Её возлюбленный, или Любовь под знаком скорпиона 2

Глава 2

13 февраля

– Она сожалеет? – это первое, что спросил Игорь, когда последним из квартета гостей Павла зашёл в каморку отдыха менеджеров шоурума сантехники уже без костылей, но немного прихрамывая.
– Здравствуй, – сказал Геннадий Петрович и жестом попросил вошедшего гостя присоединиться к их честной компании на диванах.
– Так она сожалеет, ну хоть немного, ну хоть чуть-чуть? – не сдавался Игорь, плюхнувшись на диван так, чтобы видеть выражение лица и глаз Варфоломея и Михаила, сидевших вместе с Геннадием Петровичем.
– И да, и нет, – ответил чёрт коротко.
– Блин, это не ответ! Алессио, то есть Михаил. Ты всегда ближе к ней, чем все мы. В принципе, как всегда, и как всегда мне почти плевать… но... Друг мой, она сожалеет, что послала меня?
– Игорь, прости, но ты неправильно ставишь вопрос, – перебил Михаила Геннадий Петрович.
– А вы здесь главный, да… Что вы вечно суете свой нос, куда не следует? Отвечаете там, где вас не спрашивают? – протараторил всё это немного грубовато Игорь.
После осуждающей реплики Игоря Геннадий Петрович совершенно спокойно приподнялся из-за стола, стряхнул с брюк хлебные крошки от бутерброда с красной икрой, который ел до этого. Поправил галстук на идеально гладкой, без единой складочки, белой рубашке, пригладил оставшиеся волосы на голове, после чего протянул Игорю руку со словами: — Давайте знакомиться, молодой человек, по-настоящему. Я служу ревери. Это вам о чём-то говорит?
После слов Геннадия Петровича Игорь резко вскочил с дивана, на котором сидел вместе с Павлом, и, поклонившись, ответил Геннадию на рукопожатие со словами: – Простите за мой резкий выпад, я не ожидал здесь увидеть одного из руководителей...
– А вот здесь тебе следовало прикусить язык, молодой человек, – ответил резко оппонент Игоря в перепалке, после чего улыбнулся и, сев обратно на диван, продолжил так же невозмутимо, будто ничего и не было, есть бутерброд с икрой и запивать его душистым чаем.
Пауза в каморке стала слишком длинной и какой-то натянутой...
– Испугал вас всех, – сказал Геннадий Петрович почти игриво. – Не обижайтесь, малыши-карандаши... Просто вести себя нужно прилично. А то зашёл: «не здрасьте», «не как поживаете» — неприлично, молодой человек. А ещё звезда. Вот в наше время... Да шучу я, шучу. Варфоломей, ответь ему на вопрос. И будем уже слушать их историю. Я прям еле дождался этого дня...
-– Ген, а ты... — хотел спросить Павел, но осёкся.
– Да смелей ты, Паш, смелей.
– Ты не пришелец?
-– Нет, я, как и ты, землянин. Из крови и плоти, мне пятьдесят лет. Не женат, детей тоже нет. Да и какие жена и, уж тем более, дети при моей-то должности и образе жизни...
– Ты лучше, Паша, спроси, сколько уже лет ему — пятьдесят, — улыбнулся Варфоломей. Сегодня он был одет в коричневый костюм-тройку, а коричневый фирменный плащ и такого же цвета шляпа были повешены на вешалку при входе в коморку.
– Хватит шутить со мной шутки! – крикнул Игорь, стукнув ладонью по низкому журнальному столу. — Что она ко мне чувствует, что?
– Ты дурак? — спросил искренне Михаил. — Ты думаешь, у неё есть время что-то чувствовать с почти годовалым ребенком на руках? Причем в буквальном смысле слова. Чего ты ждал шесть лет? Почему всю эту игру ты затеял именно сейчас, когда она уязвима? Почему не раньше? Не тогда, когда она писала комментарии под твоими постами — хорошо, не в первый раз, в третий, десятый. Сколько там их было за шесть лет... Почему именно сейчас?
– Ответ очевиден, Миш, — сказал Павел.
– Я знаю, Паш. Я знаю. Но как достали те, кто как он, от которых ей постоянно приходится отбиваться...
– И от таких, как я, — констатировал Павел, грустно улыбнувшись.
– Да и от таких, как ты. В этом мире всё по-другому, не так, как у нас... Это так тяжело.
– Как у вас, Михаил, расскажи. Начни первым: какой твой мир там, наверху? — сказал Геннадий Петрович.
Михаил улыбнулся самой своей светлой юношеской улыбкой и начал своё повествование.
– Наш мир... Для меня он чудесней всех на свете. Там всегда светит солнце. Даже в плохую погоду. Вот клянусь вам. Первое, что вспоминается, — как мы с Эйриникой идём собирать в лесу землянику. Душистую, спелую, сочную. Я даже сейчас чувствую её аромат...
– Да запах самой Рини ты вспомнил, она всегда пахла земляникой, — ревниво перебил Михаила Игорь.
– Да замолкни ты, брат, — отрезвил его Варфоломей. – Продолжай, Алессио, не слушай этого запоздалого ревнивца.
– Хорошо. Продолжу... Но чуть по-другому... Да, как сказал Варфоломей: я в галактике Чёрного Скорпиона — Алессио. Я двоюродный брат Марины, то есть Эйриники. Мы росли вместе и, в отличие от земного её кузена, никогда не ссорились... Я младше Эйриники на два года и всегда находился под её опекой.
— И всегда ходил в любимчиках... Чуть что — сразу Рини на помощь. Я наделал в штанишки, — опять перебил Михаила Игорь.
— Игорь! — вмешался строгим окриком в назревающую ситуацию Геннадий Петрович.
