И тогда возникает вопрос ещё страшнее

 а что достанется детям?

БОЧКОВ: ШАГНУТЬ ЗА ГРАНЬ БЕЗУМИЯ Именно это, по-моему, сейчас происходит в России. Я слышу это безумие каждый день —
в комментариях к моим постам, в совершенно невероятной ярости людей, которых корёжит уже не от моих слов, а от самого
факта существования другого мира, где можно жить без Путина, без войны, без ежедневной необходимости ненавидеть
назначенного тебе врага.
Как же их там корёжит, бедных.
Но самое страшное — они вынуждены беситься. Это уже не просто политическая позиция и даже не пропаганда. Это способ
психологического выживания. Потому что стоит такому человеку хотя бы на минуту остановиться, выключить телевизор и
честно оглядеться вокруг, ему придётся признать слишком многое: что огромная страна двадцать лет шла не к величию, а в
тупик; что обещанное будущее украли; что молодость прожита под ложь, зрелость — под страх, а старость может достаться
среди руин очередного имперского эксперимента.
И тогда возникает вопрос ещё страшнее: а что достанется детям?
Вот тут и начинается настоящая истерика.
Потому что признать собственное бессилие невероятно трудно. Проще объявить весь мир врагом. Проще ненавидеть украинцев,
американцев, европейцев, либералов, эмигрантов, писателей, геев, евреев, НАТО — кого угодно, лишь бы не смотреть в
зеркало.
НЕ СМОТРЕТЬ В ЗЕРКАЛО! И ВРАТЬ, ВРАТЬ, ВРАТЬ!
И вот наступет ЧУДО - ты сам начинаешь верить в собственное враньё! Им необходимо верить, что кругом враги, потому что
иначе придётся признать: главный враг всё это время находился не за границей.
И ещё там есть зависть. Тяжёлая, почти физиологическая зависть к нормальной жизни. К возможности выбирать власть, ругать
президента и не бояться ночного звонка. К детям, которые могут строить планы на десять лет вперёд, а не гадать, когда их
государство решит снова кого-нибудь спасать танками.
Именно поэтому российская пропаганда всё меньше пытается доказать, что в России хорошо. Она доказывает другое: что везде
плохо. Что Европа замерзает, Америка разваливается, Украина вот-вот исчезнет, Париж захвачен мигрантами, Германия
разорена, а весь мир только и мечтает уничтожить Россию.
Психологически это очень удобная конструкция. Если у соседа тоже горит дом, собственный пожар переносится легче.
Но мне кажется, сейчас произошло нечто новое. Россия переступила ту черту, за которой ложь уже не нуждается в
правдоподобии, жестокость — в оправдании, а безумие — в логике. Фашистская империя начинает чувствовать собственный
конец, и именно поэтому становится особенно опасной.
Империи редко умирают спокойно.
Они мечутся, требуют новых жертв, придумывают предателей, ищут виноватых, закручивают гайки и до последнего обещают
населению великую победу.
И чем ближе становится конец, тем громче орёт телевизор.
Поэтому, когда очередной человек приходит ко мне в комментарии и начинает с пеной у рта объяснять, как Россия скоро
победит весь мир, я уже почти не спорю.
Мне его даже немного жаль.
Потому что иногда человек кричит просто боли. От бессилия. От безумного страха.
Он кричит, когда уже услышал треск льда под ногами.