Пропудренная прожеванная припорированная по Грефу

Пропудренная прожеванная припорированная по  Грефу  проверенная всеми  силовыми ведомствами  согласованная с Невидимой Хазарией и корпорациями ,  не свободной прессы,  купленными  не журналистами , а менеджерами СМИ, согласованная  с Администрацией рыночной олегархической  Федерации ,  статья   Нам нечего им предложить": Почему насильно мобилизованные украинцы не сдаются в плен
Позор плена сильнее страха? Почему насильно мобилизованные в ВСУ не спешат сдаваться
Свободная пресса
11 марта 2026, 13:15
По некоторым сведениям, в российский плен попало от 18 до 20 тысяч украинских военнослужащих. Цифра внушительная – это порядка 4-5 бригад ВСУ. И далеко не все из них добровольно подняли руки и сдались российским бойцам. Большей частью в плен украинцы сдаются только в тех ситуациях, когда нет иного выхода, под страхом неминуемой смерти.

© ТАСС
Парадокс – насильно мобилизованные или, как говорят на самой Украине, бусифицированные, попавшие в лапы ТЦК, не спешат на фронте сложить оружие. Есть и такие, кто сражается, как говорится, до последнего патрона. Известны случаи, когда солдаты ВСУ на предложение сложить оружие, кричали в ответ: «Русские не сдаются!».
При этом, попав плен, украинские военнослужащие становятся «белыми и пушистыми». И не стреляли, и поварами служили, практически все утверждают, что были насильно мобилизованными и воевать не хотели. Службу в ВСУ проклинают, говорят о больших потерях, нехватке личного состава, отсутствии еды и боеприпасов, издевательствах и поборах со стороны офицеров. Однако и при таком пышном «букете», в плен сдаваться не спешат.
– Первопричина такого поведения – в первую очередь страх, – рассказал «СП» военный эксперт полковник запаса Геннадий Алёхин.
– Во-первых, их идеологически обрабатывают психологи, рассказывая о страхах российского плена, в котором непременно убьют. Во-вторых, украинские солдаты боятся своих заградотрядов, которые повсеместно стоят за спиной и бьют по пытающимся сдаться ударными дронами. Есть и страх попасть под обмен, вернуться домой, где опять отправят на войну искупать вину кровью. При этом лишат практически всех выплат, льгот, пенсии.
Есть в рядах ВСУ и «идейные», причем не только в националистических батальонах, но и в обычных подразделениях. Достаточно посмотреть на их татуировки с фашисткой и бандеровской символикой. Таких нациков с детства прокачивали соответствующей идеологией, они считают российскую армию враждебной, готовы расстреливать наших бойцов, которые попали в плен. Поэтому верят, что с ними поступят точно также.
– Сам по себе плен для любого солдата явление позорное, проявление слабости и сломленного боевого духа, – рассказал «СП» военный эксперт Борис Джерелиевский, который проходил срочную службу в составе танкового экипажа в Афганистане.
– У нас были, у каждого, так называемые гранаты-«неразлучницы», чтобы подорвать себя, но не попасть в плен. Но сейчас в ходе СВО ситуация несколько иная и пленным украинским солдатам гарантируется жизнь, а не пытки и издевательства. И они об этом знают, поэтому многие все-таки предпочитают сдаваться.
Такой плен для украинских солдат, которые являются хорошими воинами, нисколько не является позорным. Проиграл – признай поражение. Тем более, что и, так скажем, «принимающая сторона» в лице российских военнослужащей крайней ненависти к пленным не питает, а с откровенными военными преступниками разберется контрразведка.
Есть и такой нюанс – украинские военнопленные, это, по сути, спасенные мужики. Им ещё и народное хозяйство поднимать, коров пасти или на заводах работать, детей растить и страну поднимать. Надеюсь, что даже в плену им смогут дать правильную, а не фашистскую ориентацию.
«Наш» предатель
В украинском плену оказались и российские военнослужащие, причем оказались среди них и те, кто сделал это добровольно. Вернувшийся в Башкирию по обмену военнопленными уроженец села Кармаскалы Радик Богданов отправился не в родной дом, а в камеру предварительного заключения. В МВД республики в его отношении было заведено уголовное дело – по версии следствия он после сдачи в плен успел послужить в ВСУ.
