Дурацкий сон

Виктор Матюк

Дурацкий сон

 Дурацкий сон с мыслями в унисон проник через стёкла грязных окон
В тихий затон души, воспоминания свежи, время строить новые рубежи
И вновь жить в тиши в безлюдной глуши, где нет ни одной живой души,
Странный перезвон навис над нехоженой тропой, она впечатляет красотой
И своей простотой, сон всё ещё под рукой, он окропил святой водой уставшее лицо,
Не смог остановить Фортуны колесо, оно вертится само всем предположениям назло,
Молодое время ушло, даже все девицы здесь на одно лицо, ну что сказать ещё?
Здесь не страшно жить, можно куролесить и бузить, как совесть велит,
Если её усыпить, тогда всеобщая буза на грехи закроет глаза!
На всё воля Творца! Толчок распрей и склок в спину,
Заставляет покинуть привольную равнину,
Оставить наполовину слабость ту,
Что качается на ветру
Подобно затухающему костру,
Былое время никак не вернуть назад,
Не стану вновь стенать на всю округу
И во всём обвинять чужую супругу!
Как-то проживу без взаимных обвинений,
Ближе к утру слезу, бегущую по лицу, ладонью утру,
Примну сапогами опавшую листву и миг блаженства растяну
На краткий миг, приятная жизнь без ссор и интриг дарит надежду,
Что в душе мятежной, как и прежде вера воистину воскреснет,
Зато сущий бред даст обет: встречать каждый рассвет
Вдалеке от бед, жизнь чудовищно сложна,
Я же её любил и постоянно язвил,
Что сам не жил и другим не мешал
Увидеть зловещий оскал рока и судьбы!
Они прятались в пяти минутах неспешной ходьбы!
Живая жизнь изматывает первородный инстинкт,
Он грешную плоть истязал и ногами изредка пинал,
Матерными словами обзывал, пока я на лаврах почивал,
И пиво на лавке глотал, как шакал в безлюдной подворотне,
Пока страсть шевелилась в мотне, вспомнился дурацкий сон,
Выплывший из глубины сознания: ни слов любви, ни негодования,
Они прошли через годы и через расстояния, мне не дано заранее знать,
Где и когда каждый из нас будет в одиночестве умирать и горько рыдать,
Что ему не по зубам оказался повсеместный хлам, а приятный женский шарм
Хлестал по ушам, как банный веник, бабий вареник, как золотой ошейник,
Попавший в репейник по зову плоти и души, заставлял неистовую страсть
Каждый раз попадать впросак, он заставлял даже в грозу, дождь и град
Говорить слова невпопад, никому не дано знать, когда последний звездопад
Обрадует потухший взгляд? Золотую цепь перегрызть не смогу, лёжа в стогу сена,
Нужна смена партнёрш, что посеешь, то пожнёшь,
Через высокий забор не перемахнёшь без жалоб и слёз!
Не тревожь себя напрасно, жить приятно и страшно,
И к тому же небезопасно, напрасно ждёт душа поблажки
От утех мирских, что толку от них? Никаких!
Только чреда новых интриг усложняет быт,
Мне бы о них забыть, не поднимая визг
И крик на всю округу, с испугу,
Уподобившись верблюду,
Вновь не поддаться искусу:
Впасть лицом в грязь!
Так случается каждый раз,
Когда старинный иконостас появляется вдалеке от нас!
В аккурат наша жизнь вписана в эзотерический квадрат,
От судьбы не сбежать, повсюду непроходимая гать,
А над головой мириады звёзд висят, прячь - не прячь
Число поражений и удач – от возмездия не сбежать,
Жизнь пронесётся вскачь, хоть стой, хоть плачь,
Нельзя странствовать налегке по заповедной тропе!
Постоишь на сквозняке, посудачишь о роке, боге и судьбе
Невдалеке от истоков своих, или раздавишь бутылку на троих,
В этот благословенный миг влюбчивый старик сполна постиг,
Что жизнь нельзя срисовать с натуры, идея архитектуры не в том,
Что на берегу крутом поселилась бабы-дуры, оказавшись в их шкуре,
Повесишь свои яйца на розовом абажуре, в тебе же дурень пока ещё не умер,
Его уровень – всеобщее безумие, вырвавшись из тюрем, оно модное веяние обрело,
Поседевшее намедни чело едва ли с ума не сошло!
