Кузя и домушники

Однажды ночью Кузя не спал. Что-то было не так. Что-то тревожное висело в воздухе.

Кот лежал на чердаке и прислушивался. Обычно ночью двор спал: тихо, спокойно, только ветер шумит. Но сегодня — нет. Сегодня что-то было.

Кузя поднялся. Потянулся. И пошёл проверять.

Он спустился по пожарной лестнице во двор и принюхался. Пахло... чужими. Двумя чужими людьми. И ещё — пахло железом. Чем-то вроде лома.

Кузя напрягся. Он знал этот запах. Так пахло, когда дядя Толя ходил в подвал за своими бутылками. Но дядя Толя сейчас спал. А это были чужие.

Кузя пошёл на запах. Тихо. Осторожно.

Он подошёл к первому подъезду. Дверь была приоткрыта. И внутри — темнота. И шорох.

Кузя пробрался внутрь. Поднялся по лестнице. На втором этаже — у квартиры Анны Петровны! — стояли двое.

Один ковырялся в замке. Второй держал сумку. И оба шептались.

— Быстрее, — шипел тот, что с сумкой. — Щас соседи проснутся.

— Молчи, — отвечал второй, ковыряясь в замке. — Почти готово.

Кузя замер. Он понял: это воры. Настоящие воры. И они хотят обокрасть Анну Петровну. Ту самую Анну Петровну, которая его кормила. Которая его пускала погреться. Которая стала ему... ну, почти другом.

Это было несправедливо. И Кузя этого не потерпел.

Он не стал нападать сразу. Он был умным котом. Он знал: сначала нужно позвать на помощь.

Кузя поднялся на третий этаж — к двери дяди Толи. И начал царапать. Громко. Настойчиво.

Дядя Толя не отвечал. Спал, наверное. Или не спал — но не хотел вставать.

Кузя поцарапал ещё. Потом мяукнул. Громко.

— Кто там?! — раздался наконец голос дяди Толи. — Чего надо?!

Кузя мяукнул ещё громче.

Дверь открылась. Дядя Толя, в трусах и с бутылкой в руке (на всякий случай), выглянул на лестничную клетку.

— Ты?! — удивился он, увидев Кузю. — Ты чего тут делаешь?

Кузя развернулся и пошёл вниз по лестнице. Оглянулся. Посмотрел на дядю Толю.

Дядя Толя, хоть и был не самым умным человеком на свете, всё-таки понял: кот зовёт.

— Чего там? — пробормотал он и пошёл за Кузей.

На втором этаже воры уже почти открыли дверь. Ещё чуть-чуть — и они бы вошли.

Но тут на лестничной клетке появился дядя Толя.

— Э! — заорал он. — Вы кто такие?!

Воры обернулись. Увидели мужика в трусах с бутылкой — и на секунду растерялись.

Этого хватило.

Кузя бросился на первого вора. Вцепился в штанину. Зашипел. Заорал так, как умеют только коты.

— А-а-а! — завопил вор. — Убери его!

Второй попытался убежать. Но на лестнице уже собрались соседи — на шум прибежали. Кто-то вызвал полицию.

Воры были пойманы.

Когда полиция уводила их, один из воров оглянулся на Кузю и сказал:

— Это кот. Кот нас сдал.

Кузя сидел на подоконнике и вылизывал лапу. Он не сдавал. Он просто восстановил справедливость.

Анна Петровна, узнав утром, что произошло, долго не могла поверить. Потом прижала Кузю к себе и сказала:

— Ты мой герой.

Кузя не любил, когда его тискали. Но в этот раз стерпел. Ради справедливости.

Справедливость восторжествовала. И это было главное.