Ангел и обезьяна, глава 5

 – Доброго денька! – крикнул ей смазливый, мерзкий голос, звуки которого выдавали скорый зев. – Неужто это моя дорогая Диана! – он с особым прищёлкиванием смахнул с носа-картошки вытекшую соплю, которая выглядела, словно бурый водопад во время дождей.

   Мохнатые руки, заросшие, как у самого дикого армянского мужика, легли тяжёлой кувалдой на плечи Дианы, ломая кости и оттого доставляя боль всему телу, пронизанному нервными окончаниями. Чёрт снял с шеи тугой шарф, и его празднословный язык в хриплом горле перестал молчать.

 – Как давно я не говорил отвратных колкостей! – с облегчением выдохнул он и прижался к Диане, гладя её по голове. – Сейчас, милочка, мы с тобой обсудим наше дело.

 – Убирайся прочь, скотина! – Диана упёрлась руками в горбатую спину беса, но он только схватил её за хрупкую руку и повернулся лицом.

 – Знаешь, как неприятно слышать такое, любезная?! Я не позволю называть себя животным, ведь мой нос достаточно красив для тех, кто погряз в пороках. Я как мужик, с которыми женщины спят только из-за секса: очень даже неплох в иных качествах. Мой ужасный нос дан мне по причине моего ремесла. Даже среди людей есть золотое правило не ругать человека за внешность, выбранную не им самим. – Чёрт пытливо смотрел на Диану, в обиде находя всё новые поводы придраться к ангелу, что просто хотел грубым словом прогнать мерзкого беса, а не задеть его самовлюблённую натуру. – И на мой конский хвост не смей смотреть!

 – Не удивительно, что ты появился раньше ангелов, на 6 день, когда Бог создавал тварей земных. Ты был рождён, чтобы называться скотиной, тогда как многие люди, ты прав, не заслуживают подобного обращения.

 – Да? И даже твой некогда любимый Максимилиан? – бес дико и злорадно усмехнулся, оголяя свои белые, как у вампира, зубы и выставляя вперёд клыки, порабощённый порывом страсти пить кровь. – А вот обо мне попрошу не судить так строго. Я был создан после, и сам выбрал путь нечистого дьявола. Моё желание получить власть было превыше людских радостей, и потому я отрастил этот конский хвост, зарубив при этом пару лошадок… Ну, впрочем, не твоим ушам об этом слышать.

 – Зачем ты пришёл?! – Диана печально сжала губы, в тихом молчании соглашаясь с мнением беса, как соглашаются с ним любые люди, готовые пойти на порок. – Я еле сдерживаю слёзы… Ты умеешь доводить, мне холодно… – невольно и немощно прошептала она.

 – Хах, ты так легко доверила мне свои мысли и жалобы! Теперь ты знаешь, как я ломаю людей, узнавая их ближе. Я явился не с пустым запасом намерений, мне необходима парочка душ. И я уже знаю, что одна в обличие прекрасной дамы сидит прямо передо мной.

 – Ты всегда умел льстить… – отвела глаза Диана и стыдливо опустила их вниз.