Ничего хорошего ни позади, ни впереди,
Дрязги, ссоры и проливные дожди, как не суди и как не ряди
Ты вновь влезаешь в долги,
Твои пути-дороги наконец дождались благословенный миг,
Когда грозный вихрь затих: ни тревоги, ни людей убогих,
Сие позволено немногим, здесь порядки строгие,
Народ живёт в нужде, каждый сам по себе,
За высокие пороги земные - боги отдали приказ:
"Гопоту в царские покои не пускать!"
Приказы надо исполнять!
Мы любим власть критиковать, не умеем чувствовать,
Каково оно безумствовать и горевать наедине?
Можно изменить позу в ответ на угрозу
Толпы, замести едва заметные следы
Искушений былых, женщины сами берут на клык,
Попробуй отбиться от них в этот таинственный миг!
Природа избавляет нас постоянно выбирать: умереть
Или жить вечно? Вот и живём мы грешно, коль иного не дано,
Опустившись на самое дно, твердим одно и то: всё, что не запрещено,
Хорошо! Одни крадут, другие чужое добро стерегут, каждый плут
То там, то тут, меняются не только нравы и времена,
Обличья изменяет судьба, бревенчатые терема
Прогнивают насквозь, ты замечаешь вскользь,
Что на авось здесь не проживёшь,
В раскрытую ладонь рок не прочь
Бросить горсть грехов, род людской
Идёт свой тропой туда, где есть временный постой!
Великое удивляет нас, ничтожное отталкивает,
Привычка примеряет со всем, рядом – тлен
И множество проблем, этот мир создан затем,
Чтобы вздор затмевал любопытный взор всякий час,
Переходя за грань нищеты и людской простоты редко замечаешь ты,
Что даже матерная брань для заблудшего рассудка, как герань или незабудка
Во время несварения желудка! Миром правят судьба и похоть, дым и копоть
Не уходят в далёкий космос, коль руки по локоть в крови не от избытка любви!
Любовь в тени, а внутри души, хоть шаром покати, там не токуют глухари,
За отчим порогом порядки строгие, их нарушают грешные и убогие,
Скрывшись в толпе, они не стыдясь усугубляют порочную связь на стороне,
Им должно быть стыдно вдвойне,
Коль ты по уши в дерьме, врёшь любовнице и жене,
Что ходишь у них на поводке,
Подавшись искусам Сатаны, но под влиянием кромешной тьмы,
Не проливаешь горькой слезы на радужные сны,
Ускорив шаги, все мы должны
Не убегать от половой борьбы,
Безбожно жить и грешить, и вершить добро,
Но если не суждено, тогда что? Зло, как и добро, имеет своих героев!
Тот, кто усвоил этот постулат, будет неистово рад
Воткнуть ногою в пышный женский зад свой половой аппарат,
Пусть чужие кости трещат, а бабы верещат и готовы грехи прощать
Чужим мужьям, а своих - разносят в хлам за прелюбодеяния чужих дам,
Даже церковный звонарь, привстав на колокольне на дыбы,
Не против полюбить женщину, сидящую напротив! 
Увы, все мы грешны, от судьбы не уйти,
Господи, помилуй и прости!
Нигде не найти покоя тому, кто не нашёл его в самом себе,
Он не приходит даже во сне, как не обманчива надежда,
Она помогает избегать ареста, на всё воля неба,
Отобедав, ты стал дармоедом, медлил с ответом
На щепетильный вопрос, пока не пришлось
На себе испытать чужое враньё и ложь!
Как не благотворна истина, как зловредна её видимость,
Она, как торчащая в горле кость, нервы собраны в горсть,
Вот и сбылось на исходе годов всё то, что задумал прохвост,
Он целовался со всеми взасос, мужал его торс,
Ему дамы делали отсос, он был толст,
Как пылесос, пыхтел, как паровоз,
Но победить свой фаллос не смог!
Печален итог, толпа жалуется на память,
Она может запамятовать все интриги бытия,
Устать от лжи и вранья, дойдя до нуля во время дождя,
Твоя пассия усядется на конец твоего копья, будто попадья!
