Световое шоу под открытым небом 36

Гроза в программе! Гром и Молния — снова вместе. Я у озера, чтобы поймать этот момент. Мурашки по коже от одной мысли.

Небо, будто кузнец, раскаляет добела наковальню туч. Молнии — небесные искры — высекают из неё слепящий свет. Гроза над озером — не просто явление, а древний ритуал, где Гром и Молния, как поссорившиеся влюблённые, снова находят друг друга в последнем всполохе заката. Солнце умирает, окрашивая воду в цвет расплавленной меди, и каждый раскат кажется ударом сердца самой стихии.

Первая капля, словно забытый поцелуй, падает мне на ладонь, и озеро вздрагивает будто гигантская струна. Волны идут рябью, как мурашки по  коже от предчувствия грозы. Тучи спускаются всё ниже — тяжёлый бархатный занавес, готовый разорваться в любой миг. Воздух становится густым, как сироп, и пахнет не грозой, а свежей кровью небесных ран.

Когда вспышка раскалывает небо пополам, я зажмуриваюсь, но свет просачивается сквозь веки — мир на секунду становится чёрно-белым негативом. Молния — хрустальный стебель, вырастающий из земли в космос, — а Гром, её громкий голос, прокатывающийся по воде, как обвал. Озеро, наполненное до краёв, выдыхает пар — испуганное дыхание титана.

Дождь хлынул стеной, и каждая капля как маленькая молния — светлячок, падающий в воду. Я стою, промокшая до нитки, чувствуя, как Природа играет на струнах моей Психеи, как на скрипке. Это не шторм, это спектакль, где зритель — я, а декорации — весь мир, и нет ни одного фальшивого аккорда.

А потом — тишина. Гроза, уходя, оставляет на небе мокрый след — как от слёзы на щеке. Закат, выжатый как лимон, возвращается, но уже бледный, смиренный. Я понимаю: я видела не бурю, а свадьбу неба и земли — в этот час они танцевали под дождём.