 – Меня никогда не нужно вызывать. Я прихожу сам, без воли и желания людей, чтобы проесть дыру в их душах, а после – сожрать целиком. А ты разве думала, что я ненавижу убивать людей, совращая их на порок? Хах, глупые мысли! Я это делаю с трепетным наслаждением! Кстати, есть ли у тебя знакомые, способные меня остановить? Хах, знаю, что нет. Даже Бог не может навеки заточить бесов в преисподней. Он сам, по своему желанию, прислал нас служить на эту землю. Кто-то видит в Боге создателя жизни, а кто-то азартного игрока, который пожелал создать себе врагов. А знаешь, что самое странное: никто его не видел со времён Адама! К Моисею явился один из архангелов, а люди верят, что этот святой человек был избранным! Говорят, что Бога нет, и его присутствием ангелы только устрашают нас, бесов. Но тогда становится непонятной природа нашего происхождения… Бог никогда не показывает свой лик, зато дьявол в человеческом обличии ходит по всей земле! Тебе это не кажется странным? – чёрт показал на себя и в недоумении сердито поднял бровь, ведь он не мог, по своей природе, сделать это с улыбкой. Своими холодными, как толстый лёд, очами, дьявол проедал насквозь и словно бездонными глазницами вытягивал упирающуюся, мятежную душу себе в цепкие руки. Он в любой момент в силах свернуть шею человеку, что оказался под его властью и творит преступления по его приказам. – А ты не думала, что этот мир – хаос? – бес сжал букет цветов и выбросил в распахнутое окно, что именно в этот момент со всей силы ударилось рамой о стену, продувая горбатую спину чёрта. Он приставил руки к голове и со всей силы втянул воздух да так сильно, что Диана начала растворяться по его приказу. – Ты когда-нибудь беспокоилась о том, что не существует никакого Бога? Кому открыта эта тайна? Разве Гавриилу? – он раздражённо кинул руку и указал тощим, острым пальцем на синюю спину архангела, что вышел со своим пустым портфелем вон.

   Никогда ангел и демон не могли уживаться вместе, ведь один гонит другого при любой встрече, стычке или войне. "Мой черёд править" – говорил Аид, когда архангелы в сонме теряли силы, воодушевление и веру в людей, что так любят на губах сладкий привкус бесовских радостей. «Нет! Нельзя потакать выходкам дьявола!» – подумала Диана, и отвела свой взгляд в последний момент томительного ожидания её души, что, по мнению беса, уже была в его руках.

 – Чего ты так дуешься? Неужели хочешь, избегая моего начальства, попадать в руки другому бесу, что уже ждёт твоей помощи прямо сейчас?

 – Какой.. какой бес? – задрожала Диана всем телом и заплакала. Её губы посинели от частых глотков, что она делала в порыве подкатившего к горлу ужаса и животного страха.

 – Да-да, этот парень портит жизнь любому, кто по своему желанию протягивает к нему восхищённые руки. Мало таких людей найдётся, но ведь это не мешает ему высасывать жизнь из любого, кто всего лишь на долю секунды пройдёт мимо него по дороге с работы домой. Я хотел сам заняться этим парнем, так что уйди с моего пути, – гневно крикнул он с оскалом и брезгливо махнул рукой. – В нём столько злости, что я готов променять тысячу душ на его одну, завистливую и зависимую от любой вещи. Целый год я ждал этого момента, постепенно изводил его хрупкое существо и, наконец, достиг цели: он спился и теперь бродит по городу, словно жалкий пьянчуга.

 – В свои 18?

 – О, ты уже знаешь возраст? Гавриил заранее подготовил тебя к заботам о трудном подростке и разгульном юноше, из которого первый ещё не успел выйти? Какое дело до того, что человек пьёт так рано? Ты думала, у подростков и молодых людей бывает иначе? Порок пьянства я люблю больше всех остальных, слишком скучных…

– Для меня пороков не существует, – тихо заметила Диана, – но есть то, что нравится бесам. Если бы вы томились жаждой к спасителям кошек с деревьев, вы бы старались прибрать к рукам не только убийц, но и их.

 – Ты навела меня на кое-какие мысли… Хотя, подожди, они сидят у меня в голове во время всего нашего разговора. Я и забыл, насколько ты всепрощающая, добрая и сочувственная. Да… – задумчиво произнёс бес, – только ты могла простить Максимилиану убийство!

 – Как и многие женщины, – равнодушно заметила Диана, не пылая уважением к потерянной жертве его рук.

 – Нет, ошибаешься. Ты не дала мне съесть душу Максимилиана! Ты каждый день приходила на его могилу и молила о нём, как о человеке истинной добродетели! Он теперь живёт! И я вновь пришёл за ним! Запомни: его спасёт только ребёнок, но никто не планирует возлагать на него такую ответственность.

 – Дак он не потерян? Ты знаешь, где он?!