Во время сношения бывают такие положения, что выпутаться из них
Можно только с долей безрассудства, когда же все звёзды на небесах сойдётся,
Содрогнутся даже те, кто полжизни жил в узде,
И блаженства не чувствовал в разболтанной манде!
На горной гряде ты долго стоишь и как рыба молчишь,
Не мычишь, не телишься, позади тебя туман клубится
И медленно стелется, всё когда-то перемелется,
Зло от греха не отвертится, плоть согреется во время акта,
И только во время антракта жалкая тень нового искуса,
Заставит вспомнить слова Иисуса: пусть твоя Муза
Не осуждает слабость твою, ты же стоишь на краю
Глубокой бездны, здесь твои стенания бесполезны,
Силам небесным слёзы не нужны, если люди грешны,
Тогда все мосты будут сожжены, грешники обречены, их дни сочтены!
Невелика беда - принять услуги от подлеца, дрогнет авторская строка,
Ты приобретёшь нового врага, старая карга – судьба тяготит нас,
Когда каждый раз вещает о крушении всех своих надежд,
Страшнее них - только непредвиденная смерть!
Вас могут вытолкнуть через входную дверь
В стынь или в оттепель, ударить оземь,
И напомнить, что золотая осень
Уже подарила тебе проседь
На лысеющей голове!
Ты был бы рад вдвойне скрыться во мгле от мирских утех,
Они без одежд приходят во сне в сопровождении страстей, 
Доводят до слёз приличных на вид людей!  Как их изгнать взашей?
От алкашей и ****ей трудно дождаться приятных новостей!
Они способны страсть разжечь и беду навлечь на семью,
Ты будешь грешить будто в бреду, чертыхаясь на судьбу,
Свои нервы надо беречь, сбросив женскую узду с широких плеч,
Твоя замедленная речь может успеть отголоски грехов отвлечь
От желаемых встреч! На жизненной тропе ты идёшь в железной узде,
Скользишь на зелёной траве и не принадлежишь самому себе,
В горниле всеобщего насилия сам ощущаешь половое бессилие,
В утиль отправлено всё, что в мытарствах и бореньях обретено!
Непреклонная строгость поведения меняет мужское воззрение
На женскую натуру, в них сокрыта халтура, даже баба-дура
С отменной фигурой способна водить Шуры-муры 
В присутствии полупьяного Амура!
На свете немало порочных женщин,
Ещё больше таких же мужчин, чья должность и чин
Меняются на фоне белоснежных перин,
Ты не один такой, кем судьба вертит, будто вихрь ледяной!
Ты по ночам веришь бабьим речам, как я вещим снам,
Они для милых дам, как бальзам для души
Или глоток колодезной воды
Для грешной плоти,
Женщина твои слова проглотит, коль ты согласен её грехи оплатить,
И о них напрочь забыть! Карта бита – нечем крыть!
Кажись не нужно уже ничего, но сколько во
Взгляде баб невысказанных тирад,
Что божий раб воистину рад:
Не бить в набат и не звонить во все колокола,
Что он зря влюбился в ****ь!  У неё ни кола, ни двора,
Женщина сдаётся не потому любовнику своему, что велика её страсть,
Всё как раз наоборот, её мысль отправившись в полёт усердно ждёт,
Когда молодой сатрап признает масштаб грехов своих,
Через них в благословенный миг
В постель врывается разврат!
Кромешный ад трудно распознать,
И вовремя повернуть назад пылающий взгляд, бредёшь наугад,
Заводишь ****ь в ЗАГС, та баба на сносях, ты у неё будто в гостях,
Она не бегает на рысях и не внушает тебе, что женитьба - сущий пустяк
Для бывалых мужчин и баб! Близок закат, доверие с годами исчезает,
Страсть постепенно тает, кто-то в космос улетает, куда?
Этого никто не знает!
Всё со временем с памяти стирается,
Прежние обиды забываются,
Минет за измену не считается,
Жизнь убыстряется,
И вдруг ты
Осознаёшь критерии пустоты,
Их явные черты бесчинствуют в груди!
Не мели языком, не шелести листком
Писчей бумаги, всё дело в том,
Что любовь нельзя откладывать на потом!
Когда грянет гром, ты уже будешь стариком,
В душе - полный погром, любовь – одна,
Подделок – тысячи, велика её цена,
Но позволит ли твоя казна
Оплатить сполна грядущие времена!