Собственно, и сам подозреваемый в измене родине признал свою вину – улик против него по этому факту оказалось достаточно. Участие в вооруженных формированиях на территории иностранного государства, противоречащих интересам Российской Федерации потянули на статью 208 часть 3 УК РФ, предусматривающих лишение свободы от 12 до 20 лет.
Радик Богданов, будучи российским военнослужащим, добровольно сдался в плен солдатам украинского добровольческого батальона «Скала», которые воевали в ДНР и Запорожской области против армии РФ. После прохождения медицинской, боевой и взрывотехнической подготовки Радик вступил в ряды этого батальона. Стрелял ли предатель в своих бывших товарищей, не сообщается, но участие в боевых действиях он принимал.
А «рассекретил» Радика один из украинских Telegram-каналов, который опубликовал информацию, что военнопленный Радик Богданов, служивший в российском подразделении «Шторм Z» перешел на сторону ВСУ. Фото прилагалось. В общем, опознать перебежчика не составило особого труда, когда он вернулся в Россию.
Нужно отметить, что роты «Шторм» и «Шторм Z» сформированы из волонтеров и в их рядах присутствуют бойцы, которые ранее отбывали наказание в учреждениях ФСИН России за совершенные преступления.
Радик Богданов, которому 52 года, был судим неоднократно. В его «послужном списке» и умышленное причинение вреда здоровья, повлекшее смерть, и незаконное проникновение в жилище, и банальное воровство бытовой техники. Отмечается, что он по месту жительства характеризовался отрицательно и злоупотреблял алкоголем. При этом всякий раз обещал исправиться и изменить свое положение. Ему поверили и даже взяли на службу в волонтерское подразделение.
Предатель в душе, он оказался и предателем на фронте. А в списки по обмену пленными, скорее всего, попал по «рекомендации» СБУ, но был раскрыт и оказался в привычной для него тюрьме, только уже не в статусе уголовника, а изменника Родины.
Русские против русских?
Почему военнослужащие ВСУ не сдаются в плен массово
Валерий Панов
22.01.2026
ВСУ после месяца без ротации сдались в плен». В Харьковской области военные 157-й бригады ВСУ сдались в плен после месяца без ротации». «Сдавшиеся под Харьковом бойцы ВСУ месяц просидели с телами сослуживцев. ВСУ больше месяца провели на позициях под Харьковом с телами погибших товарищей». Это лишь некоторые заголовки из российских СМИ последних дней.
 
Трогательно, конечно, почти до слез. А тексты публикаций прямо вызывают жалость к украинским солдатам. Однако сдаются при этом единицы.
Как не вспомнить примеры из победных сражений Великой Отечественной, когда немцы выходили к русским сотнями и тысячами, без оружия, поднимали руки вверх и в страхе вопили: «Гитлер капут!».
Это выражение понятно и сегодня: оно означает полную капитуляцию на данном участке фронта. Немцы просили пощады, поскольку боялись, что их убьют. А украинцы, взявшие в пример героев-бандеровцев и гитлеровских нацистов, храбрее своих исторических учителей что ли?
Вроде, не похоже: они бегут со своих позиций, как в свое время драпали и немцы, но в плен массово, как те, не сдаются.  Об одном из  таких  случаев рассказал военный эксперт Андрей Марочко. По его словам, под Купянском около 50 украинских военных бросили вооружение и технику, но в плен не сдались. «Спасаясь бегством с поля боя и не желая сдаться в плен, разрозненные группы ВСУ уничтожались огнем артиллерии и расчётами ударных FPV-дронов», — говорилось  в сообщении Минобороны России. Война есть война. Европе, однако, выгодно, чтобы украинцы умирали, но не сдавались. Чем больше крови, тем труднее будет примирить Украину и Россию. Тем слабее они обе.
