обезьяна Чичеро, яйца нации, диверсия инопланетных
Избирай себе: или три года голода, или три месяца будешь ты преследуем неприятелями твоими и меч врагов твоих будет досягать до тебя; или три дня — меч Господень и язва на земле.
1 Пар., 21: 11-12.
1.
[ ... ]
— Быть добрым не значит быть идиотом!
— Ни в коей мере. Тем более, что идиот в самолучшем случае бывает лишь полезным...
2.
[ диверсия ]
— Вы можете быть сколько угодно гуманны, но бешеных собак все равно придется отстреливать.
— А в чем тут противоречие? На мой взгляд, из гуманных соображений их как раз и нужно отстреливать. И вообще... Откуда это пошло, что гуманизм непременно должен быть паралитиком в подгузниках и маразме, со слюной, висящей до колен?!
— Сдается мне, что это диверсия каких-нибудь инопланетных грибов...
3.
[ brick in the wall ]
— Обезьяна Чичичи — продавала кирпичи... Так, Стефанит Ихнилатович?
— Точно так.
— А обезьяна Чичеро?
— Исполняла «Балеро»!
— А третья обезьяна?
— А третья обезьяна... Полагаю, звалась Нондатур.... Так что можно сказать, что ее вовсе не было.
— Зачем же так вульгарно?! Сказали бы: трансцедентный паралогизм! Дабы не возводить хулу на Апейроново Лоно и Пресвятую Апперцепцию. Да и малых сих — сирот бытия потенциального, нагих и убогих, к чему обижать огульным отрицанием...
4.
[ ... ]
— Не патриотизм, а здравомыслие!
— Что не патриотизм, а здравомыслие, Стефанит Ихнилатович?
— Последнее прибежище негодяя! Патриотизм — лишь частный случай этого... так называемого здравомыслия. Наряду с конформизмом, оппортунизмом, мачизмом и прочим приспособлятством...
— Шовинизм забыли.
— Нет... Патриотизм и шовинизм — это ровно то же самое... только с другим знаком. Для политики очень удобно. Когда враг проявляет патриотизм, то это, ясное дело, проклятый шовинизм, достойный самой суровой кары. А когда мы делаем то же самое, то это благословенный патриотизм, высшая добродетель нации...
5.
[ ... ]
— Вы уж не поймите меня превратно! — сказал Привратник.
6.
[ c i c e r o ]
— Яйца и мозг нации кончаются вместе...
— Опять вы за свое, Стефанит Ихнилатович! Нет бы сказать: ум, честь и совесть...
— Вы не дали мне закончить. Но извольте — я не фанат схоластической хирургии.
Ум, честь и совесть... и — я й ц а н а ц и и! — кончаются вместе с Нацией!
— Справедливо. Хотя и высокопарно. Но что делать? Мы всегда приходим к шапочному разбору, мой проницательный Луций.
7.
[ ... ]
— Все люди — будды, а внешность... весьма обманчива.
— Истинно так! Ибо жизнь коротка и печальна. Только вот...
— Только что?
— Когда б вы знали, как обманчива внутренность, по сравнению с которой, хе-хе... Даже самая каверзная — распрекаверзная! — внешность показалась бы вам таблицей умножения!
8.
[ ... ]
— Полагать, что 1/6 часть суши со стосорокомиллионным населением впала во власть слабоумного упыря и хромосомного аномала на четверть века по случайному стечению обстоятельств — все равно, что отвергать бессмертие души, трансцендентную апперцепцию и множественность миров...
9.
[ полезный труд ]
— И ведь никто его, паскуду, не прикончит!! Хоть всё бросай и сам метлу бери!
— Да-а... прогнил народишко, иссох, измельчал, обезводил и зарос ряской... Скоро вовсе трясиной станет.
— Станет. Если никакой катаклизм не грянет...
— Дык, ясное дело, не грянет, если не поспособствовать. Но я бы на вашем месте... не развращал себя надеждой. В такие гнилые эпохи всё приходится делать самому — даже говно убирать....
10.
[ пророчество ]
— То ли дело в будущем! Когда социальная инженерия дойдет до известной степени, непременно явится новый Гоголь-Толстоевский Гессе-Крахт Набоко-Маркес! Он-то и даст человечеству новый нравственный эталон-эпопею в беспрецедентной дотоле форме: Хроники Самозакапывающихся Испражнений!
11.
[ ностальгия ]
— Куда, куда вы удалились, безбожно-красные гробы и беспросветно-черный юмор моего извращенного детства?! — воскликнул в приступе суицидального патриотизма Стефанит Ихнилатович.
12.
[ Пифика Терция ]
— Стефанит Ихнилатович, что бы вы стали делать, если бы третьей обезьяны действительно не было?
— Выдумал бы, конечно...
— А как бы мы ее назвали, есть идеи?
— Был я знаком с одной ундиной, мы вместе ели хлеб изгнанья... Она чудесным образом спаслась, а потом трагически погибла -- по чудовищной и нелепой случайности...
— Осторожно, Стефанит Ихнилатович!
— Да, помню я! Она из-за меня погибла, между прочим... И смерть ее все равно останется трагической и нелепой! Вы вообще замечали, как трогательно трагическое и нелепое привязаны друг к другу? Наверняка не раз встречали эту пару между заносами пустынь в своих апейронах....
— Замечали. И встречали... И не такое еще, с вашего позволения. Скажите Имя уже, чтобы главу закончить с подобающим эффектом.
— Фортуна Фелиция. Так ее звали... Так я ее звал...
— Что ж, так тому и быть: назовем Третью Обезьяну в честь вашей Чудесно Спасенной и БезвремЕнно Ушедшей Ундины — Фортуна Фелиция Пифика Терция...
9-15.09.26.
Свидетельство о публикации №226091501990