Рэм

С самого раннего детства родители на лето отправляли меня к бабушке в деревню. Как, впрочем, и многих других детей. Мне в деревне все нравилось. Но самое замечательное было то, что в деревне до нас, детей, никому не было никакого дела. Взрослые все в поле или в огороде, или еще где-то заняты, по хозяйству. Коровы, козы, свиньи, гуси: за ними уход нужен, контроль, чтобы не зашли в чужой или в свой же огород и не сожрали бы молодую поросль или даже уже созревший урожай. Чтобы утка-мама с утятами не зашла в чужой двор, где можно поживиться рассыпаным пшеном или зернами пшеницы. А потом «случайно» зайти в чужой сарай и оттуда уже не выйти! И такое у нас в деревне бывало.
А за детьми что смотреть? Покормил с утра и воля - вольная. До вечера можно пропасть, никто и не вспомнит.
Так мы и пропадали на весь день: местные деревенские и приезжие городские дети. Собралась целая ватага ребят разного возраста, но жили мы очень дружно. Может быть еще и потому ссор и недопонимания между нами никогда не было, что все мы друг другу были родственниками или почти родственниками, как это часто бывает в деревнях, тем более такой маленькой, как наша.
Больше всех я сдружилась с Наташкой: маленькой, худенькой девчонкой с забавными рыжими кудряшками и курносым носом. Она была очень веселая, активная, всегда что-то придумывала, и хотя я была крупнее ее и чуть старше, она взяла надо мной шефство. Я не была против. Все же они здесь хозяева, это их деревня, их дом, а я здесь в гостях.
Так началась наша дружба, с раннего детства, и продлилась многие годы.
Уже в подростковом возрасте мы были не разлей вода. Везде вместе. И, хотя мы совсем не похожи, нас всегда спрашивали:
«Вы сестры?»
«Да!»- отвечала Наташка без всякого смущения.
«Совсем не похожи!»- удивлялись люди.
«Двоюродные!»- не икнув врала моя подружка.
«Зачем ты врешь? Мы же не сестры!»
«Уверена? Если копнуть глубже, наверняка окажется, что твоя мать моей матери родня! Какая фамилия у твоей матери до замужества? А у моей какая? Вот видишь! Фамилии одинаковые! Значит, родня!»
«Да, в деревне у половины фамилии одинаковые!»
«Ну, вот! А я тебе что говорю! Все друг другу родня!»
«Ну, не двоюродные же, седьмая вода на киселе!»
«Ты что, не хочешь быть моей сестрой? Стесняешься меня что ли? Конечно, куда мне, деревенщине, до тебя, городской!»
«О! Заезженную пластинку включили! Ты - то хоть за дураками не повторяй всякие глупости! Все, тему закрыли!
Сестры так сестры!»
Но я все же у бабушки спросила, может ли Наташа быть моей сестрой?
«А, кто ж его знает? Не помню я уже. Все в деревне перемешалось, все семьи породнились, женились, замуж выходили, у половины села фамилия одна. Так что, дальняя родня вполне может быть.»

