Из новой записной книжки 12

        ИЗ  НОВОЙ  ЗАПИСНОЙ  КНИЖКИ /12/.

                МЕЛОМАНЫ.

     - Чего творится-то, - прошамкал Алексей Алексеевич, бережно отключая их, один на двоих с женою, «четвёртый» айфон. – Оказывается, Бася из «Мэтт Бьянко» в восемьдесят девятом перепела «Смют оперэйтэ» Шаде Абу! Куды котится этот мир?
     Жена пожевала запавшими губами: «Старик совсем плох. Не Шаде Абу и не из «Мэтт Бьянко», а это Вики Леандрос ушла в восемьдесят девятом из «Матиа базар».»

                ДЕБРИ ЦЕНТРАЛЬНОЙ АЗИИ.

     Слушал аудиокнигу «В дебрях Центральной Азии» академика Обручева. Это который  «Землю Санникова» написал.
     Нормальная книга, особенно в аудиоформате. В смысле, не «Земля Санникова», а «В дебрях Центральной Азии». Нет, «Земля Санникова» тоже классная, особенно кино. Помните: «Есть только миг… э-э… ляляля-ляля-ляля, именно он… ляляля-ляля»? Но «В дебрях Центральной Азии» тоже чёткий роман. Я, конечно, всё не слушал, там делюга часов на десять, а только так, начало. Нудновато немного, но один вариант меня приколол. Короче, главному герою, русскому купцу, нужны были деньги для развития бизнеса – он хотел наладить логистику, организовать трафик и слать караваны на верблюдах, чтобы возить товары в дебри Центральной Азии. Ну там, бусы, зеркала и тульские винчестеры для местных индейцев. То есть, бедуинов. В смысле, кочевников. Это было выгодное дело. Короче, бизнес-план был отличный, но денег ноль. Но тут приходит к купцу знакомый монгол и говорит: «Ты хороший мужик, Епифан-ага, хотя и русский, когда-то помог мне, от голодной смерти спас, то, сё, поехали, найдём клад. Раз тебе нужны деньги.» И вот, скачут они, купец с монголом и в натуре находят клад, восемь кило золота! Это пять тыщ на царские «катеньки», а на наши вообще пол-лимона баксов, на секундочку! И так спокойно, рутинно, без трупов, без приключений. Правда, была карта, как в «Золоте Маккены». Но это было только начало, потом эта парочка садится и снова скачет, уже без всякой карты и находит в дебрях новый клад, килограмм на десять, правда, уже с приключениями. Я уже хотел  слушать дальше, но тут перед моим внутренним взором нарисовалась картина: сидят Шарик с Матроскиным, светят фонарём, Дядя Фёдор яму копает, а Матроскин говорит Шарику: «Эх! И как это я сам не догадался клад найти?» Смешно, правда? «В дебрях Простоквашино», хы-гы. Так и не дослушал, чего дальше было, начали они посылать караваны или окончательно сосредоточились на кладах.
     А вообще, конечно, романтика. Э-эх: «Этот покой… ляляля-ляляляляля, этот покой – для седых пирамид…» Золото инков! Эспаньола! «Семнадцать человек на сундук мертвеца»! Якорь в глотку! Жёлтое море, белый пароход! Пиастры! Карамба! Дебри Центральной Азии!
     Надо же, Обручев - академик, а романы писал. Ему даже две Сталинские премии дали, правда за другие дела.