Хакеры Сновидений Группа Ворона! гл. -11

Глава-11! Выбор, за мной! (Автор-Белый Всадник!)...Ворон сидел, откинувшись на спинку стула, и смотрел, как Галя ходит по комнате, меряя её шагами, будто прокладывая невидимую траекторию. Ольга молча наливала чай — в её движениях чувствовалась привычка всё упорядочивать: чашка ровно на блюдце, ложка строго параллельно краю стола. В воздухе витал запах крепкого чая и старой бумаги — будто сама квартира хранила в себе тысячи невысказанных гипотез.

— Значит, так, — Галя остановилась, уперев руки в бока. — Никакой психиатрии! Никаких «ты просто устал» и «тебе надо отдохнуть». Если это сбой сознания, то — пусть будет сбой! Но я хочу знать, какой механизм его запускает!

Ольга приподняла бровь:

— Ты всерьёз собираешься искать научное объяснение тому, что человек вдруг начинает рассказывать про параллельные миры?

— А почему нет? — Галя села напротив Ворона, наклонившись вперёд, как перед важным экспериментом. — Вот представь, мой хороший : есть два мира. Похожие, но не идентичные. И где-то между ними, есть — щель. Тонкая, как лезвие. И если эта щель открывается…

— …то кто-то может проскользнуть сквозь неё, — тихо закончил Ворон.

Галя кивнула, будто он только что подтвердил её самую смелую догадку.

— Именно! И тогда все эти «обмороки», «потеря памяти», «сомнамбулическое состояние» — не симптомы болезни, а побочные эффекты квантового прыжка! Как перегрузка электросети, когда включают слишком много приборов.

Ворон коснулся пальцами блокнота, лежавшего на столе. Последняя запись, всё ещё казалась ему чужой, — будто кто-то другой, более решительный и знающий, чем он сам, оставил эти строки.

— Завьялов и Новиков… ,— пробормотал он. — Если это не бред, если я действительно оставил эту записку не случайно… значит, они что-то знают! Или делали что-то, что могло открыть эту самую «щель» между реальностями!

— Институт новых физических проблем! , — задумчиво повторила Галя. — Не Институт мозга. Физики. Значит, речь не о сознании, а о структуре пространства. О том, как устроена реальность.

Ольга покачала головой:

— Звучит, как сценарий , для Фантастического фильма!)))

— А наука часто начинается с Фантастики! — ,усмехнулась Галя. — Сначала кто-то фантазирует, потом другой проверяет. Завтра я позвоню Зойке. Она знает всех физиков в нашем городе. Если ученый Завьялов существует, она скажет, чем он занимается. И если он связан с Новиковым, — тем лучше!

Ворон хотел возразить, сказать, что не стоит впутывать людей, что он сам как-нибудь разберётся, но слова застряли в горле. Впервые за весь этот безумный день он почувствовал не одиночество, а поддержку. Пусть Галя и Ольга пока не верят в его историю до конца, но они не отворачиваются. Они пытаются понять.

В этот момент в прихожей тихо звякнул телефон. Все трое замерли, будто звук мог разрушить хрупкое равновесие, которое им удалось создать.

Галя первой пришла в себя и подошла к аппарату.

— Алло? — её голос звучал спокойно, почти буднично, но в глазах мелькнуло напряжение. — Да, это я… Кто? А, Зоя… Да, я как раз о тебе думала… Нет, ничего срочного… Ну, если честно, есть один вопрос… Ты не знаешь такого физика — Завьялова? Да, Завьялов… Ага… Что? — она вдруг побледнела и крепче сжала трубку. — Нет, подожди… Ты уверена?

Ворон и Ольга переглянулись. Галя слушала, кивая, её пальцы побелели, вцепившись в чёрную пластмассу аппарата. Наконец она медленно опустила трубку и повернулась к ним.

— Зоя говорит, что Завьялова нет. Не было и нет. Ни в одном институте. Ни в списках, ни в публикациях. Ни в архивах.

— Может, она ошиблась? — прошептала Ольга.

— Она не ошибается! Она помнит фамилии, как формулы. Если она говорит, что его нет — значит, его действительно нет!

Ворон почувствовал, как внутри всё сжимается. Это было хуже любого отрицания. Не «ты бредишь», а,- «того, на кого ты надеялся, просто не существует!!!»