Для облегчения сдачи в плен Минобороны России даже рекламирует волну 149.200 и специальный позывной «Волга», чтобы договориться с российскими военными. Но ее прослушивают и украинские спецслужбы, имеются особые подразделения, которые расстреливают уходящих, рассказывает военный эксперт, полковник в отставке Юрий Кнутов. Как правило, это нацисты из запрещенных в России террористических организаций либо иностранные наемники. ТАСС со ссылкой на российские силовые структуры сообщало: «Пленные говорят, что существует методичка от руководства, где черным по белому прописано: "Уничтожать в случае ухода с позиций всеми доступными способами"».
Но говорить о том, что украинцы не сдаются в плен массово только из-за того, что боятся быть расстрелянными своими же сослуживцами, вряд ли резонно. Граждане Украины вполне осознано сделали свой выбор.
Так, согласно результатам социсследования, проведенного украинским Центром Разумкова (Киев),  в возможность военной победы в конфликте с Россией верят 58,8% украинских граждан, 18,3% считают такой сценарий маловероятным.
Участники исследования также ответили на вопрос о возможных уступках в ходе переговоров с Россией, если бы решение зависело лично от них. Лишь 8,1% респондентов согласились бы на территориальные уступки, 10,1% — на отказ от проевропейского курса развития государства, тогда как 62,3% заявили о неготовности идти на уступки ни по одному из перечисленных пунктов.
В то же время число противников  уступок постепенно снижается с февраля 2022 г. По информации Киевского  международного института социологии (КМИС), три года назад против такого исхода конфликта были 87% украинцев, а к лету 2025 г. этот показатель снизился до 52%. Однако общественный настрой на продолжение войны с Россией достаточно высок. В ВСУ — это заметно особенно. Украинцы, даже заблокированные, сдаваться не спешат.
Остатки оборонявшихся в Димитрове (Мирнограде) военнослужащих ВСУ сдались в плен в условиях полного окружения и отказа украинского военного командования эвакуировать их. «Украинские военные держались в трех районах жилой застройки на севере города. В основном это были морпехи, которым пришлось есть крыс. Почти два месяца они находились в полном окружении без нормального снабжения», — сообщал телеграм-канал Mash*.  Потом  вышли на связь с бойцами группировки «Центр» ВС РФ и сдались.
А вспомним Мариуполь. Город больше месяца находился в полном окружении.  Любому человеку понятна безвыходность этой ситуации. Однако 36-я бригада ВСУ начала сдаваться в плен только при полном отсутствии ресурсов для сопротивления. 
Этот факт еще раз убедительно свидетельствует о необходимости полного военного разгрома армии Украины. Скажем больше: по мнению военных экспертов, первым признаком катастрофического поражения ВСУ станет организованная сдача в плен батальонов и рот. Подобного пока не наблюдается.
«Украинская армия деморализована и бежит», — с 2014 г. твердят дилетанты, позиционирующие себя экспертами (преимущественно «диванные»), но не имеющие даже начальной военной подготовки. Постоянно публикуются сообщения о том, что «моральное состояние ВСУ находится на крайне низком уровне». «Инсайды» апеллируют к примерам, подобным тому, что сообщал Mash:  около 700 вэсэушников сдались в плен под Покровском, дескать это рекорд с начала 2025 г. Но где еще столь вдохновляющие факты? Их нет.
