5

                (предыдущее http://proza.ru/2026/09/14/845)


   Мы не сразу выбрались из дома. Сначала Морти кормила меня ужином, где я обнаружил зверский аппетит, чем её  явно порадовал. Потом она удалилась вкушать свою птичью небесную "писчу".
Тем временем я вышел во двор, куда доносились ароматы её еды и дошёл лишь до забора, который почему-то закачался у меня перед глазами и пришлось за него схватиться, чтоб не упасть.
В общем, она обнаружила меня сидящим на траве почти в состоянии будды. 
- Почему ты вышел, Ал? Это же опасно.
Ответил я не без труда, пытаясь совместить два её образа.
- Хотел понять, как одеваться, но меня повело...
- Горе ты моё, держи руку. Вставай! Надо было купить тебе респиратор. Не подумала, дура. Ветер ещё дул в эту сторону. Идём в дом, милый. 

Когда я окончательно пришёл в себя, нами была предпринята вторая попытка выбраться.
За воротами я предложил, не включая мотор, втолкать машину внутрь, если она снимет кар с ручника, чтоб не разбудить всю округу. Было явно поздно. Светили фонари и звёзды, а луна где-то пряталась.
- Лучше утром я въеду сама. Ни к чему тратить твои силы. Оставим их на более приятные нагрузки... - сказала моя богиня, поглядев на меня со значением.

И мы пошли гулять по улице спящих домов.
- Ты знаешь здесь кого-нибудь?
- Не особо. Время от времени смотрел в городе записи с камер, что периметр не нарушен. А так... редко здесь бывал. Только по необходимости.
- И девушек сюда не привозил?
- А зачем? Далеко, да и работы у меня было по горло до последнего времени, а с девушками не поработаешь.
- Ну-ну, - погрозила она мне пальчиком, - я сужу по твоему опыту в постели.
- Морти, тогда ж я не знал, что на свете есть ты... единственная и неповторимая.
- Поэтому и загулял с девицами, погубив Магду?
- Я не знал, что она неровно ко мне дышит. Но в любом случае... она - это не моё.
- Она - валькирия. На любителя. Тут соглашусь.
- Валькирия? Но это же из иного сонма богов... Какие у Юпитера с ними отношения?
- Второй Закон, - сказала Морти, - Но ты можешь подумать, что раз Юпитер устраивает ныне это представление на Земле, то...
И тут я понял, почему Марс смеялся надо мной тогда в зеркале и хотел услуги. Речь, конечно, пошла бы в русле "операции Юпитера". Возможно, попросил бы ликвидировать всех тех, кого привозили на стадион. Однако, сначала я ушёл в отпуск с угрозой увольнения, потом (что важнее) попросил у него походатайствовать перед Морти, и он послал меня.
Эти мысли мне не пришлось озвучивать своей спутнице, которая их слышала. А когда взглянул на неё, то кивнула, подтверждая мои выводы.
- И что, - спросил я уже вслух, - все те, кто был на стадионе, а это десятки тысяч, ныне в полях асфоделей?
Морти остановилась взглянула на меня и приставила палец ко рту.
- Ал, учись подобные вещи проговаривать мне мысленно. И не только мне. Ты чудом остался жив, помнишь?
Я кивнул. И не чудом, а чудом из чудес. Один из всех.
Больше она ничего не добавила.

