Время, которое учит главному

Сказка о Топтуне и городе Звенящих часов

В одном уютном Городе Фонарщиков все часы были волшебными. Они не просто тикали, а тихонько звенели крошечными колокольчиками каждую минуту. Если человек делал что-то хорошее — помогал маме, учил уроки или кормил бездомного котёнка — колокольчик издавал звонкий «дзынь-дзынь». А если кто-то ленился, откладывал дела на потом или просто сидел, уставившись в одну точку, вместо тонкого звона раздавался лишь грустный вздох: «пш-ш-ш».

Из этих вздохов рождались Потерянки — крошечные серые создания с большими ушами, похожими на осенние листья. Чем больше времени люди тратили впустую, тем упитаннее становились Потерянки. Они питались забытыми обещаниями, непрочитанными книгами и невымытой посудой.

Жил в этом городе мальчик по имени Тимоша. Он был добрым, но ужасно любил фразу «сделаю завтра».
— Тимош, вынеси мусор, — просила бабушка.
— Завтра, ба, сейчас мультик интересный!
Бабушка вздыхала «пш-ш-ш», и за шкафом тут же появлялась новая пухлая Потерянка.
— Сделаешь проект про вулканы? — спрашивала учительница.
— Да чего там делать, успею на следующей неделе.
Класс вздыхал «пш-ш-ш-ш», и целая стайка Потерянок пряталась под партами.

Однажды утром Тимоша проснулся от странной тишины. Его любимые электронные часы показывали одно и то же время — 07:15. За окном не пели птицы, вода из крана не текла, а стрелки всех городских башенных часов замерли. Из-под кровати доносилось громкое чавканье. Тимоша заглянул туда и ахнул: его комната была полна огромных, размером с футбольный мяч, Потерянок. Они жадно пожирали гору его несобранных конструктора, недоделанных рисунков и обещаний позвонить другу.

Самый большой Потеряшка, у которого уши волочились по полу, сыто рыгнул и превратился в ворчливого гнома в пыльном кафтане.
— Ну привет, хозяин, — пробасил он. — Я — Главный Топтун. Ты так щедро нас кормил, что мы съели всё твоё Время. Теперь оно принадлежит нам. Хочешь вернуть свои годы — иди к Часовой горе. Но идти тебе придётся пешком, ведь минутные стрелки теперь наши лошадки.

Делать нечего. Тимоша надел ботинки и вышел на улицу. Весь город стоял. Люди превратились в восковые фигуры прямо посреди своих отложенных дел: дворник замер с метлой над одним листом, продавец — с мороженым в руке. Только огромные серые Потерянки бродили по улицам и собирали оставленные кружки с недопитым чаем.

Тимоша шёл три дня и три ночи (вернее, ему казалось, что прошли дни, потому что он очень устал). По пути он встретил других детей, чьи Потерянки тоже украли их время. Чтобы идти дальше и не уснуть навсегда среди застывших фигур, им пришлось начать тратить самое дорогое — те крупицы внимания, которые ещё оставались:
* Сначала они помогли хромающей черепахе пересечь тропинку, хотя очень торопились.
* Потом уступили единственную найденную флягу с водой плачущей девочке.
* Затем развели костёр, чтобы согреть продрогшего щенка.
С каждым таким делом серый туман вокруг них немного редел, а спины переставали ныть. Оказалось, что потраченное на добро время не исчезает — оно превращается в силы.

Наконец они дошли до Часовой горы. На её вершине сидел Старый Хранитель Времени, который выглядел как столетний дедушка, одетый как младенец. Это было проклятие: пока другие теряли время, он своё проживал слишком быстро, догорая ради того, чтобы механизм мира не остановился.
— Почему вы такие тяжёлые? — спросил Хранитель у ребят. — Мои качели едва вас выдерживают.
— Мы много ленились, — опустил голову Тимоша.
— Лениться не страшно, — улыбнулся Хранитель. — Страшно забывать жить. Ваше время не пропало. Оно осело пылью на ваших собственных душах. Чтобы оседлать минутных лошадок, нужно стать легче этой пыли.

Хранитель дал каждому по маленькому венику.
— Подметите свою комнату внутри себя.

Тимоша закрыл глаза и принялся за работу. Он вспомнил, как обидел друга Колю и не извинился. *Вжик* — улетела первая горстка пыли. Вспомнил, как обещал папе построить модель самолёта и купил её только вчера в магазине готовым набором. *Вжик*. Вспомнил бабушкин пирог, который отказался попробовать, потому что играл в телефон. *Вжик-вжик*.
С каждой честной мыслью мальчику становилось легче дышать. Рядом сопели друзья, делая то же самое. Когда последняя соринка вины и лени была сметена, они стали почти невесомыми.

В тот же миг гора загудела. Огромные Потерянки-Топтуны внизу начали сдуваться, превращаясь обратно в крошечных испуганных зверьков. Поняв, что еды больше нет, они жалобно запищали и бросились врассыпную искать новых хозяев. Минутные стрелки-лошадки вырвались из их загона и помчались по своим делам.

Тимоша открыл глаза. Он снова был в своей комнате. Было ровно 07:16. За окном громко запела синица. В комнату заглянула бабушка:
— Тимош, дружочек, ты мусор вынесешь? А то пахнет уже.
Тимоша вскочил, схватил пакет и вдруг крепко обнял бабушку.
— Вынесу, ба. И посуду сам помою. И знаешь… давай сегодня твой пирог попробуем вместе?
За часами раздался самый радостный перезвон, который когда-либо слышал этот дом: «Дзынь-дзынь-дзынь!»

А во всём Городе Улицы Фонарщиков снова пошли часы. Люди очнулись от своего сна. Кто-то впервые за год дочитал книгу, кто-то позвонил родителям, а мэр города наконец-то покрасил скрипящую карусель в парке. Ведь лучшее средство от Потерянок — это вовремя замеченная минута.