Зато есть примеры прямо противоположного смысла. 6 ноября прошлого года  сообщалось о провале попыток ВСУ вырваться из окружения в Покровске. Российская армия отразила 12 контратак, продолжая продвижение в городской застройке. Кроме того, по данным SHOT, целый отряд ВСУ сдался в плен, жалуясь на командование, которое бросило их на произвол судьбы. Солдаты потеряли надежду вырваться из котла и увидели единственный шанс выжить — сдаться в плен. Получается, что даже якобы демотивированные и насильно мобилизованные украинцы держат оборону до последнего патрона. И не пугают их никакие заградотряды. Сомнительно, что они зомбированы пропагандой о «зверствах» в случае сдачи в плен. А  те, кто все-таки сдается на милость победителей, рассказывают стандартную баечку: они-де были поварами и водителями, автомат даже в руках не держали; их бросили командиры; кончились боеприпасы; они изголодались и смертельно устали... Но почти никто не сказал, что хотел перебежать к русским братьям. Не пришлось слышать и о том, что они ненавидят нацизм, киевский режим, бандеровцев,  врагов христиан. И что они хотят драться за освобождение Украины от западных марионеток у власти, уничтожающих народ и  разрушивших страну. И вряд ли скажут! А мы все ждем-пождем…
«Надо отходить от времени, когда мы жили в мирной обстановке. Надо осознавать, что у нас идёт война с фашизмом, как это было и в 1941 году. Раньше фашизм был в Германии, а теперь он рядом – на Украине», —  сказал в беседе с Царьградом почётный президент Международной ассоциации ветеранов подразделения антитеррора «Альфа» Сергей Гончаров. На исходе четвертого года Специальной военной операции в нашем общественном сознании нет четкого понимания, кто такие нынешние украинцы. Впрочем, такого понимания не было никогда. Зато был вбитый большевиками в сознание русским тезис о «братском украинском народе». Как и о других «братьях» в Советском Союзе и странах социализма! Насколько они братские и братские ли вообще, хорошо иллюстрируют события, происходящие ныне на постсоветских и восточноевропейских территориях.
Вместо того, чтобы сказать «Не брат ты мне, гнида бандеровская», — как сказал герой Сергея Бодрова в легендарном фильме, — российскому обществу продолжают навязывать нарративы про «зверства нацбатов и не желающих воевать всушников», хотя зверствовали и те, и другие одинаково, а загубленных жизней на счету ВСУ как опытной регулярной армии может быть даже больше, чем у тех же нацбатов. Главный вывод из этой истории в том, что попытки размывать образ врага, недооценивать его, чреваты серьезными проблемами.
Пора перестать внушать идеи большевиков про «братский народ, обманом попавший в ВСУ». Кроме насильственно мобилизованных, все остальные — хоть из запрещенных нацбатальонов, хоть из ВСУ — это зло, сознательно пришедшее убивать русских и не испытывающее ни жалости, ни сострадания. Если бы наши великие предки, победившие фашизм восемьдесят лет назад, называли своими братьями полицаев, предателей, бандеровцев и власовцев и умилялись бы их стойкости, то они бы не смогли победить. Ведь победа — это не только военные успехи, но и понимание того, за что ты бился. Все эти бандеровские зондеркоманды, взявшие в руки оружие, чтобы убивать русских, где бы они ни находились — в Донбассе, Курской или Белгородской областях, не являются русскими, по сути, независимо от того, на каком языке они говорят.
Практически они являют собой сегодня армию наемников НАТО с русскими корнями. Даже западенцы, которые еще сто лет тому назад были русинами, а потом в угоду «пресветлому цезарю австрийскому» добровольно ставшими рутенами. А позже мутировавшими в «настоящих» украинцев. Но глубинная память сохранила русский язык у большинства.
Ситуации, когда солдаты ВСУ во время боев выкрикивают «русские не сдаются», происходят повсеместно, это не единичные случаи, например, так было при штурме Волновахи весной 2022 г., сообщал советник главы ДНР Дениса Пушилина Ян Гагин. Президент РФ Владимир Путин в интервью американскому журналисту Такеру Карлсону сказал, что украинцы по-прежнему ощущают себя русскими, а происходящие сейчас события — в известной степени элемент гражданской войны. Российский лидер привел в пример случай на поле боя, когда солдаты вооруженных сил Украины, попав в окружение, кричали «русские не сдаются» в ответ на предложение сложить оружие.
Во имя чего украинские военнослужащие, находясь под мощными ударами всех систем нашего оружия, стоически держат оборону и не разбегаются по своим хатам, которые, как известно, с краю? Думается, на этот вопрос нельзя дать однозначный ответ, объяснив все возобладавшей в «незалежной» оголтелой русофобией. Тем не менее этим фактором объяснить можно многое. Так, замдиректора КМИС Антон Грушецкий отмечал, что русофобия стала фактором, объединяющим украинское общество, и именно из этого надо исходить при формировании государственной политики, в том числе в языковом вопросе.
