Шляпка с попугаем

-Послушайте, Холмс, что сегодня пишут в "Таймс", -произнёс доктор Ватсон, обращаясь к знаменитому лондонскому сыщику.

Два упомянутых джентльмена удобно расположились в гостиной на первом этаже дома 221б по Бейкер-стрит.
За окнами гостиной своеобычный лондонский туман превращал фигуры прохожих и силуэты экипажей в расплывчатые серые пятна.

Из полуоткрытой двери на кухню доносились запахи жарящейся рыбы и внятные ругательства миссис Хадсон, что-то насчёт погодных условий: -This damn rheumatic weather! Only a good dose of whiskey can help! [англ: Эта проклятая ревматическая погода! Поможет только хорошая порция виски!]

Вероятно именно поэтому Холмс потушил горелку Бунзена под ретортой, прервав тем самым процесс экстракции приворотного зелья, который герцогиня Кройдонская подлила в бокал сэру Персифалю Фергюссону на поло Royal Cup в Виндзоре.

Холмс, развязывая тесёмки фартука одолженного в гардеробе миссис Хадсон, встал со стула, переместился в кресло у каминного столика и налил себе в бокал добрую порцию кларета из графина, всегда стоящего на столике и наполненного благородным напитком из Бордо.

-Самая хорошая новость, Ватсон, это полное отсутствие новостей. Но после истории с сэром Генри Баскервилем, ничего интересного не произошло. Мне скучно, Ватсон. Так что вы говорите, пишут в "Таймс"?
-Пишут о загадочной пропаже любимого попугая герцога Кларенса, случившейся накануне обручения герцога с принцессой Уэлльской. Расследованием занимаются лучшие сыщики Скотленд-Ярда, инспектор Лестрейд и инспектор Грегсон. Классическое "убийство" в закрытой комнате, Холмс. Помните, дело Бартоломью Шолто? Здесь, конечно не убийство, но ...

В этот момент в прихожей несколько раз брякнул колокольчик звонка над входной дверью и я замолчал.

Было слышно, как проскрипели половицы под ногами миссис Хадсон и её внятные слова: -All sorts of people hang around here, and then their galoshes disappear! [англ: Шляются тут всякие, а потом галоши пропадают!]
Продолжая ворчать, дескать: -They walk and walk, without wiping their feet... [англ: Ходят, ходят, ноги не вытирают...] миссис Хадсон проследовала на кухню, а в комнате появились инспектора Лестрейд и Грегсон.

-О, мистер Холмс! -подняв приветственно руку, воскликнул Лестрейд, -И вы доктор Ватсон! Я вижу вы уже знаете о происшествии. Дело взято на контроль Кабинетом Её Величества, самим лордом Беллинджером!

Инспектор Грегсон при упоминании премьер-министра вытянулся во весь рост, прищёлкнув при этом каблуками как заправский капрал-служака, столь памятного мне, родного Беркширского пехотного полка.

-Ну, господа, знаем мы с доктором не больше того, что напечатано на первой странице "Таймс". И нам будут интересны подробности, особенно со слов профессионалов, -ответил Холмс, жестом приглашая гостей присесть на стулья.

-Гм, мистер Холмс... Не найдётся ли у вас несколько капель виски чтобы нам согреться? На улице сыро и холодно..., -Лестрейд покосился в сторону окон.

-Для вас, господа, найдётся бутылочка "скотча" и пара чистых бокалов, -Холмс кивнул мне и я достал из нижнего ящика книжного шкафа початую бутылку виски и пару бокалов.

Предоставив гостям самим налить себе "несколько капель" лекарства от простуды и скуки, Холмс набил трубку табаком Peterson Old Dublin, утоптал его в чашке большим пальцем и поджёг табак от длинной каминной спички.
После того как гости выпили по бокалу "скотча", а комната наполнилась синеватыми клубами табачного дыма, Холмс расспросил Лестрейда о происшествии.

Грегсон помалкивал, лишь иногда всем своим видом показывая, что ему есть что добавить к ответам своего коллеги, но он молчит из соображений субординации.
Выяснилось, что два дня назад исчез любимый попугай герцога Кларенса, по кличке Арчи.

Пропажу обнаружил сам герцог, придя утром покормить любимца просом, грецкими орехами и яблоками.

Большая золочёная клетка в которой обитал попугай была закрыта на засов, окна в комнате не имели устройств для проветривания, а единственная входная дверь оказалась запертой на замок.

Лестрейд и Грегсон опросили прислугу и дворецкого, но никто не заметил ничего необычного в день пропажи попугая.
Обращаться за расспросами к самому герцогу Кларенсу Лестрейд счёл неуместным, учитывая высокое положение герцога при дворе.
Грегсон полностью был согласен со своим коллегой добавив, что пропажа попугая может иметь символическое значение.
Так как герцог является наследником престола, то возможно некие враждебные престолу силы избрали попугая сакральной жертвой для достижения неких политических целей.

Разговор явно ушёл в сторону от ответа на вопрос "как" был похищен попугай, смещаясь в сторону попытки понять "зачем" он был похищен.
Впрочем, кроме абсолютно неподтверждаемого фактами предположения о сакральной жертве, в Скотленд-Ярде ничего придумать не могли.

За время разговора я выкурил три трубки Shag(а), так что комната наполнилась дымом не меньше, чем за окнами туманом был заполнен Лондон.

