Как Циля поняла шо на 55 году она ещё могёт!

Автомобиль BMW, какой бы он не был комплектации и года выпуска, в сознании Цили оставался достойной вещью. Потому Циля гордилась своей единичкой пятнадцатилетней давности и её всё устраивало! В багажнике можно было уместить «два трупа», а на задних сидениях почти всё, шо нажито непосильным трудом. Потому, переезжая в новый дом, в своём автомобиле она везла самое ценное, хрупкое и незаменимое. А приехав, сама и переносила, понимая шо не всё можно показывать. Её спальня находилась на втором этаже и многократное перемещение по лестнице на следующее утро вызвало крепатуру, такое забытое ощущение в мышцах, шо вначале она его приняла за весьма неприятный симптом. Крайнее посещение фитнеса в её памяти всплывало лет …надцать назад. А в последние годы, она ожидала от собственных ног, только несвоевременные судороги. Любое резкое напряжение - здрасьте проблема. Я не на шо не намекаю, но в сексе…, это если не считать скачков давления и внутреннего монолога, судороги были – самое то! В итоге, Циля решила шо уходит из Большого спорта на тренерскую работу. Я веду к тому, шо сидеть за рулём BMW, здоровье ей позволяло.
Ближайшим воскресным утром, нагрузив машинку товаром, Циля с Мариной отправились в Кембридж на Сорочинскую ярмарку, да, и такое в Англии случается, после переселения на остров критической массы Украинцев.
Парковки везде были узкими, как и местные дороги, так шо припарковаться считалось отдельным видом искусства. Заехав уже на седьмой этаж центральной парковки, Циля – таки увидела почти адекватное место, правда шо-б в него уместиться, Марине пришлось выйти и она поставила машину к широкой колонне передней пассажирской дверью, совсем вплотную. Справа уже стояла  машина неприятно близко, потому выходила Циля почти бочком, обтирая собственным телом оба автомобиля.
- Не, ну ты посмотри, для кого они рисовали эти места, тут шо конюшня? Теперь нельзя обедать, пол миллиметра, и я обратно в машину не влезу!
- Ой, я тебя умоляю, пока мы донесём весь товар обратно с ярмарки ещё похудеем.
- Так размышлять, то надо было ставить машину за городом.
Сумок с товаром было значительно больше, чем рук, но перспектива ходить дважды не улыбалась никому. Потому навьючив себя как ослики, барышни, не торопясь, поплыли вдоль сквера, навстречу бурной ярморочной торговле. Спрашивать Марину долго-ли идти было бесполезно, так как она ежедневно наматывала 10000 шагов и 10км для бешеной собаки – не расстояние! Потому, когда они наконец увидели колыхание украинских флагов, услышали громкое пение на весь парк, и уловили запах вареников, как-то сразу полегчало, не смотря на аномальную, очень притомившую всех, жару. День прошёл нарядно и с впечатлениями. Циле добрые люди, из сострадания, подарили кепку с воззванием «BORSCH», в коей она и просидела всё мероприятие. И вот настал момент тащить всё обратно к парковке. Циля уже мечтала, как спустя каких-то два часа, она окажется дома и найдёт себе положительные впечатления о пройдённом дне.
Циля смотрела на припаркованную другую машину, рядом с её автомобилем, и не имела шо сказать. Расстояние между машинами не превышало 15 сантиметров.
- И шо мы теперь будем делать? Где искать этого малахольного? Сюда не просочиться даже треть моего возмущения, не то шо вся физическая реальность!
- Может он ненадолго ушёл?
- А поставил так шо-б мы его дождались, потому шо не любит уезжать в одиночестве?
- Так и шо теперь?
Циля оценила три безнадёжно заблокированные двери и подошла к задней левой, она единственная открывала доступ во внутрь. Трудно сказать шо больше сподвигло Цилю к дальнейшим действиям, перспектива ночёвки в Кембридже или плохая память за собственные спортивные достижения. Марина не предполагала такого исхода, потому не успела высказаться. Открыв дверь, Циля влезла на сидение ступнями и задумалась как лучше перемещаться  вперёд, головой или ногами. Можно было, конечно, попробовать просунуться на пассажирское (переднее) сидение руками, потом пытаться протиснуть ноги на водительское, но там был руль и перспектива застрять в позе «ЗЮ», её не впечатлила. То шо происходило дальше можно было снимать в кино двух жанров, трагикомедия и очевидное-невероятное. Подбадривая себя не цензурной беседой, она повернулась спиной к лобовому стеклу и перелезла на пассажирское сидение, вначале став на него коленками, потом резко развернулась и плюхнулась попой. Под ребром шо-то защемило, наверное напоминание о 30 лишних килограммах и столько же годах, для такого мероприятия, но Циля была целеустремлённой дамой. Отдышавшись несколько мгновений, она перебросила правую ногу на соседнее сидение и выгнувшись в полу-мостик, немыслимым, для адекватного человека, порывом, перетянула всю свою персону на место водителя. Проделать такой аттракцион повторно она не решилась бы даже за гонорар каскадёра. Выезжая из парковки,  не поцарапав гвоздиком соседнюю машину, в благодарность за акробатические этюды, Циля сказала:
- А мы – таки ещё могём!
- Вот, так шо не говори, шо секс в машине уже не для тебя, всё ещё ого-го! 
- Не ого-го, а и-го-го…, как ослики пёрли на себе весь товар, шо было не поставить машину на пол км ближе, там же на улице было место?! Нет, мы лёгких путей не выбираем, платим 25 фунтов за парковку, тащим тяжеленные сумки, потом устраиваем аттракцион невиданной гибкости…, всё совершенно логично! Как и, впрочем, идея Сорочинской ярмарки в Кембридже, ну почти себе Полтавская область! Ну, мы такие, мы могём!
13.09.2026