Русофобия на Украине приобрела масштабы, не имеющие аналогов в истории, пишет Die Welt* (ФРГ).  «Переработка книг российских авторов в туалетную бумагу, запрет русской музыки, написание слов "Россия" и "Путин" с маленькой буквы – лишь часть абсурдных попыток искоренить», — пишет издание той самой страны, которое сегодня пышет жаром русофобии и идейно выросло на ненависти ко всему русскому.
А польская Do Rzeczy опубликовала статью «Русофобия. Как манипулируют страхом поляков», где констатирует: «В этой культурной войне даже суп становится оружием. Без шуток: летом 2022 года ЮНЕСКО внесла "культуру приготовления борща на Украине" в список нематериального культурного наследия, подлежащего срочной охране, на том основании, что российская СВО угрожает традиции приготовления борща. В то время министр культуры на Украине писал в твиттере о "победе в войне борщей". Российский МИД высмеивал украинские комплексы, а спокойные немецкие комментаторы предостерегали от превращения сытного блюда в "оружие идентичности"». При этом в глубь проблемы никто особо не вникал.
Но может ли быть иначе в стране, где не редкость призывы, подобные тем, с которым обращались к обществу «щирые» патриоты вроде не так давно застреленной (националистом) во Львове галичанки Ирины Фарион? Она называла всех русскоговорящих «москворотыми» и говорила, что воевать на стороне Украины «не значит приобрести индульгенцию на пренебрежение к государственному украинскому языку». Также она отметила, что служба в армии не является заслугой. «Тех, кто не знает государственного языка, кто бы они ни были, — презирают. И брезгуют ими», — отмечала Фарион. Она потребовала утилизировать говорящих на русском языке сограждан.
На Украине эти   ее высказывания широкого осуждения не вызвали, прежде всего, в армии, что было вполне естественно. Как и более ранние призывы столь одиозной в политике фигуры, как Юлия Тимошенко. В сеть была выложена запись прослушки ее телефонного разговора (как и сейчас!), где явственно прозвучало, как она говорит, в том числе: «И я надеюсь, что я включу все свои связи, и я подниму весь мир, как только смогу, для того, чтобы, блин, от этой России не осталось даже выжженного поля».
Заканчивается разговор тем, что персонаж, очень похожий на Тимошенко говорит о необходимости обращения в Международный суд в Гааге. Если не получится, конечно, «кацапов стрелять в лоб» или взять «москалей на ножи». Что в принципе одно и то же. Этот диалог состоялся в марте 2014 г. С тех пор ситуация лишь усугубилась.
«Тезисы» этих дам стали идеологическими скрепами для украинской власти. С началом гражданской войны 2014 г. националистическая пропаганда приняла совершенно оголтелый характер, причем, никакое инакомыслие теперь уже принципиально не допускалось. Фактически каждый гражданин Украины был обязан стать антирусским нацистом. И результат этот был в значительной степени достигнут. Тем более что к пропаганде и репрессиям против инакомыслящих добавилось «выпадение» основной части пророссийского электората, покинувшего Украину вместе с Крымом, ДНР и ЛНР, а также «своим ходом» после упрощения для жителей этой страны процедуры получения российского гражданства.
А армия всегда есть отражение общества, его сколок и квинтэсенция. Характерный пример. Боевики неонацистского подразделения ВСУ  «Братство»* сдались в плен российским бойцам после того, как их сослуживец из идейных соображений подорвал себя гранатой. Об этом рассказал один из украинских военнослужащих по имени Артем, фрагменты из беседы с которым публиковало Минобороны РФ. Думается, сигналом о сломе морального духа ВСУ станет массовая сдача в плен украинских солдат. Когда это произойдет, сегодня предсказать трудно.
