алиса и Арифмометры

Чтобы доказать, что умный = дурак, делим на 2 то и то.
Смотри: полоумный = полудурок.
Умножаем на 2.
Получается: умный = дурак.
   Такие теоремы — доказывал депутат Мукопятов олигарху Поэкранову.
       Они народ и делили, и умножали  - стали делать перепись населения - нет никого.
Одни они есть: умные = дураки.
В этом фрагменте Владимира Корнилова арифметика — не инструмент счёта, а сатирический механизм: через «формулы» он обнажает абсурд властной логики.
Как работает ритм
Текст держится на разговорной интонации, почти на скороговорке: короткие фразы, императивы («Смотри», «Умножаем»), резкие переходы. Строки не выровнены как в классической поэзии — это создаёт эффект сбивчивой, напористой речи, будто кто;то торопится «доказать» нелепицу. Пары «умный = дурак», «полоумный = полудурок» звучат как припевы, они ритмически скрепляют отрывок и усиливают комический эффект.
Образы и приёмы
    • Арифмометр как метафора власти. Машина для расчётов здесь — образ бюрократической машины, которая всё сводит к цифрам и уравниваниям, стирая человеческое.
    • Псевдодоказательство. «Теоремы» строятся по форме строгой логики, но с заведомо абсурдным содержанием. Это пародия на наукообразность, которой прикрываются сомнительные решения.
    • Деление и умножение как социальная оптика. Герои буквально «делят и умножают народ», а в итоге «нет никого» — только они сами. Это гротескная метафора отчуждения власти от общества.
    • Имена Мукопятов и Поэкранов. Звучат как сатирические фамилии: нарочито неуклюжие, с оттенком канцелярщины и медийного блеска. Они сразу задают иронический тон и дистанцируют персонажей от реальных людей.
Сатирический пафос и связь с традицией
Здесь работает логика абсурда, близкая к ОБЭРИУ: мир устроен так, что «умное» и «дурацкое» оказываются взаимозаменяемыми, а логика — лишь маска для произвола. По интонации и приёму фрагмент напоминает и Зощенко (упрощённая «народная» логика, доведённая до нелепости), и Хармса (абсурдные «вычисления», ломающие здравый смысл).
Что это даёт тексту
Такой ход не столько «объясняет» реальность, сколько показывает её искажённой в кривом зеркале бюрократии: если всё свести к формулам, люди исчезают, остаются только цифры и те, кто их считает.

Если скажешь, какой аспект хочется раскрыть детальнее — например, связь с другими вещами Корнилова или как этот приём можно обыграть в собственном тексте, — разберу глубже.
    •