Муха

1.
Марья Ивановна Довгань ушла в мир иной. Последними словам старухи были: «вызывай скорую!». Невестка Тома обняла Марью Ивановну на прощание и набрала 03.
На этом жизнеописание девяностолетней бабки закончилось.
Когда тошнота отступила и сознание просветлело Марья Ивановна поняла что как бы и не померла вовсе. Она собралась с мыслями и отметила, что соображает много лучше, нежели раньше.
Лёгкость и полное отсутствие напряжения в мышцах обеспокоило её. Она по старой привычке бросилась к воротам и ужаснулась от той скорости, с которой примчалась к калитке. Старуха хотела шарахнуть калиткой, как делала всякий раз из вредности. И уже предвкушала радость от резкого звука, как вдруг калитка приоткрылась и во двор заглянула седовласая голова незнакомого мужчины.
- Ты кто? - вытаращила глаза старуха Довгань.
- Не шуми! - ответил дед.
- Не надо командовать! - подбоченилась Марья Ивановна, - здесь я - «бандурша»!
Старик выглянул за калитку и строго приказал:
- Михаил, Гавриил, войдите!
- Стоп, стоп! - заорала «довганутая», - вы откуда, вы из милиции?
Михаил и Гавриил, молча, подхватили Марью Ивановну и воспарили над её убогим домишком.
- Это куда? - продолжала вопить Довгань, - в участок что ли? Томка, где ты? За тобой пришли!
Седовласый старик кивнул, и Михаил с Гавриилом унесли старуху в неизвестном направлении. Господь покачал головой и аккуратно прикрыл калитку.
- Руфаил, - обратился Бог к серафиму:
- Семь дней покоя всем соседям Марьи Ивановны!
Руфаил взмахнул рукой, и всё смолкло вокруг. У грузовиков на дороге заглохли моторы. Онемели горластые сороки у мусорных баков. У спящих соседей отлегло от сердца.
Шофёр «Скорой помощи» вышел из машины, и растеряно бросил проходящему доктору:
- Только прошёл ТО!
 
2.
Марья Ивановна пыталась встать на ноги, но быстро убедилась, что это вряд ли удастся.
Она нашла точное сравнение: «Лечу будто подтирка по ветру»!
Довганутая носилась по пустому пространству, как лётчик после больничной койки.
- Что за ерунда? - ворчала она. - Ни садика тебе, ни огородика! Ни курочки, ни петушка.
- Марья Ивановна, - вдруг услышала она издалека.
Голос нарастал, тембр постоянно менялся.
- Вроде как участковый, - подумала она. - Магомед, это ты?
- Из тумана появился тот самый седой дед.
Он поманил старуху Довгань рукой.
- Хорош носиться! Присядь!
Довганутая остановилась и посмотрела на Господа сверху вниз.
- Сядь, кому говорю! - начинал сердиться Бог.
Господь пнул ногой табуретку, какая была у неё в сарае.
- Бог с тобой, - засмеялась старуха. Я на такое, как сяду - встать не могу!
Всевышний покачал головой.
- Забудь про сарай. Садись!
Марья Ивановна подскочила к табуретке и с лёгкостью на неё взгромоздилась.
- Ух, ты! - воскликнула она.
Бог присел на высокий стул. Он некоторое время смотрел на Марью Ивановну. Затем провёл рукой по волосам и опустился к бороде.
Марья Ивановна ёрзала на табуретке от нетерпения.
- Ничего не болит! - ударила она по коленям. У вас есть магазин или огород? Соседи есть?
Бог воздел глаза и грустно улыбнулся.
- Мухой будешь! - спокойно сказал он. - А если испытание провалишь, то комаром!