При этом необходимо отметить весьма важную тенденцию, которая проявилась уже в ходе гражданской войны 2014—2015 гг. Хотя бандеровская идеология пришла с запада Украины, жители этого региона в основном предпочитали вместо войны за родную страну бежать в близкую Польшу (а по возможности еще дальше на запад). Воевали же против ополченцев Донбасса в основном жители центральных регионов, среди которых большинство составляют этнические русские или потомки смешанных русско-украинских браков. Этих людей называют грубым, но точным словом «вырусь». Это так называемые «новые нацисты», которые, как и любые неофиты, восприняли новую идеологию с гораздо большим энтузиазмом, чем ее традиционные носители из Галичины.
У нас было принято посмеиваться над тезисом киевской пропаганды о том, будто украинская армия сильнейшая в Европе. Однако это оказалось в известной степени правдой: ни одна европейская армия не выдержала бы даже полугода той войны, что уже два года ведут ВСУ и связанные с ними формирования, правда, при беспрецедентной военной и материально-технической поддержке Запада. Но ведь русские бьются с обеих сторон.
Ну а нацистские батальоны оказались наиболее мотивированными, следовательно, самыми боеспособными. Именно нацбатальоны являются «несущей основой» украинской армии, а по совместительству ещё и заградотрядами, если какие-то «обычные» подразделения дрогнут. И военнослужащие «обычных» прекрасно это осознают. Знает об этом и мирное население Украины. Те, кто нацистскую идеологию все же не воспринял и готов был бы поддержать российскую армию, боятся проявить себя даже на тех территориях, которые заняты нашими войсками. А что если вернется украинская «демократия» в лице нацистов, как это уже случалось?..
Видимо, настала пора всем нам решительно избавиться от предвоенных иллюзий и осознать, что только при полной денацификации и демилитаризации можно изменить Украину.  И это — очень конкретная цель. Согласно социсследованиям (Фонда «Демократические инициативы», например), минимум, около 50% населения считает украинских нацистов борцами за независимость.
Нам нечего им предложить": Почему насильно мобилизованные украинцы не сдаются в плен
24 сентября 2023
359,5 тыс
7 мин
 
Оглавление
• С завода с поднятыми руками
• Прятки со смертью
• Если повезёт
Показать ещё
 
ФОТО: MFA RUSSIA/GLОBALLООKPRЕSS
Поведение людей, которые сначала дерутся с военкомами и убегают от них по крышам, а затем воюют до последней возможности, ставит в тупик. Но так ли легко украинскому солдату сдаться в плен – разбирался Царьград.
ВЛАД ШЛЕПЧЕНКО
На днях СМИ писали, что на Сватово-Кременном направлении украинские военнослужащие начали массово сдаваться в плен. Сообщалось, что защитники Незалежной выходят на наших военных на частоте 149.200 и запрашивают коридор для сдачи. По некоторым данным, за последние дни таким образом сложили оружие 30 человек.
В том, что простые мужики находят в себе мужество выйти из ненужной им войны, не может не радовать. Однако называть процесс массовым, как это делают некоторые журналисты, можно вряд ли.
С завода с поднятыми руками
Массовая сдача – это когда с поднятыми руками выходят целые части и соединения вместе со своими командирами и штабами, строятся в колонны и идут сдавать победителю технику и оружие. Последний раз мы наблюдали такое в середине мая 2022 года. Тогда загнанные в подвалы мариупольской "Азовстали" "азiвцы"* предпочли плен.
 
ПЛЕННЫЕ "АЗОВЦЫ"*. ФОТО: COVER IMAGES/GLОBALLООKPRЕSS
До этого в апреле массово сдавались морпехи 36-й бригады – тогда с завода Ильича вышли 1026 военных.
Хоть капля и точит камень, но сдача мелких групп, многие из которых оказались перед этим в безвыходном положении – попали под миномётный обстрел и получили много раненых, перепутали дорогу или потеряли технику на минах, – никак нельзя признать большим успехом.
И тут возникает вопрос: почему так? Мы же видим эти бесконечные нападения украинских военкомов на мужчин в общественных местах, избиения, заковывание в наручники, разбитые в кровь лица. Неужели люди, которых насильно гонят на фронт, попав в окопы, становятся такими патриотами, что готовы умирать за государство, которое выволокло их из квартиры и швырнуло в грязную яму под русские снаряды?