Смотрю на жизнь из открытого настежь окна,
Душа одна, ей всегда не хватало проводника,
Он бы знал наверняка, куда скользкая стезя его завела?
Эта мысль во мне сквозит, ветер над ухом свистит, как быть
И с кем жить, кто обустроит терпимый быт, а стыд глаза не застит,
Бог грехи простит, есть возможность о них напрочь забыть!
Перестану снотворное пить, буду сам по жизни рулить,
Зато не стану пешком ходить с вещевым мешком
В самый гуманный суд, где тебя предадут
И проклянут за адский труд
И в порошок сотрут
Твой последний редут!
Проклянут, и нужные слова найдут,
Чтобы суд смог вникнуть в истину и суть,
Ты же пропащий человек, денег в карманах нет,
Уж лучше для души найду средних лет статную вдову,
Вместе с ней в ЗАГС пойду, и никого на регистрацию из её подруг
Не позову! Блажь рассеется ближе к утру, горькую слезу локотком утру,
Как-то переживу рок и судьбу, отвергну людскую молву, буду ждать жену
На углу дома, невдалеке от речного затона! Она влюбляется не впервые
И смотрит в зеркала кривые, будто в годы молодые, годы золотые!
Страсть, опьянённая стихией, бросает взгляды косые
На травы луговые, в порыве очумелом
Ты не брезгуешь изношенным телом,
Занимаешься делом, умело и смело пытаешься разбудить
Былую прыть в теле битом нещадно, чтобы другим было неповадно!
Да ладно, на дворе прохладно, жизнь складывается нескладно, отрадно только то,
Что дама без колготок, её голос кроток, ты выпиваешь залпом сотку водки
И перед сном бежишь босиком напролом в давно опустевший дом,
Здесь ты стал увядающим лепестком! Листья рвёт холодный ветер,
Его порывов божий раб даже не заметил, ты же не виноват,
Что на дворе кромешный ад, а золотой листопад
Пытается с тобой в поддавки всю жизнь играть!
Сон канет в Лету, на чёрствую землю упадёт снежок,
Ты не заметишь осиновый листок между стройных женских ног,
Срок обольщения истёк! Всему – своё время, всему – свой срок!
Зачем философствую я? Кому моя иллюзия нужна? Меняются времена,
Нравы в пределах православной державы остаются без перемен,
Зачем? Жизнь даёт крен, тебе один хрен, когда, где и с кем?
Ты ничего не получаешь взамен, огромный безмен
Давит на слабеющий член, 
Он на радость всем решил уйти в тень!
Зачем?  Дабы избежать ревностных сцен,
Блажен лишь тот, кто зрит вперёд и видит Эдем,
Ему бы подняться с колен и дождаться перемен,
Он повзрослел, охамел, стал слишком смел,
Оставшись не удел, на себя монастырскую робу надел!
Зачем? Дабы в предвечерний час всепобеждающая страсть
Оставила бы грешника в покое хотя бы на час! Потливость в горстях,
Жжение в паховых областях, боль в костях, ветер развивает яркий стяг
И рвёт на мелкие клочья тире и многоточия, только нескольких междустрочиях 
Виден презренный страх, не внутри хилой и немощной груди,
А вблизи изгиба тропы, по ней ещё ползти и ползти,
Хотя впереди не видно ни зги! Проливные дожди
В запахе кизяка, он пришёл сюда издалека,
Его принесли свинцовые облака!
Жизнь усугубляет разлука, она ослабляет увлечение,
Камень преткновения вблизи любви лежит,
Плоть от наплыва страстей знобит,
Порывистый ветер гасит свечу,
Но раздувает пожар, любви нектар не по плечу тому,
Кто хил и стар, но угар от нежности бурлит в крови!
На старости лет былых желаний нет никаких, страсть превращается в блеф,
Дама треф оставляет жалкий след, выживает интеллект,
Ты отправляешься в дрейф, и вот твой барельеф
Уже оседлал мраморный склеп, твой взгляд устремлён вверх,
Быть может там божьей благодати вовсе нет? Отдав молодость старику,
Женщина превращается в девочку, страсть снесла ей голову,
Однако она ещё осталась на плаву!
