Назад в СССР часть 55

Через полмесяца Любаша перебралась жить ко мне. Сначала, отношения у них с Виталиком как- то, не заладились. Чтобы она ни сготовила, ему не нравилось, то это он не ест, то другое не так. Любаша не обижалась, и старалась всякими способами наладить с ним контакт. Однажды, она попросила его составить список того, что он ест, и что ему нравится. Он с серьезным видом, уселся за стол, и глядя в потолок, что- то бормоча себе под нос, начал писать. На первом месте в списке стояли пельмени, в скобках было уточнение - ( магазинные ). Это сейчас в магазине огромный выбор пельменей, и все ручной лепки, а тогда выбора не было. не нравится - не бери. При варке, они почти всегда разваливались, и мясо, было какое- то не такое, хотя туалетную бумагу и сою, тогда в него ещё не добавляли. Манная каша ( жидкая), картошка жаренная ( с жаренками ) и всё, в том же духе. Ну, и всё, после этого жизнь наладилась.  С Олесей они подружились сразу же.
Хотя она была на два года младше, но как – то более самостоятельная, и смышлёная.

Впервые, за последние семь лет, я встречал Новый год дома, а не в Таштаголе, у тёщи. Без трехлитровой банки самогона, я в гости никогда не ездил. Пили сильно, что там говорить, а в последний день, садились на ночной поезд, и я прямо с вокзала, ехал на работу. Этот год, встречали вчетвером; я, Люба, Виталик и Олеся. К тому же у Олеси, был день рождения. Про ёлку, я как- то не думал, потому, что в последние годы мы её не ставили, но Люба не соглашалась, ни в какую.
- Пошли на базар за ёлкой,- с утра, настаивала на своём она.
Она что- то готовила на кухне, а я стоял у окна в зале, и курил. Форточка была открыта, и тут раздался громкий, раздраженный голос соседки со второго этажа, которая  ругалась со своим мужем, он в который собирался от неё уходить. Она заперла на ключ входную дверь, но он, вышел на балкон, перелез через перила, повис на руках, и спрыгнул вниз, в сугроб.
- Ну, и черт с тобой, проваливай,- кричала она ему в след, с балкона, - и ёлки свои забери.
После этих слов, вниз полетели две пушистые ёлочки, и воткнулись в сугроб, прямо , напротив нашего окна.

- Что с воза упало, семеро одного не ждут,- так говорил один мой знакомый.
Поэтому, я не задумываясь, на босу ногу, обул валенки, накинул шубу, и выскочил из подъезда на улицу. Соседки на балконе не было, и я, не теряя времени, схватил обе ёлочки и занёс к себе домой, чего добру пропадать. Дверь на кухню была закрыта, поэтому, о том, что произошло, Любаня не знала. Я достал из темшушки подставку, и установил елку в углу, у телевизора. Дети были на каникулах, и мирно посапывали в спальне. Как, ни в чём ни бывало, я зашёл на кухню, якобы попить. Люба ещё ни о чём не догадывалась, и я не стал ей ничего рассказывать. На минутку заскочил сосед Борька, и я, за бутылку водки, сосватал ему вторую ёлку. В шутку, конечно, но он, через три минуты приволок бутылку “Столичной”, и наотрез, отказался забрать её назад. Вот такая вот история с ёлками приключилась
Выпили мы в ту ночь с Любашей бутылку шампанского, и всё… Такого в моей жизни никогда не было, я впервые, досмотрел до конца новогодний огонек. Наутро, пошли поздравлять с днем рождения её отца.
Жизнь моя кардинально поменялась, и стала совсем иной. Выпивать я почти перестал, всё чаще стала обостряться язва желудка, да и Любаша не любила спиртного. У них на заводе сменился график работы, и теперь мне часто приходилось встречать её после вечерней смены. Я, по – прежнему, приходил с работы рано, и теперь, почти всегда на столе меня ждала её записка, примерно в таком стиле:
- Толичка! Обед в холодильнике, разогревай, кушай. Приятного аппетита. Целу;;ю.
Так приятно было читать, эти ласковые слова, от которых я давно отвык.