Есть две причины: идеологическая и тактическая. Начнём со второй.
Прятки со смертью
На самом деле сдаться не так просто, как кажется многим. Это в прошлом две армии стояли лицом к лицу, и, осознав безнадёжность своего положения, можно было поднять белый флаг и отдать шпагу. Современная война – это война дистанционная. Основные потери стороны несут от артиллерийского огня, а он настигает своих жертв и за 10, и за 15 км за линией фронта. И вот потенциальный капитулянт сидит и прикидывает варианты, думает о своей злополучной судьбе, а тут к нему прилетает 43-килограммовый снаряд. И всё. Все планы и намерения закончились .
Или, допустим, мобилизованный сходил в атаку, посмотрел на кровь, проникся осознанием того, что воевать за гешефт Зеленского ему совершенно не хочется. Может ли он сдаться в плен? Теоретически – да. А практически?
Практически ему нужно:
• покинуть свою позицию, перейти через "своё" минное поле, при этом не попасться на глаза дежурному пулемётчику или снайперу соседнего подразделения;
• пройти полосу ничейной земли, за которой обе стороны пристально следят и систематически простреливают в профилактических целях;
• после пройти минное поле русской армии, опять же – русские пулемётчики и снайперы, русские дозорные в передовых окопах – смертельно уставшие и стреляющие в ответ на любой шорох, потому что война, и проще сначала высадить рожок и лишь потом задавать вопросы.
 
БОЙЦЫ БАТАЛЬОНА "ВОСТОК" В БОЯХ ЗА НОВОМАЙОРСКОЕ ЗАХВАТИЛИ ПОДРАЗДЕЛЕНИЕ БОЕВИКОВ ВСУ. ФОТО: СКРИНШОТ ВИДЕО ТЕЛЕГРАМ-КАНАЛА "ЦАРЬГРАД ТВ"
Совокупно беглецу предстоит стать мишенью, где у него больше нет "своих", а чужие ещё не знают, что он решил стать мирным, а не выполняет задание по "просачиванию".
Если повезёт
Не надо забывать, что решивший сдаться в плен военнослужащий ВСУ не может доверять своим сослуживцам просто потому, что общество там последние годы форматировалось по лекалам тоталитарной секты, где несогласные в лучшем случае изгоняются, а от сомневающихся постоянно требуется подтверждение их лояльности. Поэтому в окопе всегда есть тот, кто с удовольствием сдаст или даже пристрелит "зрадника".
В результате севший в опорник взвод некоторое время напоминает "ведро с крабами" – коллектив, который не позволяет своим членам спастись. И только понеся большие потери и распавшись на отдельных личностей, это подразделение бежит. Или не бежит, потому что бежать уже поздно, русские миномёты ведут отсекающий огонь, а к окопам подползли штурмовики, и с обеих сторон летят гранаты.
Сдача в плен в таких условиях – это не столько вопрос личного выбора, сколько удачи.
Идеологический аспект
Военный эксперт Александр Артамонов в разговоре с Царьградом отметил, что огромное влияние на упорство сторон оказывает формат текущего конфликта, который он считает гражданской войной:
Их хватали на улице, надевали на них форму, давали в руки автоматы и отправляли в окопы. Но все они попали в плен тяжелоранеными, когда уже не оставалось боеприпасов. Чувствуете дихотомию? Взяли силой на улице тех, кто не хочет воевать, но при этом они сражаются до последнего патрона. Что это? Это – гражданская война, которую импортировал им Запад, заложив сюда полное отсутствие идеологии у нас.
В России 30 лет отсутствовала идеология, из-за чего общество у нас в целом безыдейное. Украинцев же за это время убедили в том, что они защитники сказочного европейского будущего, которое у них хотят отнять .
Война высшего уровня – это именно идеологическая война. СССР обладал сильнейшим в мире оружием, но проиграл людей. Далее было 30 лет медленного подъёма из бездны. В это время у украинцев появилась идеология. Это идеология защитников Европы. Они защищают Украину, которую считают частью Европы. Попробуйте украинца убедить в обратном,
– говорит наш собеседник.
