Прочерк. Не для меня придет весна

Предыдущая глава.
http://proza.ru/2026/05/15/1993

   Люда поняла, что Романа смогут эвакуировать, как это у военных называлось, только после продвижения вперёд,  и освобождения местности, где погиб Роман. С маниакальным упорством каждый день просматривала сообщения разных блогеров, и видела, что если в иных местах и были продвижения, то на том направлении,  где погиб Роман, продвижения не было, но были ежедневные попытки, что в понимании Люды означало, что убитых там, рядом с Романом, постоянно добавляется, а это значит осложнит его опознание. Ей становилось страшно, представив воочию эти картины.
   Но затем началось продвижение, освобождались какие-то населённые пункты, и она очень сожалела, что Роман не дожил до этого времени. Может, и живой остался, ну или, хотя-бы погиб не зря. Она стала ждать вестей от Ларисы о том, что Романа нашли, постоянно проверяя чат с Ларисой, но там ничего не было.
Прошло полгода,  и пошла вторая половина года. Листая телефон, подумала, что давно не заходила на сайт к Аллочке, как она себя называла, невестке Ларисы.

    Аллочка была из тех девиц, которые каждый свой чих выставляли в интернет. Вот и заходила Людмила иногда к ней, узнать, как там Ромка. И листая ленту, видела эти ролики, например: "Пока я отдыхаю, муж со своим отчимом чинят мою машину."  И ролик, где она в шезлонге с баночкой пива, её муж, сын Ларисы, заглядывает под капот, и ноги Ромки, торчащие из-под машины. И тогда Люда успокаивалась, значит, всё нормально у них там. Обычная семейная идиллия. Ну, занятия могли быть разными у Романа - ремонт Аллочкиной квартиры, или жарка шашлыка, что угодно, главное, Ромка с ними, не выгнала его Лариса в бомжи, как неоднократно грозилась. Вот и в этот раз решила Людмила посмотреть, нет ли чего там на странице, полгода всё же прошло со дня гибели Романа. Так... Дом отдыха... Аллочка с дочкой белочек кормит. Это неинтересно. А вот : "Володя взял с собой в дом отдыха и бабушку Лору. Ну, а что поделать."  И кисло-грустный смайлик. Так, ладно, это тоже неинтересно, дальше... Ролик,  подпись : "Седая бабушка зажигает под "Седую ночь". Включает Людмила  видео, с мыслью, что Алла себя в бабушки записала, на переднем плане, действительно,  Аллочка переминается с ноги на ногу, как бабушка какая-то. И вдруг... В объектив попадает действительно бабушка, то есть Лариса, и действительно,  зажигает, выплясывает.
Ролик закончился, Лариса в кадре несколько секунд. Пересмотрела несколько раз. Может, обозналась, может, не Лариса вовсе. Сделала скрин. Увеличила. Нет, Лариса, собственной персоной. В доме отдыха, значит, танцы. Дедушку себе ищет. Ищет, потому что в поле зрения никакой дедушка виден не был.
   О Романе ни слова. Ничего о том, что прошло полгода, или как-то еще упомянуть. Нет, ничего, пролистала туда-сюда, нет.