Мы прошли немного молча, свернули вместе с улицой.
- Послушай, - произнёс я, - а кто ваши - с сёстрами - отец  и мать?
На это Морти только плечами пожала.
- И ты никогда не хотела узнать?
- А чтоб это изменило, если родители не желали знать о нас? Они таковы... что лучше о них не гооврить, чтоб не накликать... И потом ты плохо знаешь предмет. К примеру, Минерва, богиня мудрости, родилась из головы Юпитера, что его супругу Юнону так взбесило, что она предпочла забеременеть сыночком - Марсом при помощи волшебного цветка, данного ей богиней Флорой.
Юпитер изменял жене налево и направо, а она мстила его любовницам. К примеру, коварством погубила смертную царицу Семелу, носившую ребёнка от Юпитера. Так Юпитер выносил оставшийся срок младенца сам. Ты знаешь кого, иногда поклоняясь ему.
Я недоуменно посмотрел на неё. Она улыбнулась.
- Его  зовут Бахус.
Я рассмеялся.
- Ему многие поклоняются.
При этих словах я краем глаза поймал, как показалось, чей-то зыбкий силуэт на краю улицы. Я остановился, загородив рукой Морти дорогу. Она тоже стала вглядываться. Фонарь тут перегорел и рассмотреть: кто это появился - было непросто.
Но он двинулся нам навстречу, становясь определёнее. Вот уже ясно, что это мужчина в тёмном, куртке и брюках. И шляпе, которую он почтительно снял перед нами, слегка склонив лысоватую голову. Я тоже склонил голову, Морти даже не кивнула ему, пройдя мимо. Мне захотелось оглянуться, но услышал её мысль: "Не оборачивайся! Он смотрит нам вслед. Я скажу, если что".
Мы прошли пару светивших фонарей, и она опять же мысленно мне сказала:
- Плохо дело. За тобой следят. И это пол беды, но этот тип - не смертный.
"Как это - не смертный? - выпялился я на неё, - А кто ж он?"
- По-вашему, он что-то вроде морлока. из подземного мира  Хотя ты об этом не читал. Это - не человек. Как тебе объяснить... Нечто вроде призрака, но материализующегося, когда надо, и тающего со светом - продолжила она нашу мысленную беседу.
Со стороны же могло пказаться, что мы гуляем без слов, дыша воздухом.
- Но кто его послал? - поинтересовался я.
- Думаю, тот, у кого не сошёлся счёт на ожидавшихся в полях асфоделей и прибывших.
- У Плутона, - решил я блеснуть хоть каким-то знанием, - своя бухгалтерия?
- А что ты думаешь, во всех делах должен быть порядок. Перед тобой такой бухгалтер. Мне и держать перед ним ответ. Морлок, конечно, опознал меня и доложит.
- Тебе что-то угрожает из-за меня?
- Нет, мне сделать что-либо никто не сможет. А вот тебе... за тебя я боюсь. Раз обнаружили твоё укрытие. Печалька... Куда ж мне тебя спрятать?
Она задумалась и некоторое время мы шли молча, уже возвращаясь.