— Что Игорь, что Игорь. Вы просто не знаете, что я там натерпелся. Там всё перевёрнуто с ног на голову. В России, да, она там существует, — президент-женщина! Вы представляете? Что это значит?
— Равноправие полов, идиот, это значит равноправие полов... — перебил теперь Варфоломей Игоря.
— Стоп! — крикнул, вскочив, до этого молчавший Павел. — Дорогие гости из другой галактики. Я не знаю правил хорошего тона у вас, но у нас в интеллигентном обществе принято не перебивать собеседника и дать ему высказаться полностью, и лишь после этого что-то комментировать и возмущаться. Давайте всё-таки сразу же договоримся уважать и ценить друг друга. Нам, как я понимаю, предстоит с вами вот такой вот пятёркой провести здесь очень много времени.
— Минимум полгода, — сказал Геннадий Петрович.
— Спасибо за уточнение, Ген... — поблагодарил Павел.
— Это задание? — спросил Варфоломей коротко.
— Это моя личная просьба. Я долго служу ангелом судьбы... но никогда не был там, — сказал Геннадий Петрович, протянув указательный палец вверх. — Как там в другой галактике живётся, думал я всегда... А тут такая возможность. Целых три представителя неземной цивилизации сидят рядом со мной на мягких удобных диванах...
— Ты умираешь, Ген? — спросил вдруг Варфоломей. — Сколько тебе отмерил земных лет Чернобог?
— Не умираю, Вахрам, пока не умираю... Но когда-нибудь умру. И где я окажусь?
— В чертогах Нави...
— Смешно. Руководитель ангелов судьбы после смерти попадёт в ад.
— И вы туда же. Вы сговорились, что ли? — почти закричал Павел. — Давайте всё-таки как-то структурируем нашу беседу.
— Игорь, продолжайте вы, — сказал Геннадий Петрович грустно. — Мы постараемся вас не перебивать.
— Ну уж постарайтесь.
— Ну, кроме тебя перебивать-то тебя некому, поэтому и перебивать никто не будет, — вставил свою ремарку перед рассказом Игоря Варфоломей.
— Смешно. Хельго, очень смешно... Ну, впрочем, как всегда. Итак, ладно, начну я. Дабы осуществить мечту, Геннадий Петрович, начну рассказ с самого начала, а именно: что такое галактика Чёрного Скорпиона и почему она так называется. Ну, тут просто: Скорпиона — потому, что из космоса на удалении выглядит как созвездие Скорпиона с опущенным хвостом. Чёрного — потому, что в ней очень много чёрных дыр, о которых поведаю чуть позже. Солнечная система практически такая же за некоторым исключением. Планеты, находящиеся в ней, обитаемы — ну не все, конечно, но об этом тоже чуть позже. Земля также имеет спутник — Луну. Ведь Луна — ключевой фактор, сделавший Землю пригодной для сложной жизни. Её отсутствие привело бы к масштабному климатическому хаосу, разрушению экосистем, усилению космических угроз и, возможно, к фундаментальным изменениям в геологии и эволюции планеты. Ещё одно различие сейчас вспомнил: наша Земля вращается вокруг своей оси, в отличие от вашей, по часовой стрелке. Ну, вроде всё — обобщённый экскурс по галактике Чёрного Скорпиона провёл. Спасибо что не перебивали.
     Игорь ненадолго помолчал, понурив голову с уже более короткой стрижкой и осветленной длинноватой чёлкой. Его спутники тоже молчали, переваривая его краткий рассказ. И, решившись, он спросил, обращаясь больше к Михаилу, чем к Варфоломею:
– Почему она удалила аккаунт из всех соцсетей? Я своим поступком случайно ей не навредил? У неё всё хорошо с мужем?
– У неё с мужем всё хорошо, не волнуйся, они в первую очередь друзья, – начал отвечать Михаил на вопросы Игоря с самого, по его мнению, основного вопроса. – Удалилась из соцсетей по двум причинам: первая причина — это ты, а точнее невозможность тебе написать и твоя невозможность ей ответить или тоже написать. Вторая — впоследствии её решение потерять тех людей, которые у неё заявлены как друзья, а по факту она с ними не общается. Как-то удалять их из друзей напряжно, будут сразу же ответные вопросы, почему удалила. А удалиться самой проще.
– Супруг знает обо мне?
– Ну, что она твоя фанатка, знает, что у вас была мини-переписка — пока нет. Но она расскажет, когда поймет, что это вообще было и главное, зачем тебе это.
– Что это вообще было, – повторил Игорь, как будто распробуя эти слова Михаила на вкус.
– Да я сам не знаю, что это было. Я, блин, просто сидел и от нечего делать разбрасывал приглашения в друзья. И она вдруг написала.
– То есть это было не специально? – спросил Варфоломей.
– Да специально, Хельго. Специально разбрасывал приглашения в друзья, чтобы скрыть основную свою цель.
– Да в этом ты с Мариной очень похожи. Она тоже иногда мечет бисер, дабы прикрыть свою цель.
– Ну что, наговорились? Может, продолжим, – спросил Геннадий Петрович, когда образовалась пауза между Игорем и Варфоломеем. – Кто продолжит дальше?
– Ну, давайте я, – сказал Варфоломей. – В галактике Скорпиона меня зовут Хельго, я лю…
– Стой, Варфоломей, – остановил чёрта Михаил. – Давай лучше продолжу я. Хронологически ты ещё не появился в нашей жизни, а я думаю, Геннадию Петровичу и Павлу будет интересно услышать рассказ о нас с самого начала, то есть с детства, так как это очень важно.
– Ну ладушки, – согласился чёрт Варфоломей. – Но уже через месяц, 13 марта. Рассвет.