Лиатрис Корали. Глава 73

Создатель.
Башенки разноцветных крыш, весело переглядывающихся домиков по обеим сторонам извилистой речки напомнили Алану картинку из мультфильма. Над ними синие облака становились привычными белыми, а небо синело, пропуская по себе развесёлую радугу. Он улыбнулся и выдохнул:
- Как же здесь красиво!
- Да. Мы с тобой проводили много времени, создавая этот мир. Вдохновителем, богом его был ты. А я так, на подхвате,- улыбнулась мама.
- Послушай, я почти готов тебе поверить. Но вот совсем недавно читал одну книгу. Старую книгу,- Алан внимательно посмотрел ей в глаза,- и там говорилось о месте, где люди забывают свои горести, обиды. И беды обходят стороной место под названием Небескоград.
Она лишь развела руки в стороны, и подняла в них маленькую радугу:
- Ну что я могу сказать? Кто-то здорово постарался, раз целую книгу написал…- она замолчала на пару секунд и продолжила,- хотя ты знаешь, сын, вряд ли та книга была целой. Возможно, лишь несколько листов.
Алан попытался вызвать воспоминание о книге найденной на полке в странном доме Заряны, и не смог. Но мать ждала ответа, а он лишь пожал плечами.

Ровные тропки были чисты от засохшей травы. Точно умытый малыш, Небескоград улыбался отцу. Кажется, ещё немного и он попросится на ручки, громко агукая! Алан улыбался, сознавая беспричинность веселья и ничего не мог с собой поделать. Он вспоминал…
Вначале кисть была непослушной юному художнику, но чем больше он рисовал, делая размашистые полосы на холсте, тем явственней становился мир, тем податливей становился беличий хвостик, окунаемый в бесконечные краски старинного мольберта…
- Я помню, как мы с тобой гуляли вон там,- он показал в сторону башенок замка.
Мама кивнула ему:
- Наш дом. Ты придумал его таким. И там живу я.
Среди домиков появились люди. В разной одежде. Не белой, как помнил Алан. Но у всех их волосы сияли радугой.
- А их тоже придумал я?
- Нет, сынок, они пришли сами. Из разных мест, из других миров. Они нашли здесь приют, убежище от горя, непонимания и угроз злых родичей и чужих.
- Так же, как и ты,- задумчиво проговорил он.
- Да, как и я. Но что же мы стоим? Скорей идём в дом. Я покажу, как там славно.
- Погоди,- Алан медлил, забывая на ходу слова,- я что-то должен у тебя спросить. Но забыл.
- А может, и не надо.
- Что не надо?
- Помнить,- её вежливая улыбка была на грани доброты и нетерпения.
Алан почувствовал, что ещё недолго и она сорвётся на крик.
- Я не могу не помнить. Понимаешь, мама. Я обещал…
- Кому?
- Лис…Заряне. Я обещал. Скажи, у вас тут недавно не было ли новый людей… пришедших недавно. Да, верно. Я всё правильно сказал.
- У нас все тут пришли недавно и живут давно,- опять эта её вежливая улыбочка.
- Брось говорить загадками! Скажи прямо!- Алан не выдержал и повысил голос.
Жители Небескограда, разглядывающие его со всех сторон, испуганно переглянулись. А потом засмеялись:
- Ты такой весёлый!
- А пойдём на речку, там хорошо!
- И что за странный цвет волос? Это не модно! Пшеничный оттенок!
- Фи! Тебе надо срочно что-то сделать с этими патлами!
- Идём с нами! Идём!
Они звали, манили его, показывая на речку.
Небо скрыло в бело-синих облаках радугу и закапал мелкий дождик. Он смывал краску с домов, с волос небескоградцев, с травы, и даже реки, превращая только что такой красочный мир в грифельные наброски на белом холсте.
- Алан!- мать испуганно посмотрела на сына,- Ты! Ты что творишь?
- А что я творю?- искренне удивился он.
- Ты создал этот мир. А теперь разрушаешь!
- Да, ладно, мам! Разве я могу? Вспомни, как я его люблю.
- Уходи!- она оттолкнула сына,- И никогда не возвращайся. Ты стал таким же, как твой отец. Я думала… думала, что ты лишь внешне похож на него. Но ты и внутри стал, как он. Разрушителем, вечным изгоем, неприкаянным странником. И ты знаешь, я думаю, она всё правильно сделала.
- Кто сделала?- Алан увидел, как её волосы теряют цвета, стекая жалкими ручейками по голубому платью.
- Та девушка. Скажи мне, сын, ты хотел привести её сюда, чтобы наказать?
- Что за чушь?- усмехнулся он.
- Признайся, если не себе, то хотя бы мне. Ты задумал лишить её памяти? Она ушла. И ты всё никак не можешь догнать.
- Откуда ты?.. И вовсе не так,- Алан попытался спрятать взгляд от внимательных глаз, но напрасно.
Она взяла его лицо в свои ладони, перепачканные краской:
- Не вздумай ей вредить, сын! Ты слышишь?
Его глаза переполнились слезами:
- Не могу. Как она посмела?
- Задай вопрос себе: как смею я желать зла, любя? Или я её и не люблю, а лишь желаю обладать?
- Мама! Прости меня! Я больше так не буду. Я не буду…- и он зарыдал.
Он упал на траву, серую, рвущуюся на куски при его прикосновении. Он прикрыл глаза, чтобы не видеть, как мир превращается в пустоту. И вдруг, когда уже не осталось сил на слезы и рыдания потеряли всякий смысл, он почувствовал, как легко пробежали её пальцы по мокрым от дождя волосам.
- И ты меня прости, сынок.
Тучи, гонимые ветром, разлетелись в разные стороны. Солнце несмело выглянуло из-за голубых тучек на белом небе. Изумрудная трава блестела каплями, отражаясь множеством радуг. На небе появились разноцветные дорожки дугой, изогнутой грустной ухмылкой. Волосы матери вновь стали сиять множеством цветов из старой поговорки об охотнике. Цвета вернулись в мир Небескограда. Весёлые люди водили хороводы вокруг Алана и его мамы, но те не замечали их, застыв в объятиях друг друга.