Последняя пельмешка

Операция закончилась идеально.

Никого не ранили.

Никого не арестовали.

Никто ничего не взорвал.

Что для нашей компании уже само по себе считалось выдающимся результатом.

Поэтому вечером мы собрались в привычной забегаловке.

Пар поднимался над тарелками.

Кто-то уже ел.

Кто-то ещё говорил тост.

Кто-то пытался одновременно делать и то и другое.

— За успешную операцию!

— За нас!

— За то, что Хэйсукэ сегодня ничего не сломал!

Хэйсукэ перестал жевать.

— А что значит «сегодня»?

— Ничего.

— Нет, подожди. Что значит «сегодня»?

— Это похвала.

— Странная похвала.

— Но искренняя.

Райдзо тем временем уже переключился на Сабуро.

— Сабуро!

— Что?

— Ты сегодня был великолепен!

— Спасибо.

— Маскировка — идеальная!

— Это потому, что ты всё подготовил.

Райдзо замер.

Губы задрожали.

— Ты… сказал… спасибо?

— Да.

— Мне?

— Тебе.

— Сабуро-о-о…

— Не плачь.

— Я не плачу!

— Ты плачешь.

— Это пар от супа!

Все посмотрели на Райдзо.

Суп стоял на другом конце стола.

Наступила короткая пауза.

— Ладно, — сказал начальник. — Главное, что операция завершена. Предлагаю выпить.

Все подняли стаканы.

— За нас!

— За успех!

— За команду!

И вот тогда это произошло.

Посреди стола стояла тарелка.

А на ней лежала одна-единственная гёдза.

Последняя.

Пять человек увидели её одновременно.

Разговор оборвался.

Пять пар палочек медленно потянулись вперёд.

И пересеклись над тарелкой.

— Это моя, — сказал Хэйсукэ.

— С чего вдруг? — спросил Хатиза.

— Потому что я сегодня больше всех рисковал.

— А кто сделал тебе путь внутрь?

— Ты.

— Значит, моя.

— Подождите, — сказал Райдзо. — План вообще-то придумал я.

Сабуро спокойно добавил:

— Я тоже участвовал.

Райдзо тут же повернулся к нему.

— Конечно! Сабуро заслужил!

— Эй! — сказал Хэйсукэ. — Почему это он?

— Потому что Сабуро старался.

— Я тоже старался!

— Ты разрушил две двери.

— Они мешали.

Начальник положил палочки.

— Вообще-то я здесь главный.

Все посмотрели на него.

— И?

— Что «и»?

— Это аргумент?

— Конечно.

— Съешь кунжутный шарик.

— Почему я должен есть кунжутный шарик?!

— Потому что ты начальник.

— Какая связь?

— Никакой. Просто съешь.

Хатиза вздохнул.

— Ребята, вы сейчас серьёзно спорите из-за одной гёдза?

Все посмотрели на него.

— Да.

— Закажите ещё.

Пауза.

— Нет, — сказал Хэйсукэ.

— Почему?

— Тогда это будет уже не последняя.

Райдзо кивнул.

— Ценность изменится.

Сабуро тоже кивнул.

— Изменится.

Начальник задумался.

— Согласен.

Хатиза посмотрел на всех.

— Вы идиоты.

Никто не возразил.

Потому что в этот момент спор уже вышел далеко за пределы еды.

Это была честь.

Признание заслуг.

Вопрос статуса.

Историческая справедливость.

Практически международный конфликт.

— Я рисковал жизнью!

— Я обеспечил проникновение!

— Я разработал план!

— Я поддерживал всех морально!

— Я начальник!

— Это ты уже говорил!

— Потому что это важно!

Пять пар палочек снова сошлись над тарелкой.

Гёдза лежала неподвижно.

Она не подозревала, что стала причиной кризиса.

— Давайте голосовать, — предложил кто-то.

— Нет.

— Бросим жребий.

— Нет.

— Разрежем на пять частей.

Все замерли.

— Даже не предлагай такое больше никогда.

— Почему?

— Есть границы.

Хатиза закрыл лицо руками.

— Вы только что вернулись с опасной операции.

— Да.

— Вас могли убить.

— Да.

— И теперь вы готовы убить друг друга из-за гёдза?

Все посмотрели на последнюю пельмешку.

— Не из-за гёдза, — сказал Райдзо.

— А из-за чего?

— Из-за принципа.

В этот момент дверь кухни открылась.

Официант вынес несколько больших тарелок.

— Пять дополнительных порций!

За столом наступила тишина.

Хатиза медленно поднял голову.

— Мы ничего не заказывали.

Из угла раздался спокойный голос:

— Я заказал.

Все повернулись.

Исака улыбался.

— Вы же есть будете?

Пять воинов, которые пять минут назад были готовы защищать честь до последней капли крови, посмотрели на горячие тарелки.

— Будем.

— Конечно.

— Естественно.

— А чего добру пропадать.

— Давайте сюда.

Через минуту все молча жевали свежие гёдза.

Никто больше не спорил.

Последняя пельмешка так и лежала на старой тарелке.

Про неё забыли.

Хатиза посмотрел на неё.

Потом на остальных.

И тихо сказал:

— Вот ради этого вы чуть не начали гражданскую войну.

Никто не ответил.

Потому что у всех были заняты рты.

Операция закончилась успешно.

Война тоже.

Наверное.