В миг нежданной встречи обрываются речи,
Облик человечий впитывает в себя странный силуэт разбитых сердец!
Стынет отчая земля, пожухлая листва едва листьями шевеля,
Зрит на болезненный мрак, она не желает осознать,
Что женская стать пытается в лучшем виде предстать
Перед тем, кто не избегал запретных тем и не перечил всем!
Зачем? Благоразумие и любовь не созданы друг для друга,
Роль преданной супруги опирается на опустившиеся донизу груди,
Расходятся круги по воде, спущены брюки, в душе давно уже не поют соловьи,
Вдалеке шумят осенние ручьи, мы же упрямо не платим долги за все свои грехи!
Как верность обрести, и своё реноме спасти? Не береди мне душу,
Молча слушай, и вкушай сладострастный искус,
Небось вскорости исчезнут тоска и грусть,
И ты сполна сможешь вернуть мысли те,
Что были рождены во сне наедине
Вблизи алтаря, сорван предпоследний листок с календаря,
Чуть свет, чуть заря ты соберёшь свои вещи втихаря,
Несмотря ни на что, набрасываешь на плечи демисезонное пальто
И пытаешься уйти, бог весть куда, чреда греха потянется следом,
Ты был их полпредом, наслаждался победой, потом стал домоседом!
Ум в дураках у сердца, сколько острого перца в словах всесильного творца,
Ему принадлежат наши души и сердца, водку пьёт толпа прямо из горла,
Всё во благо чрева, искусы справа и слева, выплеснута порция гнева
На ипостась оптимизма, суть происходящего трагизма
сокрыта в людском максимализме! Сегодня в предновогоднюю ночь
Ко мне пришла во сне незнакомая девица на белоснежном коне,
Закутанная в белую простыню, она затеяла долгую болтовню,
Натолкнувшись на броню, бросила наземь горькую слезу!
Своекорыстье - одних ослепляет, другим - открывает глаза,
Кончается любовная игра, тоска остаётся в груди уже навсегда!
В душе, как в дырявом шалаше: разруха и безнадёга,
Люди не боятся бога, заброшенный дом
С открытым настежь окном,
И колокольный перезвон, над ним завис свинцовый небосклон,
Будто бы во время похорон! Гремит гром, стынь за окном,
Нет в доме том старинных икон, старики впали в полусон,
Перебор в мыслях и словах, предвещающих всеобщий крах,
Замедляет шаг, зато кромешная мгла с иноходи на галоп перешла,
Маразм усилил звон в ушах, в теле - мандраж, на губах - кровь,
В душе – боль, чёрная смоль волос сменилась на проседь,
Что же мне сулит уходящая осень?
Когда пороки покидают нас, мы тотчас слышим небесный глас,
В глазах зловещая тоска, хотя душа моя нараспашку,
Пальто на мне в обтяжку, судьба вот-вот даст отмашку,
Пришло время сменить фуражку на шапку,
Чтобы на льду не танцевать вприсядку,
Оставаясь всякий час на плаву!
Пришлые люди меняют вкусы из-за пылкости чувств,
Искус велик, дрожит кадык, язык к мягкому нёбу прилип,
Рок вновь бьёт под дых, чреда новых интриг зрит с высоты
На символы людской простоты, тут же он издаёт громкий рык,
Будто баба, взявшая член на клык, тот грех и вправду был велик,
Небось женская совесть зашла в тупик,
Кто её страсть способен остудить?
Мы же всего боимся и всего хотим,
Жаждем интим не оставлять молодым,
В пропасть летим, там - дым и копоть,
Ненароком вместе с ними слышим женский шёпот,
Жизнь, начавшаяся с размахом,
Вот-вот закончится прахом! Слёзы градом катятся по щекам,
На крыльях времени уносится печаль в бесконечную даль!
Любовь, овладевшая нами, прячется за толстыми стенами,
Гремит цепями, стреляет глазами, будто дама в белой панаме,
Появившаяся в монастырском храме! Жизнь, теряющая смысл,
Не достойная порицания, все предсказания движутся по высокой колее,
Они в исподнем белье, хотя стынь и холод на дворе!
Судьба подчас чересчур изводит нас,
Всему своё время! Всему – свой час!

г. Ржищев
13 сентября 2026 г. 21:24