- Меркуриалис! - наконец мысленно произнесла она, - Что означает в переводе с латыни: "Обманщик".
Я взглянул на неё с немым вопросом.
- Иначе говоря, бог Меркурий. Я тебе о нём уже упоминала. Шалун, обманщик, хитрец и гуляка. Покровитель торговли, воров, пуешественников, пастухов и ораторов. Совместный бизнес с Плутоном по полезным ископаемым. Посредник в любой сложной ситуации у богов. Выкрутится из самого трудного положения. Тоже наставлял рога Марсу и общий сын от Венеры. Как помнишь, это он провожает умерших в подземное царство. Так что по любому тебе его не  избежать. Вопрос: чем его можно заинтересовать, чтобы помог?
- Только не тобой! - первое, что подумал я, - Лучше мне умереть. Не надо этой жертвы.
По-моему, на этот раз она одарила меня взглядом, кокого ещё у неё не видел . Я не могу его описать, но ощущение от него... У меня даже защемило внутри. Наверно, её взгляде был сплавом любви и нежности. И я понял, что она пойдёт ради меня и на это.
- Нет, - замахал руками я, - лучше мне умереть.
Морти прильнула ко мне, и мы долго стояли, обнявшись.
А когда пошли дальше, то она мысленно спросила:
- Но тогда чем? Ты не богат, я - тоже. А он богат и умеет крутиться.
- Он, ты сказала, любит обманывать, проводить за нос богов?
- Да, уже младенцем, едва появившись на свет (кстати, он - сын Юпитера и богини весны), первое, что сделал, это украл у Аполлона его священных коров. При этом ухитрился сделать лиру, каковой до того не было, за что Аполлону - меломану и покровителю искусств - пришлось его простить.   
- Значит, его можно заинтересовать хитрой комбинацией, оставляющей с носом кого-либо из божеств... Не Плутона, раз у них совместный бизнес и связи по работе. Кого же? - спросил я у неё.
Морти стала мысленно перебирать их пантеон.
- Аполлон уже исключён, Юпитер тоже - ещё ребёнком Меркурий упёр у него царский скипетр... У Нептуна он, смеха ради, утащил трезубец, у Марса - меч.
Она мысленно продолжила перебирать богов, убеждаясь, что нет того, кого бы он не обманул.
И несколько растерянно взглянула на меня.
Я мысленно медленно произнёс:
- Кажется, я знаю, кого он ещё не обманывал. И ты это знаешь.
Морти слегка удивлённо взглянула, потом, догадавшись, отрицательно замотала головой.
- Нет, я не настаиваю. Я только констатирую. И слава его среди обманутых им божеств возрастёт неимоверно.
- Они будут смеяться... - грустно подумала Морти.
- Смеяться - не то слово. Они будут ухахатываться, довольные, что раз ему удалось провести и тут, то чего ж удивляться, что сами попали в его ловушки.
- Парки не подчиняются богам, отчего те нас не слишком любят, - признала Морти, - Им понравится... Мы станем общим посмешищем надолго, навсегда.  Но я не могу подставлять сестёр.
- Я и не прошу об этом, любимая. 
- Но, если их это не затронет... а только мою репутацию... то я готова.
- Не стоит, Морти.
- Стоит, Ал. Если некогда всего лишь Париж стоил мессы, то неужели ты не стоишь моей репутации? Что за комбинацию мы предложим Меркурию?
Я молчал, глядя на неё и мысленно прощаясь.
И вдруг в её глазах что-то мелькнуло, какая-то подозрительность. И она даже заговорила вслух и с некой иронией.
- Милый... а не для того ли тебя и оставили в живых, чтоб провернуть эту операцию? Ты ведь множество их придумывал в пору своего руководства. Что тебе пообещал за это Меркурий? Жизнь, роман со мной? Ловко! Эта влюблённая в тебя  дурочка, конечно, пойдёт на всё, чтоб якобы спасти тебя.
Я в ужасе отшатнулся.
- Что, я угадала? - продолжила она всё громче, - И кто ты после этого, Ал? Кто ты?
- Кто ты, Ал? - спросила она вновь тише и как-то безнадёжно.
Я уже глотал слёзы, но сумел выговорить:
- Да, конечно... И самоубийство, оттого, что ты не захотела меня знать, я тоже изобразил, будучи посвящён Юпитером в переворот. Как же, я - важная для него персона! Нет, это он - моя марионетка, ха-ха! А Меркурий - мой агент, разумеется. Только ты забыла, что своих я никогда не предавал. А тебя посчитал своей... Может, у вас верность ничего не стоит, возможностей уйма, как бы не упустить. Но я не таков. Прощай! И не попадайся больше мне никогда на глаза!
Я резко повернулся и пошёл прочь от только что самого близкого и родного мне существа на свете, не понимая куда иду и ничего не видя сквозь слёзы. Всё кончено. Я обманывался. Божественная любовь! Её нет и не было.
Внутри меня, я чувствовал это, словно появился кусок льда, который рос и рос с каждым моим шагом, уводившим меня в никуда.
И тут я услышал полный отчаянья крик, оборвавшийся всхлипом, всё перевернувший во мне и заставивший остановиться.
- Ааааааааааал!
Что случилось?
Я резко обернулся и увидел, как её аж перегнуло вниз головой и трясёт от рыданий. Ничего в состоянии с собой поделать, я, только что выгнавший её из своей жизни, побежал к ней и обнял.
С ней творилось что-то не то. Её била дрожь, она ничего не соображала, то рыдая, то закатывая глаза и слабея у меня в руках. Это длилось долго, пока она не стала просто безжизненной куклой. Я поднял её на руки и понёс к дому.

Добравшись до спальни, я не стал её раздевать, а прямо так положил на кровать и накрыл одеялом. Похоже, она была в обмороке.
Я сел рядом. Шло время, но она не приходила в себя. Что делать? Бить по щекам, пливать водой? Пульс был, но очень слабый и редкий, руки ледяные. Но она же бессмертна...
Я продолжал сидеть и смотреть на её белое лицо. Вот шевельнулись ресницы, которым позавидовала бы любая девушка, и она открыла глаза, встретив мой взгляд. И заплакала.
Я взял её за руку, столь же вялую. Она продолжала плакать.
Потом тихо произнесла, стараясь не смотреть мне в глаза:
- Прости... я - дрянь. Как я могла такое подумать... Ты в праве уйти от меня. Я сама всё испортилаа...
И так горестно зарыдала, отвернувшись, что у меня бы всё внутри перевернулось. Если бы не этот лёд.
Она плакала навзрыд, а этот лёд начинал таять.  С каждым её всхлипом. Я молчал, а он таял.
Возможно, её предавали и не раз. Ведь это у них в порядке вещей. Почитать их истории, так жуть берёт. Тот же Меркурий... да и Юпитер... вся их компашка. Впрочем, люди не лучше, просто у богов возможностей больше.

У неё не осталось сил даже плакать, но к этому моменту льда во  мне не осталось.
- Морти, - сказал я, и она повернулась ко мне.
- Давай начнём всё сначала, будто ничего этого не было. Забудем. Забьём на это.
- Ты простил меня... - голос её прервался, и слёзы снова полились. Поскольку косметика ей не требовалась, хоть глаза не потекли. И я стал осушать её горько-солёные слёзы поцелуями...

...Позже мы уснули, обнявшись.
 

                (продолжение следует)