 Стало тоскливо на душе. Вышла на улицу, села на лавочку. Мимо проходит ее подруга, Катя, еще школьная, но года три, как купила дом на их улице, после чего  дружба продолжилась. Вот и теперь , Люда встала,  поздоровались, пошли рядом, Люда и говорит, включив и протягивая смартфон:
   - Смотри, веселая вдова. Смотри, на втором плане, не спереди, спереди, это невестка, жена сына.
   Катя посмотрела несколько раз, отдала смартфон Людмиле:
    - Тебе очень больно?
   - Да. И меня очень удивляет. Ведь говорила, как ей тоскливо, и как переживает, что он там голоден.
   -Когда?
  -Ну тогда, когда он пропал.
  - Полгода назад??? Так времени сколько прошло. Да вон, у Ковалевых, по секрету скажу, невестка замуж собралась. А ведь какая любовь была... Год прошел всего, как погиб её муж. А там-то, у брата твоего, поди, и любви давно не было, и насточертели друг другу,  и ты чего-то ждёшь? Только кровные родственники могут переживать и помнить, остальным нужны только деньги. Ой, ты прямо дрожишь, пойдем ко мне, я Советских пряников купила, как ты любишь, чаю попьём.
   Зашли, за чаем продолжили разговор.
   - Мне кажется, они это специально выставили, для меня, чтобы  сделать мне больно! - сказала тоскливоЛюдмила.
   - Ой, да ладно, Люсь, не накручивай себя. Алке этой до тебя нет никакого дела, вы даже не знакомы. Если и хотела кого выставить в нелицеприятном тоне, так это свою свекровь.
   Да может, уже эта Лариса облегчение почувствовала, с уходом Романа из её жизни. Люда, пойми, это для тебя Ромка - брат родной, тебе его жалко.
  А по жизни-то, согласись, не такой уж он белый и пушистый. То Наташу бросил с ребенком, помчался за Ларисой, то Ларису бросил, помчался к Наташе, то опять к Ларисе. Да и вернулся он не к Ларисе. Он вернулся в дом, который построил своими руками, и считал его своим, в отличие от Ларисы. Де-юре, конечно,Ларискин дом, а де-факто - Ромкин.
 Ну не в канализационный люк же ему идти .
Наташа, понятно, он отец её сына. А Лариске он кто?
Никто, по большому счёту. Не зарегистрировала брак, не прописала у себя, не родила ребёнка,  а как на СВО собрался, так сразу и расписались. Тридцать лет почти жили, хотела бы она расписаться, Рома сразу бы пошёл в ЗАГС.
  - Странно, всё же, почему он опять уехал от Наташи? - спросила Людмила.
    -Ну ты представь: Лариса, которая не вылезает из салонов красоты и прочей ерунды, и Наташа, постоянно в мыслях, как бы выжить на зарплату нянечки детского садика.
   Он же, когда ехал, мечтал, что там молодая Наташа и четырехлетний мальчик Егор, а приехал - новая какая-то тётка, и взрослый  парень,  ему не купишь игрушку и не схватишь на руки, под потолок не подкинешь.
   В одну реку дважды не войти. Надо все с начала. Выстраивать отношения. Опять же работу искать. А быть у Наташи на шее вроде стыдно. Вот и уехал. Наташа, она баба простая, может, чего-то недопоняла, может, тебе не говорит.
   Вот и запил. Дошло, наконец-то,  что всё,  что жил, всё зря. 
Понял, что уже полтинник, а за душой -  ни-че-го... И ни-ко-го...Лариска старше его. Если вдруг того, скопытится, её сыновья его вышвырнут, не задумываясь. А кто он там? С точки зрения закона? А никто, даже не прописан. Вот, может и пошёл на СВО, на хату себе накопить, если что. 
 Ну понял Рома, что по факту никому и не нужен, и решился на такое вот самоубийство.
Как говорится,  либо грудь в крестах, либо голова в кустах.
      Катя подлила в чашки чая и тихонько и заунывно запела:
-Не для меня придет весна ,
Не для меня Дон разольется.
И сердце девичье забьется
С восторгом чувств не для меня...
   Люда подпевать не стала, а просто продолжала тоскливо смотреть в одну точку перед собой.
Катя прервала песню и воскликнула в сердцах:
 - Эх! Что же это делается-то?
  А помнишь,  в школе, в хоре, казачий хор Николай Петрович организовал, Ромка был запевалой, голосок звонкий. И пел эту песню, "Не для меня" Это было больше смешно, чем трагично. Ромка в форме, такой казачонок. Кто тогда мог представить...
   - А мне больше вспоминается вот эта, он пел тоже, еще когда поменьше был :
  " Караваны птиц надо мной летят,
Пролетая в небе, мимо..."
Катя тут-же подхватила:
  "Надо мной летят,  будто взять хотят
В сторону родную, край родимый"
  -Из фильма какого-то... - задумчиво, сквозь слёзы сказала Люда.
  - Да, "Летят журавли." - подтвердила Катя. Люда, так-же со слезами продолжила:
   - Так и представляю, лежит раненый и в небо смотрит... Птиц только в январе нет, разве что снежинки...
  У Кати тоже в глазах слёзы:
    - Эх, да что же это делается?
    - Ты, Катя, как в детстве,  помнишь, чем недовольная, ручки в бока, чуть-ли не под мышки и кричишь "Да что же это делается?"
   - Да, от бабушки, Царствие ей небесное, научилась. Мы же все из детства. Эх, собрались две склеротички, детство в подробностях помним, а что утром было, не помним.
 Помолчали с минуту, Люда продолжила:
   - Домой хочу. Туда, на улицу Колхозную, где наше детство прошло... В ту нашу хату... С колодцем, печкой и дровами...
   - Так нету, Люда, вашей хаты, лет тридцать, или сорок, там уже двухэтажные хоромы и двухметровый забор.
 -  Знаю я, Катюша. Недавно Ваню просила свозить туда. Свозил. Да, ничего не напоминает... Асфальт проклали, давно уже.
А я все-равно хочу...
А знаешь,  я уже почти смирилась... Вон ведь после ВОВ сколько лет прошло. И что? Дед мой, по матери, ведь, так и остался где-то лежать  в земле. В статусе пропавшего без вести. И сколько таких?  И ничего, страна жила и развивалась. Для удобства объявив пропавших чуть ли не врагами. Вон друг у сына - поисковик. Занимается раскопками, находят... Потом родных ищут... Моего деда не нашли. Может, и нынешних пропавших найдут. Лет через семьдесят...
   - Да ладно, Люсь, сейчас всё по другому,  выплаты, по крайней мере, Ларисе выплатят...
   - Ну да, хоть выплаты... Получится, не зря хоть пошел, цели своей добился. Получается,  что выплаты главное, напечатанные бумажки, а не то, чтобы был похоронен... Ладно, Катюша, пойду, Ваня скоро с работы придёт, спасибо тебе.