 – Чшш! Аккуратнее на поворотах, – угрожающе понизил тон чёрт и оглянул исподлобья весь зал. Он хотел заткнуть Диане рот, но в силу великодушия, на какое только был способен, просто приложил заострённый палец к её сухим губам. – Сейчас люди приставать начнут, выявлять, кто пропал, а нам с тобой запрещено объяснять, что потеряли мы вовсе не плоть, а душу. Нарушишь божественную тайну о перерождении – и никто не станет жить так, словно сто лет – его единственный срок.
– Мы с тобой ничего не теряли, только я! Ты ведь знаешь… тебе хорошо известно, в каком теле живёт сейчас мой Максимилиан! И убери свои пальцы! Они грязнее, чем пропахший навозом сарай!

 – Да увидишься ты с возлюбленным рано или поздно. Так у нас в мире, к сожалению, устроено: каждое существо ищет поддержку, чтобы спасти себя и выжить. Люди так же тянутся друг к другу и, когда умирают, находят вторую половинку вновь, в следующей жизни, с той же целью – спасение. Пока один человек верит в другого, я не могу забрать души обоих.

   Диана лишь в презрительном молчании посмотрела на чёрта, вынужденная закатывать глаза, чтобы тот мог ясно уловить, какое противное чувство вызывает своим присутствием. Но она понимала справедливость слов отброса, и потому солидарно не стала перечить. Её грело чувство, что тот парень в любом случае лучше него, и оттого не может быть таким же грязным и подлым, каким описывает его бес.

 – Ты как? Плечи не сильно болят? – смахнул он с кофточки Дианы назойливую пылинку, хотя со стороны казалось, что он заботливо погладил её по больному месту. – Теперь ты готова узнать больше о предмете моих стремлений? Ну хорошо, – смиренно качнул он головой после печального ответа «Да…» и начал свой рассказ. – Его отвергла девушка, а он бегает за ней, словно маньяк. Жаль, что такой сладкий, неискушённый плод, как она, мне не подвластен. Та девушка слишком хорошенькая, и её не может поразить моя свинцовая пуля.

 – Дак вот какие искры ты мечешь из своих глаз! Это свинец так легко впитывает энергию, отчего подарил тебе целую коллекцию рабов?!

 – Чшш! Об этом не тебе знать, – чёрт любезно улыбнулся и подмигнул змеиным глазом. В отличие от манер Гавриила, его любезность прямо и без увёрток намекала: "Скажешь хоть что-нибудь, прицеплюсь к тебе, как лярва, надоедливая и губящая.» – Ладно, развлекайся с ним: можешь подразнить, унизить, посмеяться. Он для того и был рождён, чтобы стать отдушиной. Опять сорвался хороший улов!
В конце разговора дьявол вновь улыбнулся и вальяжной походкой грациозно повлёк ноги за дальний столик, где скрылся в толпе шумной компании. Последние его слова прозвучали, как колокол во время служб, гулко и с надеждой.
«Да разве может зажатый, сгубленный человек быть таким дьяволом, каким его видит этот мерзавец? И Гавриил о нём не высокого мнения. Он скрывает от меня корень проблемы и шевелюры листьев, что от него произросла и уже не может расти дальше. Порок останавливает развитие – вот его главный признак,» – подумала Диана и стала гадать, что может постепенно иссушать душу мальчика, как убивает дерево жаркое, палящее солнце. – "Разбитая любовь, выпивка... но что ещё? " – стала перечислять Диана, задавая вопросы, которые не принесли ей ответа, ибо долгие раздумья не всегда влекут за собой гениальную мысль, да и всем свойственно уходить в фантазиях от предмета, что беспокоил ум изначально.

   Гавриил возвратился любезным, без пятна какого-либо страха. За время танца и прогулки он успел до мелочей продумать свою речь, но, не успев начать её, услышал от Дианы возгласы любопытства, которые просили скорейшего прибытия к месту жительства подопечного. Теперь она понимала, что готова выполнить новое задание и утешить бедного человека, ведь только на это и была способна.

