как они раньше это скрывали?..»