Мне, как и Лестрейду с Грегсоном, дело предсталялось абсолютно неразгадываемым и я ждал только одного - вердикта Холмса, мысленно готовясь к его признанию о невозможности найти ответ на загадку исчезновения попугая Арчи.
Однако, выдержав паузу после того, как замолчали Лестрейд с Грегсоном, Холмс сказал, что ответ он сможет дать только завтра.
За сим оба инспектора откланялись, любезно пригласив Холмса посетить завтра Ярд, где Холмса ввиду чрезвычайности дела, будет ожидать их начальство - сэр Эдвард Брэдфорд.
 
Было уже довольно поздно, но миссис Хадсон подала нам на ужин рыбу с картошкой.
Ужин мы с Холмсом "оросили", выпив по пинте портера.
Я пошёл к себе и уже засыпая слышал как Холмс на скрипке выводит мелодию "O Mio Babbino Caro".
Великий сыщик любил размышлять под скрипичные опусы.

Утро выдалось солнечным, что крайне редко для нашего города.
Я оправился, умылся, причесался, привёл себя в джентльменский вид и вышел к завтраку.

Миссис Хадсон подала на завтрак традиционную овсянку, несколько ломтиков жареного бекона, варёное куриное яйцо и кофе.
Место за столом, которое обычно занимал Холмс, пустовало.

Миссис Хадсон на мой вопрос только отмахнулась полотенцем заявив, что: "-Ходят, ходят, а за ними только успевай пол мыть".
Впрочем к концу завтрака, когда я уже пил кофе и листал Daily Mail, в прихожей щёлкнул замок входной двери и в столовую вошёл старый священник в длинной тёмной рясе, пелерине и шляпе с опущенными полями.

Я поздоровался с Холмсом, допил кофе и закурил.
Вскоре Холмс, переодевшись в своё обычное платье, сидел за столом и с видимым отвращением ел овсянку.

Я докуривал вторую трубку, когда Холмс вытер салфеткой губы, откинулся на спинку стула и тоже закурил трубку.

-Где Вы пропадали, Холмс? Неужели вы разгадали это сложное дело? -спросил я у него, с любопытством вглядываясь в его лицо, пытаясь предугадать ответ.
-Всё элементарно, Ватсон! Мой друг, дело не стоит и вот этого выеденного яйца! С утра пораньше, переодевшись, я отправился в Кларенс-хаус и потолковал с садовниками Сент-Джеймского парка, который, как вы великолепно знаете, находится напротив Кларенс-хауса. Разгадка стоила мне восьми шиллингов. Их я заплатил из чувства благодарности садовникам, которые видели как в день пропажи попугая из ворот Кларенс-хауса выезжал кэб, запряжённый вороной лошадью. В нём сидела молодая леди в широкополой шляпе с перьями попугая.
-Но, что же в этом такого необычного, Холмс? -спросил я у него, -Молодая леди наняла кэб, чтобы побыстрее добраться до того места, куда ей надо было ехать.
 
-А в этом сезоне в моде женские шляпки с плюмажем, -добавила миссис Хадсон, которая убирала со стола посуду после завтрака. -Я сама видела картинки в De Gracieuse, доктор Ватсон!

-Сегодня ночью я просмотрел газеты за прошедшие несколько дней, продолжил Холмс. - Вы знаете, что герцог собирается обручиться с герцогиней Корнуольской? У него уже были две попытки жениться, но обе окончились неудачей. При дворе ходило немало сплетен на этот счёт. Пользуясь известным вам методом дедукции, я пришёл к выводу, что в неудавшихся женитьбах герцога виновата женщина. Женщина эта, страстно влюблёна в герцога. Страсть её смиряется только её любовью. Оттого она не может нанести своему возлюбленному фатальных огорчений. Но несмертельно отомстить ему, она может. Из деликатности я не называю её имени. Это мы оставим на усмотрение сэра Брэдфорда и на самого герцога.

-Но как же так, Холмс? С чем вы сегодня придёте на встречу в Скотленд-Ярд? С рассказом о леди в широкополой шляпе? -воскликнул я.
-Видите ли, Ватсон... Я уже ответил на вопрос "зачем" был похищен попугай. Теперь я отвечу на вопрос "как" он был похищен, -Холмс глубоко затянулся и выпустил из рта классическое кольцо табачного дыма, тотчас же начавшего дрейфовать по воздуху в сторону камина.
   
-Леди в шляпе должна входить в круг лиц хорошо известных герцогу и прислуге Кларенс-Хауса. Выбрав повод остаться одна, она прошла в комнату, где стояла клетка с попугаем. Она накормила попугая обычным для его рациона кормом, добавив в него измельчённые листья мелиссы. Когда попугай заснул, она обвязала шёлковым платком его голову так, чтобы глаза оказались закрытыми. После чего она свободными концами того же платка привязала попугая к тулье своей шляпы. После чего леди закрыла клетку на засов, а на двери комнаты установлен накладной замок Брама с автоматической защёлкой. Так что ей осталось только захлопнуть за собой дверь, спокойно выйти из Кларенс-Хауса и уехать. Я убеждён, Ватсон, что в этой истории ни один попугай не пострадал.

Великий сыщик повернулся ко мне профилем и затянулся табачным дымом из своей большой вересковой трубки.