Питерский дождь

   Питерский дождь. Дождик. Дождище.
Все мы знаем, как он внезапно накрывает тогда, когда его меньше всего ожидаешь.
Он может даже незаметно подкрасться и накрыть вас в новогоднюю ночь.
— Ну что? Думал скрыться от меня в новом году? Где там у тебя штаны — щас я в них налью так, что штиблеты промокнут.

И вот однажды, в середине 80-х, на рубеже смерти пивного бара на Суворовском, 57, Жорика поймали в столовой № 8 по Суворовскому, 34, где он продолжал трудиться вышибалой и буфетчиком 3-го разряда, и сказали, нет — взмолились:
— Выручай! Беда пришла в наш дом… зачёркнуто… сливы гниют!

Особенностью советского строя было гниение.
Без разницы: будь то бананы, сливы, урожай или мозги.

Вот и здесь — грузчики выгрузили машину слив прямо на углу Таврической и Суворовского, перед грузовым окном в склад столовой.
Помните, были такие окна со ставнями в цоколе здания. Туда по наклонному настилу, как с детской горки, спускали, кидали, швыряли товары народного потребления.
В данном случае должны были спустить деревянные ящики со сливами.
Но как только ящики разгрузили, появился он. Дождь. Дождик. Дождище. Ливень. Цунами… зачёркнуто.
И накрыл всю эту партию слив рваной бескозыркой… э-э… тазом с питерским ливнем.
Ливень быстро прекратился. Видать, вода закончилась, и поехали набирать новое корыто. А пока из-за крыш вылезло горячее солнце и впилось зубами в сливы.
Чувствуете, что происходит со сливами при таком раскладе атмосферных сил?
Как всегда — гниение. В данном случае — гниение слив.
Их не успели ничем накрыть, так как после разгрузки грузчики ушли праздновать это событие с бутылкой портвейна «Кавказ», который продавали в «Аптеке» на углу с Пьяной Конницей… тьфу… конечно, Конницей Красной.
Празднование грузчиков поглотило, и больше их никто не видел…

Вот «научный» взгляд на проблему слив, залитых портвейном «Кавказ»… эко меня… дождём:
1. Теряется товарный вид.
У слив есть естественный восковой налёт (тот самый «матовый» эффект). Дождь его смывает ; плоды выглядят «лысыми», блестящими, как мытые. Покупатели часто воспринимают это как старый или обработанный товар.
2. Быстрее портятся.
Влага + микротрещины = идеальные условия для грибка.
После дождя сливы начинают гнить заметно быстрее, особенно если их сразу не просушить.
3. Могут трескаться.
Если плод уже спелый — вода проникает в кожицу, мякоть «распирает» ; трещины.
Такие сливы почти не хранятся и идут только «сразу съесть».
4. Падает вкус и концентрация сахара (восприятие).
Не то чтобы сахар реально исчезает, но за счёт влаги вкус кажется более водянистым.

— Жорик, что хочешь проси — спасай нас от позора, — взмолилась замдиректора.
— Ладно, разберёмся. Вы, главное, машину, фургон организуйте, чтобы было где на ночь оставить. А утром с утра рванём в новостройки.
Машину пригнали к вечеру.
Жорик за два «пузыря Кавказа» и жменю слив организовал бригаду грузчиков из трёх балбесов, прозябавших вечерами в пивном баре. Они быстро загрузили ящики в фургон и пошли «лакировать» портвейн пивом. До блеска.

Ранним утром Жорик спросил у водителя фургона, где в новостройках самое бойкое место для торговли, взял накладную у дирекции столовой и рванул по бездорожью и разгильдяйству — в буквальном смысле. В сторону Озерков, Художников и Просвещения.
Все помнят новостройки Питера 70–80-х годов прошлого столетия. Дом построен, заселён, но всё ещё ведутся отделочные работы, так как всё отваливается. Ну а дороги и подъездные пути строители и власти города давно уже не замечали — из-за бутылки коньяка, открытой по случаю приёмки строительного объекта города.
Вот новосёлы и показывали чудеса эквилибристики и прыжков в ширину под куполом… не-е… над ямами и воронками, оставшимися после битвы в социалистическом соревновании в беге на месте.
Жорик выбрал место у тропы от остановок пассажирского транспорта к спальным человейникам, установил стол на шатающихся досках так, чтобы, когда покупатель ставил сумку на стол или облокачивался, стрелка весов смещалась на 100–150 граммов. Пусть сами себя обвешивают.
В фургоне сидели Подосиновик и Мильпардон — завсегдатаи из пивного бара, одетые в чистые белые халаты. Им было куплено две бутылки портвейна «Кавказ».
Закуски было навалом — они на ней сидели.
Задача была простая — протирать заплесневелые сливы. Много не есть — в новостройках нет общественных туалетов. На крайний случай найдут окоп.

Народ шёл волнами, как психические атаки в фильме «Чапаев», в зависимости от прибытия автобусов и трамваев.
- Налетай, торопись! Покупай живопИсь! Сливы два рубля кило!
— А что у вас сливы подгнившие?
— Где? О, сейчас заменим.
— Безобразие!
— Все претензии к представителям совхоза «Свет Ильича». Вот они как раз сортируют сливы в фургоне.
И Жорик широким жестом откидывал занавес, как в театре, и народ видел двух «ильичёвцев» со светлыми от портвейна лицами. В какой-то момент «совхозники» даже попытались похвастаться надоями в совхозе и показали руками, какие огромные вымена у их совхозных тёлок.

Сливы Жорик продал. Не без потерь: 10 рублей ушло на 4 бутылки «Кавказа» и «чирик» водителю, но фургон вернулся лишь с двумя ящиками сливочной жижи…
Золотую Звезду Героя Социалистического Труда забрал себе дорогой Леонид Ильич.
Но свет остался в памяти участников этого социалистического соревнования после питерского дождика в четверг.
Или это была среда? Не помню…

https://www.facebook.com/share/p/18W9ExDogx/