Ведомство по общим вопросам

Тихо открылась хорошо смазанная дверь. Хотя неслышное ее движение выдали колокольчики, подвешенные на тонких верёвочках к потолку, при этом они издали мелодичный звон, напоминающий перезвон колоколов Вестминстерского аббатства. В дверь вошёл странный посетитель: голову его венчал немного помятый и в меру грязный цилиндр, который уже утратил свой угольно-чёрный цвет и приобрёл какой-то землистый оттенок; его тёмное, заветренное лицо бывалого моряка украшала короткая седая бородка, а одет он был в зелёный сюртук и коричневые мешковатые брюки, заправленные в короткие сапоги с широкими голенищами. На боку висела большая дорожная сума, неизвестно, чем набитая.
- Что вам угодно, сэр? - Вежливо осведомился швейцар в чёрной ливрее.
- Любезный, не можете ли рассказать, какие любые общие вопросы у вас обсуждают? - Не могу знать, сэр, поэтому, пройдите, пожалуйста, до ресепшена, там вам ответят!
Странный посетитель прошёл мимо швейцара и подошёл к деревянной конторке - за ней виднелась небольшая кокетливая шляпка мисс Эббот, молодой девушки лет 20, - - Простите, мисс я проходил мимо вашей конторы, но не смог удержаться. Зашёл, чтобы задать пару, так сказать общих вопросов.
- Только, прежде чем их задавать, пожалуйста,  заплатите 10 шиллингов за каждый вопрос.
- Хорошо, милая леди, вот вам первые-10 шиллингов! – и странный посетитель выложил из кармана несколько монет. - Так вот, я хотел бы узнать ответ на первый вопрос. Можно ли жить вечно? Видите ли, я подошёл уже к такому возрасту, когда ответ на этот вопрос очень интересует всех людей старше меня.
- Насколько я знаю, мистер Шарк, жить вечно невозможно, и у каждого на земле есть свой срок, да и не только у каждого, у всего сущего, кроме Бога.
- Даже у камней в крепостной стене Тауэра?
- Даже у них.
- Хорошо, тогда второй вопрос. - И Мистер Шарк достал ещё несколько монет из кармана своего сюртука. - Можно ли жить столько, сколько лет камням в стене Тауэра?
- Насколько я знаю, - ответила мисс Эббот, - этим камням сотни миллионов лет, и я думаю, что так долго тоже жить нельзя, потому, что сотня миллионов лет – это же  почти вечность!
- Милая леди, дело в том, что недавно установили, что наша Вселенная существует около четырнадцати миллиардов лет. При этом сто миллионов лет – это всего лишь менее одного процента срока ее существования. Так же, как для человеческой жизни один год. Хотя я согласен с Вами, что с точки зрения человека сто миллионов лет – это почти вечность. Однако, понятие вечность не имеет срока давности. Это то, что началось бесконечное число лет назад, и будет длиться бесконечное число лет в будущем. Трудно себе представить это, поэтому нельзя бросаться такими понятиями, как «вечность». Даже срок существования нашей вселенной ограничен. И по отношению к понятию «вечности» является пренебрежимо малым. Хотя, возможно, что и до нашей вселенной здесь что-то было. И до этого «чего-то» тоже что-то было другое. И до него тоже!

- Но Вас интересовало, можно ли жить столько, сколько лет камням в стене Тауэра, не так ли, мистер Шарк?
- Это для примера. Один миллион лет, десять или сто – это не принципиально. Главное – можно ли жить дольше, чем живут самые древние старики на Земле?
- Согласно библии, Мафусаил жил около тысячи лет.
- Вот, хотя бы тысячу лет! За это время на Земле сменится сорок поколений людей!
- Все же я Вам отвечу, что нет, нельзя жить так долго. Наверное, даже до ста лет доживает лишь какая-то доля процента из всех живущих.
- Я задал Вам не два праздных вопроса. Я знаю, как можно прожить дольше самой длинной человеческой жизни. Конечно ,не вечно. Но достаточно долго
- Я не представляю себе, мистер Шарк, зачем так долго жить. Мне двадцать лет, и мне кажется, что я очень долго живу. А люди в возрасте сорока лет для меня вообще глубокие старики. Что потом делать, если доживешь до ста лет? Если все лицо избороздят глубокие морщины, зубы выпадут и спина согнется?
- Милая леди, дай бог Вам дожить до ста лет! И если Вы доживете, то увидите, что жизнь на этом не кончается. Дай Бог, у Вас к тому времени будет много детей, внуков, правнуков и даже праправнуков! И Вам будет интересно, как складывается их жизнь. Вы будете видеть в них свое отражение, находить общие черты. А не только общие вопросы!
- Мне очень интересно говорить с Вами, мистер Шарк, хотя я не понимаю, зачем обсуждать такую тему, но если Вы знаете, как можно жить больше ста лет, то почему бы Вам не поделиться этим своим знанием с другими людьми? Наверняка, есть такие богатые люди, которые не хотят, чтобы их богатства достались другим, пусть даже и их родственникам, и хотят продолжать распоряжаться им вечно. Они, возможно, готовы будут заплатить Вам любую сумму, чтобы узнать способы продления жизни.
- Я изобрел одно средство. Оно не обычное, я привез его из дальних стран, которые я посещал в ходе своих долгих морских походов. А также, к этому средству, нужно знать еще об определенных практиках. Одно средство бесполезно без практик. То есть, если у меня вдруг кто-то украдет рецепт этого средства, или даже само средство, то он ничего не сможет с этим сделать.
- Откуда Вы знаете, мистер Шарк, что это средство действует? Вам самому разве больше ста лет?
- Нет, мне всего лишь пятьдесят пять. Еще есть порох в пороховницах. Но я ничего не боюсь пред лицом вечности. Поскольку у меня уже есть ноу-хау, как с этой вечностью подружиться.
- Я Вам посоветую найти себе богатого спонсора. Возможно, из высшего света. Члена парламента, члена королевской семьи. И поговорить с ними об этом.
- Такие люди опасны. Они могут просто выбить из меня всю информацию пытками на дыбе или пытками огнем.
- А как они узнают, что то, что Вы им сказали, поможет им жить более ста лет? Вы ведь даже по пытками можете наплести им с три короба.
- Да, Вы правы. ДА я и без пыток могу наплести с три короба. Вот даже здесь, то, что я рассказываю это Вам – не просто ли мои собственные фантазии, чтобы развлечь молодую симпатичную особу?
- Извините, мистер Шарк, если у Вас больше нет вопросов, то я прошу Вас покинуть наше ведомство. Я не склонна принимать комплименты от человека Вашего сословия и Вашего возраста. Мы не пьем с Вами чай, сидя у пылающего камина дождливым лондонским вечером. Я же сказала, что меня вечная жизнь не интересует. Обратитесь с этими предложениями к более нуждающимся персонам.
- Хорошо, милая леди! Если Вас, или Ваших знакомых заинтересует то, что я сказал, то можете найти меня в порту. Спросите капитана Шарка. Если я до этого не уйду в дальний рейс.
Затем странный посетитель раскланялся и направился к выходу. Швейцар у двери открыл ему дверь, посетитель приподнял свой цилиндр и вышел. Жалобно звякнули колокольчики, когда дверь за ним закрылась.