— Тогда кто написал эту записку? — тихо спросил он, глядя на свой блокнот.

— Тот, кто знал, что мы будем искать, — ответила Галя, и в её голосе прозвучала не паника, а холодная ясность. — Тот, кто хотел, чтобы мы пошли по ложному следу. Или… тот, кто пытался нас о чем-то предупредить.

Она подошла к окну и отодвинула штору. Улица была тихой, почти безлюдной. Только у подъезда стояла та самая машина, из которой вышел его двойник. И сейчас, рядом с  черным Бумером мелькнула знакомая фигура, — широкоплечий мужчина с кинокамерой. Евстафьев? Или кто-то  на него очень похожий?

— Ворон, — вдруг сказала Галя, не оборачиваясь. — Ты говорил, что умеешь входить в сны. А можешь ли ты… вернуться туда, откуда пришёл? Не через обморок, не случайно, а намеренно?

Он покачал головой:

— Я не знаю! Мои способности четко работают в снах, а не в реальности. Здесь правила совсем  другие!

— Но если это всё-таки реальность… пусть и чужая… может быть, есть способ её «просчитать»? Как сон?

Ворон задумался. В его практике бывали случаи, когда граница между сном и явью стиралась настолько, что кошмары начинали влиять на физический мир. И тогда единственный способ вернуть контроль, — найти якорь! Что-то личное, глубоко укоренённое в сознании. Что-то, что невозможно подделать.

— Есть один способ, — наконец сказал он. — Но он рискованный. Мне нужно погрузиться в состояние, близкое к трансу. И мне нужен кто-то, кто будет держать связь с этим миром. Кто-то, кто не даст мне уйти слишком далеко.

— Я помогу тебе!, — сразу сказала Галя.

— Это опасно!, — предупредил Ворон.

— Опаснее сидеть и ждать, пока реальность окончательно развалится вокруг нас!

Ольга хотела что-то возразить, но потом просто кивнула:

— Если уж мы ввязались в это, то надо идти до конца! Я останусь здесь. Буду следить за временем. И если что-то пойдёт не так, — я тебя остановлю!

Галя достала из ящика стола тонкую тетрадь в кожаной обложке — видимо, свои рабочие заметки — и положила её рядом с блокнотом Ворона.

— Держи! Если начнёшь терять нить сновидения, — смотри на эти записи. Это мой почерк. Моя логика. Пусть она будет твоим якорем.

Ворон взял тетрадь, ощущая её тяжесть, и кивнул.

— Хорошо. Тогда начнём.

Он закрыл глаза, стараясь выровнять дыхание, отбросить все лишние мысли. Перед внутренним взором поплыли образы: Тверской бульвар, лиловый туман, памятник Пушкину, лицо Лены, испуганное и внимательное, тень двойника у подъезда… Он искал точку, где реальность дрогнула впервые. Тот миг, когда мир начал рассыпаться.

И вдруг он почувствовал, что пространство вокруг него меняется! Не плавно, а рывками, как при плохой телесвязи. Комната то становилась чёткой, то расплывалась, сменяясь другими интерьерами: больничная палата, кабинет с высокими окнами, тёмная улица под дождём. Голоса Гали и Ольги звучали то рядом, то где-то далеко, будто их разделяли километры.

— Ворон! — резко окликнула Галя. — Ты слышишь меня?

— Слышу… — прошептал он, не открывая глаз. — Держусь…

— Смотри в тетрадь! Держи фокус!

Он вцепился взглядом в строчки, написанные её рукой, и реальность снова начала собираться вокруг него. Но теперь он видел не только комнату, но и тонкую, едва заметную линию, проходящую сквозь стены, сквозь мебель, сквозь саму ткань этого мира. Линия мерцала, пульсировала, словно жила своей жизнью.

«Это граница, — понял он. — Та самая щель между реальностями . И я могу её коснуться!!!»

И в тот момент, когда он протянул к щели между реальностями свою  руку, дверь квартиры резко распахнулась!!! На пороге стоял его двойник! Тот самый, холодный, расчётливый. В его глазах не было ни удивления, ни злости — только спокойная уверенность человека, который знает, что делает.

— Слишком поздно!, — сказал двойник, и его голос прозвучал не как эхо, а как отдельная, самостоятельная сила. — Ты уже изменил этот мир! И теперь он не отпустит тебя просто так...