Несмотря на то, что мы повзрослели, дружба наша не прервалась. Каждый год летом я приезжала уже к «сестре» в небольшой шахтерский городок, который находился в пятнадцати километрах от нашей деревни. Наташка вышла замуж. Муж ее работал на шахте, а она, закончив медучилище, медсестрой в местной больнице. Жили в маленькой однокомнатной квартире с двумя детьми. Тесновато. Поэтому я очень удивилась, когда Наташа предупредила меня, чтобы я не пугалась, потому что у них теперь живет собака.
 Собак я не боялась, смело нажала на кнопку звонка. Дверь открылась и я увидела, что рядом с моей низкорослой подругой стоит СОБАКА БАСКЕРВИЛЕЙ!!!
Это был огромный черный Дог, голова которого возвышалась рядом с плечом моей подруги. Первым моим порывом было быстренько спрятаться в лифт, но Наташа, опередив мои мысли, сказала:
« Не бойся! Ты ему понравилась! Знакомься, это Рэм!»
«С чего ты взяла, что я ему понравилась?»
«Это просто. Посмотри на выражение его лица. То-есть морды. Прости Рэмушка, не обижайся! Не любит, когда про него грубо говорят. Ну, проходи, раз уж приехала», - вздохнула «гостеприимная» хозяйка.
«Что-то радости в голосе маловато, не ждали?»
«Да, нет, что ты? Мы гостям завсегда рады, вот только теремок у нас маловат, как размещаться будем?Слушай, а давай на дачу рванем. Там и места больше, и шашлычки сделаем, а завтра с утра - на рыбалку с Витькой пойдете, вы же это любите. Сейчас он с работы придет, как раз автобус с шахты на дачные участки пойдет, а?»
«А я что? Как вы, так и я!»
Сумки с продуктами и пивом собраны, удочки в прихожей стоят, я в спортивном костюме уже готова выйти из дома, а хозяева - один на диване после трудной смены пять минут, растянувшиеся на полчаса, лежит,  другая кудели на голове накручивает:
«Мы же на дачу едем, а не на танцы в клуб.»
«Женщина всегда красивой должна быть!»- Наташа посмотрела на меня так, будто я стояла в синем халате уборщицы со шваброй в руке.
«Витя!Наташа! Автобус пришел!»- чуть ли не закричала я.
«Отставить панику на корабле! Без нас не уйдет!»- спокойно сказал Виктор и поднялся наконец с дивана.
«Что значит - без нас не уйдет?»
«Я договорился!»- солидно ответил Виктор.
И действительно, что я паникую. Я совсем забыла, что я не в своем огромном мегаполисе, где мы даже соседей по лестничной площадке не знаем, а в малюсеньком городке, где все друг друга знают, а многие друг другу просто родственники. И все здесь держится на « натуральном обмене», по принципу : ты -мне, я - тебе!
Наконец, мы вывалились из подъезда: Виктор с сумками, я с ведром шашлыка и удочками, Наталья с Рэмом на поводке. У автобуса уже не было ни одного человека. Салон был полностью забит людьми, сумками, ведрами, мешками. Я с ужасом смотрела на это и не понимала, куда мы премся?Нам места там уже нет! Но… тут открываются задние двери и Наталья тихо, почти шепотом говорит: «Рэм, голос!». Не буду вам рассказывать, что это был за звук, трудно найти подходящее сравнение. Уши у меня на какое-то время заложило, как в самолете, но через мгновение задняя площадка автобуса оказалась почти полностью свободной. Двери закрылись и мы поехали.

Маленький, но двухэтажный, аккуратненький домик стоял прямо на берегу реки, берега которой поросли плакучими Ивами. По воде плавали чьи-то гуси, мальчишки прыгали с мостков в воду с восторженными криками. Хотелось тоже прыгнуть в прохладную воду в такую жару, но сначала надо было разгрузиться, расположиться.
На первом этаже была  кухня, кладовая, где хранились инструменты, банки с консервацией и всякая всячина. Из прихожей шла лестница на второй этаж. Там две комнаты: Наташина с Витей и вторая их дочери и сына. Места здесь было в разы больше, чем в их квартире!
«А,  мне где можно расположиться? Ночевать я где буду?» - спросила я.
« Да вот здесь и будешь!»- улыбнулся Виктор , махнув рукой куда-то под лестницу,- «С Рэмом вместе!»
Я заглянула под лестницу. Там лежал добротный толстый матрас в бело-синюю полосочку, полуторного размера.
«Рэм, ты, надеюсь, не против такой приятной компании?»- продолжал улыбаться Виктор.
Рэм, видимо поняв, что нужно немедленно отстоять свои интересы, важно прошел мимо нас и улегся на матрас, заняв при этом своей тушей все имеющееся под лестницей пространство.
«Он против!!! И я тоже!».
«Ладно уж, поселим тебя у ребят, не переживай. Они, если и приедут, только утром, ночевать их здесь не заставишь, да и без нас им там…».
«Наталья, ты тут по хозяйству, а мы на речку порыбачить, может на этот раз повезет. Рэм, на речку пойдем?».
«А, где Рэм?».
«Уже рыбачит! Только слово «рыбалка» услышит, как ветром его сдуло!».
«Он, что, рыбу ловит?».
«Ага, да сама сейчас увидишь».
Когда мы спустились к воде, Рэма нигде не было.
«А, где Рэм?»
«Тихо! Вон он в воде под ивовыми ветками прячется».
И тут, вдруг, опять раздался этот звук-удар, будто выстрелила пушка. И с берега под Ивой посыпался град лягушек, которых на лету Рэм хватал своей огромной пастью и, не жуя, глотал.
«Он жрет лягушек!?Вы что, его не кормите?»
«Хобби у него такое! Развлекается! Рыбачит!»