    Вышли на улицу, стали прощаться, увидели остановившуюся возле двора Люды незнакомую машину.  Люда занервничала, кто бы это мог быть, и торопливо пошла домой. На лавочке  сидели Саша, тот самый офицер, и его мать, сестра двоюродная Люды, Таня. В общем-то, Сашу бы Люда и не узнала бы, будь он один. Борода, рыжеватая, но наполовину седая, клочками. Волосы светлые,  седина не так заметна, но тоже есть.
   - Сашенька, был-бы один, я бы тебя не узнала!
  - Да я, теть Люд, сам себя не узнаю. К зеркалу подхожу, и оглядываюсь, это что за мужик тут!? Жену подозревать начинаю.-
Сказал Саша, с горькой, тоскливой иронией.
   -Дети хоть узнают?
    - Старшая узнала, конечно, а меньший - я к нему, а он - убегать, спрятался за занавеску. Еле нашли его. По новой пришлось знакомиться.
   Вот, маму возил по врачам, совсем извелась за эти годы.
   

Да, подумала Люда, тридцатидвухлетний парень выглядит на сорок пять. Таня тоже постарела лет на десять -пятнадцать.
Зашли в дом, сели за стол, пришел Иван с работы.
 
-Саша, почему до сих пор не нашли Рому? Ведь в интернете написано, что там уже продвинулись наши вперёд и то место уже наше.
  - Ну, написать можно много. Во-первых, блогеры сами там не были, и верить тому, что они там пишут, не следует.  Во-вторых,  ну всяко может быть, может, в плен сдался...
  - Каак? Он что, проехал через всю страну, семь тысяч километров,  чтобы в первый день сдаться в плен?
   - Теть Люда, сейчас не так, как в фильмах про войну, белая тряпка на палке не нужна, чтобы в плену оказаться. Ну, послали несколько человек,  попали под обстрел, впрыгнул в ямку, или воронку, или еще куда спрятался.На войне страшно, теть Люд,  очень страшно. Ну вот, обстрел закончился, вылез, а куда идти? Если ты месяцами в одном месте, то изучил всё,  а если, как дядя Рома, в первые дни? Вот и пошел прямиком к хохлам. Те, конечно, сразу "Хэндэ хох", и автомат вскинуть не успел.  Нет, теть Люда,  я это говорю не с тем, чтобы успокоить вас, и дать ложную надежду,  просто так бывает.
По всякому бывает...
   - А в плену как относятся?
  - Да смотря куда попадёт,  по-разному, тоже.

Много Саша всего рассказал,   и такое, от чего волосы дыбом, и мурашки по телу... Но опять это давало надежду, пусть и хрупкую, на то, что Рома, может и жив.
   -Но как выдержит его психика, и кем он вернётся? - спросила Люда. Саша пожал плечами:
   - Не знаю, тёть Люда, по всякому бывает. Ладно, поедем мы, забежим до тёти Гали и до Алексея с Викой и домой.
   Татьяна с Сашей уехали.
   Люда опять стала надеяться. Небольшая надежда, но осталась. О том, что встретятся они с Романом, обнимутся, вытрут слёзы,  и будут друг другу рассказывать, кто как прожил это время...