 – Хорошо, – Гавриил подозрительно и внимательно взглянул на Диану, медленно опускаясь на стул. – Без проблем... Его зовут Камал.
И после этого имени в воображении Дианы возник образ жарких лесов Азербайджана и облик парня, проводящего весь день в тени высокого каштана.

 – Кхм... кхм... Его родители переехали в Россию, в сибирский городок!
Два слова "Россия" и "Сибирь" прямо намекали на холод и мороз, а уменьшительное слово "городок" не могло оставить без догадок о маленьком посёлке с плохо развитой, если не с плохой, инфраструктурой.

 – Нет, не отправляй меня снова в Россию! Там холодно, грязно и страшно! На горы я была согласна, а вот севернее – категорически против.

 – Но твоего подопечного тяготят там более серьёзные проблемы, нежели погода и суровый менталитет. Он южанин, не понимающий русского языка, но вынужденный ему обучаться. Камал чувствует себя чужим в этой стране, и лишь ты… Эм, скажу так: можешь стать для него чем-то родным в далёком крае.

 – Нет, нет! – махала Диана руками, а потом приложила их к сердцу, умоляя. – Дай мне отсрочку! Я сама доберусь до России!

 – Ха-хах, – тихо рассмеялся Гавриил хитрой улыбкой, – теплоход и поезд гораздо медленнее моего щелчка пальцев, одарившего тебя крыльями, смотри! Твой подопечный нуждается в помощи прямо сейчас! Скоро мы будем учить с тобой китайское наречие, – назидательно покачнул он пальцем и превратился в звезду, что вот-вот готова улететь не только на небо, но и в пляс. Найду с кем провести ещё один белый танец, а как ты выполнишь свою миссию, мы вместе покинем городок и улетим как можно дальше в другой, дабы ты не потеряла дорогу к столь секретному месту, – но Гаврил не стал пояснять, куда именно. Возможно, пытался скрыть от Дианы очередную пугающую правду.

   Один гулкий стук мягких подушечек – и Диана увидела, как её силуэт на размытом фоне выходит за дверь и исчезает за первым деревом. Это было её ближайшее будущее, но что было дальше него – оставалось загадкой, оставляющей предполагать, в какое скверное или приятное место закинет ангела этот вихрь.

   От батареи шёл лёгкий холодок отключенного отопления, которое, к прискорбию многих, заставило работников оторваться от своих семей и ехать на ремонт. Владелице, сухонькой девушке, что была здесь и поваром, не нравилась такая неважная причина отказа – мороз в кафе – от самого прибыльного праздника в году – Нового года.

   "Что это за место?" – задумчиво молвила Диана, с интересом оглядываясь по сторонам, пока пелена невидимости скрывала её любопытство от любящих строгую приватность русских. "Я наблюдаю обстановку и смотрю на людей – это не дурной тон" – думал ангел, подглядывая, как двое молодых людей глазами зовут друг друга в постель – "Я лишь хочу убедиться, что мой новый человек на месте и никуда не денется от проповеди, какую мне поручили ему устроить. Диана судорожно выискивала глазами незнакомца, черты которого уже знала явственно из описания беса. Упустить подопечного из вида было глупой, никчёмный оплошностью, и Диана знала свою рассеянность. Она напрасно пыталась рассечь руками мутную, неприятную пелену невидимости, когда та пропала, растворилась в воздухе. "Дорогая, не привлекай внимания, тебя видит каждый посетитель, кто пришёл посидеть в тихой компании" – прозвучал голос Гавриила, но Диана не могла на него вслух ответить: "Уважаемый архангел, где всё веселие? Неужели после двенадцати ударов все повалили на площадь, и только самые крепкие, кто способен выпить больше, остались в столь тусклом месте?" Диана тогда не знала, что праздник идёт в самом разгаре, и вскоре к ней за стол присядет молодой человек, своей компанией украсивший тоску глубинки.

Понравилась глава? - Оставьте рецензию.