 
НА АВДЕЕВСКОМ НАПРАВЛЕНИИ ДОБРОВОЛЬНО СДАЛСЯ В ПЛЕН ЦЕЛЫЙ ВЗВОД 11-Й БРИГАДЫ ВСУ. ФОТО: СКРИНШОТ ВИДЕО ТЕЛЕГРАМ-КАНАЛА "ЦАРЬГРАД ТВ"
И нам нечего им предложить, потому как идеологии у нас так и нет. Как нет и сформулированной до конца и понятной всем (желательно по обе стороны) цели СВО.
России нужна национальная идеология, чтобы успешно противостоять "гибридной войне" со стороны Запада и экстремизму,
– заявил ещё в прошлом году председатель Следственного комитета России Александр Бастрыкин.
Мы не можем бороться с враждебными нам идеологиями, если у нас как государства и народа нет вообще никакой идеологии. С крахом коммунистической идеи в России должна была восторжествовать Русская Идея, основанная на вере, духе и традиции. Вместо неё нам был навязан агрессивный западный либерализм. Из этого тупика нужно выбираться. Наступает время Русской Идеи,
– считает философ Александр Дугин.
Сейчас наша страна взялась за осмысление своего положения и интересов, вот только доносить эти образы до украинских граждан немного поздно. Следовательно, ответ на задачу придётся искать в другой плоскости, а именно – в оперативно-тактическом искусстве.
Почему немцы не сдавались американцам?
Давно замечено, что страны, воевавшие во Вторую мировую против вермахта, несли большие потери пленными. Те же армии, что сражались против американцев, напротив, в плен попадали относительно редко. Из этого наблюдения был сделан вывод о высоких волевых качествах немецкого солдата. На самом деле склонность сдаваться в плен при поражениях зависела не от менталитета народа, а от тактики, которую применяла побеждающая сторона.
Американцы делали упор на превосходство в огневой мощи, выдвинувшаяся вперёд рота могла рассчитывать на солидную огневую поддержку тяжёлой артиллерии. Оказавшемуся под воздействием огневого вала противнику было затруднительно сдаваться, проще отойти.
 
ОФИЦЕРЫ ВЕРМАХТА ПАРИЖСКОГО ГАРНИЗОНА СДАЛИСЬ В ПЛЕН БЕЗ БОЯ. СОБСТВЕННО, И БОЁВ ТАМ НЕ БЫЛО. ФОТО: JEWISH CHRONICAL/GLОBALLООKPRЕSS
Немцы же, напротив, в момент своих успехов раз за разом проводили операции на окружение с глубоким охватом флангов и заходом в тыл врага манёвренными группами танков и моторизированной пехоты. Подразделения, попадавшие в такие мешки, должны были или гибнуть в отчаянных попытках вырваться из ловушки, или же массово сдаваться. Так в результате проваленного второго сражения за Харьков 1942 года Красная армия потеряла 20 дивизий и 270 тысяч человек, большинство из которых попали в плен.
Правильность такого взгляда доказывает Маньчжурская наступательная операция 1945 года, ставшая советским вариантом блицкрига. В результате неё японская армия потеряла 84 тысячи человек убитыми и 640 тысяч пленными. В плен сдались более полумиллиона солдат Японской императорской армии, которых американцам на островах приходилось выжигать огнемётами до последнего человека.
Иными словами, японские солдаты и там, и там были одни и те же. Но в условиях позиционной войны они дрались до последнего и нередко предпочитали самоубийство плену, а вот, проиграв маневренное сражение, сдавались массово.
Что с того?
Массовая сдача украинских военных начнётся после того, как у ВСУ будет нарушено управление, уничтожено либо изолировано руководство, когда будут перерезаны линии снабжения, а ударные кулаки русской армии пройдут основную полосу обороны и устремятся к ключевым логистическим центрам в оперативном тылу. То есть ВСУ посыплются только после того, как русская армия сможет перевести борьбу в маневренную фазу и добиться крупных оперативных успехов. Работа в этом направлении уже идёт. https://dzen.ru/a/ZQ8W1zWMpiHuWNcj