По образу, скотиной... мужчина был всегда!
Мы все во власти высшего, и случая при том. Клеймим невнятно рока все, а сами за бортом. По жизни непреклонные противной стороне. Отсюда топчем зерна мы... шагая по земле.
***
- Мамон субъект разумный, черт- дьявол без хвоста. По жизни очень смутный и глупый до конца. Сидел и Нюру слушал…- скулит его жена. Опять оказий случай. Опять в семье дремучей «безмерная» беда. И он как сыч в задворках...болят его бока. Нет более позерства...все чахнет в темь лица. То крутит к непогоде, гнетет измены гнет. И все не по погоде, - еда не лезет в рот...
- А Нюра, все хлопочет... таблетки мне суёт. И разговор заводит. Кто ранее помрет? А Я, как пуританин, три зуба...пять в уме… её не понимаю... все думы о войне. Мне проще жить подранком, чем лютовать в делах. Средь слов родимых бранных… я левый партий глаз. Её терплю, но любо... когда готовит квас. Молотит горе в ступе, мельчит… дробит темь- сглаз. Опять сместилась к трупу. В экране сверх того... стесненный черт чрез лупу, вновь созерцает ступу… меня вперед всего. Он в качестве смотрящего, все видит, зуб неймет. И знает, кто когда-то… с котом, или ухватом дорогу перейдет. В периоде словесном, философ по уму... он задает вопросы,- согласен , коль пойму. Подначивает ядом, используя мой треп. С чего сегодня начал… чем угостил во фронт? Судачил, меда слаще... и вот что преподнес:
– « О чём мечтал мужчина, и в том числе Мамон? Понять -сказать не трудно… конец виновен в том.»
Немного притомился, откашлялся как все. И вымолвил с издевкой… взгляд заострив на мне.
– « О чём, младая баба, иль женщину возьми… мечтает, извиваясь с извилиной внутри?
Понять невмочь мужчине … чем вырастить рога. По образу... скотиной, мужчина был всегда!»
- А как мне быть? Совет мне важен кстати. В иголочное ушко, его или иначе...нить золотую вдеть?
А он экранный- окаянный… в глаза мне стал смотреть. И высказался прежде чем… желал бы я… его лицо из памяти стереть.
– «Не поняв сути жизни, вгоняя мысль в спираль… немного и не лишне о бабах попи...деть.»
- А я такой наивный… как мат его стерпеть. Нажал на кнопку, стыдно... - дал черту не допеть.
С нервозным покаянием, припомнив ремесло… с наростом былых знаний. Японский «Сони» - мани... вновь выбросил в окно.( Жена моя карпуха… но знает ремесло. Сеть натянула летось, в три слоя под окно. Опять сучит кого то, и прет его сюда. Чтоб вечером увидеть Елену Воробья.)
Я после нервной встряски… на жёнку не смотрел. Чего смотреть… зад справный и грудь - прогнется медь.
Мой разум ослепленный… а сила в кулаке. Хотя в неё влюбленный...но я ведь не в себе. «Чего лицо все морщишь? И тащишь эту хрень… от боли в сердце отче… вмиг превратился в тень.» Жена молчит, и славно… пусть пуще тесто мнет. А я, Акак-Акакич свой палец сунув в рот... немного посмакую - как думает народ.
- Я сразу вдруг меж дела… от недуга прозрел, немного поразмыслив - иную цель узрел. Деваха городская, «приблудная» дитя… неделю навещает «Матроскина- кота». Отец её... родимчик, зарос как сатана. Из плаванья вернулся, всех гонит со двора. Лишь баб в прищур измерит и скажет напрямик. «Замкнем на массу Ева, - валютой по сорим! Эрос меня замучил, качаясь на волнах… я вожделенно помнил о страсти наших баб. Простите, несравненно... меж всех заморских Мах, я не встречал такую… чтоб с виду «Ох» на «Ах!» И знаете, бабенки в мат не кривя душой… согласны на зыбучесть- ведь он для них улов. И скажет «Незнакомка»... «Согласна, Я твоя! Как только… то я сразу, в ночь, за полночь жди меня. По новому обычаю лучину притуши. Сперматозоид величество во благо береги.
- Кто этого не знает, ему напоминаю:(Значение такое… «Как только?» - два в уме. Дозволить мужу выпить… он максимум - «На дне.» Он пьян, сон донимает. Измор его берет. Она во хмель шальная… скользит меж двух ворот.)
Задворками, задворками… платком прикрыв лицо… в потемках ночью томною через бурьян с иголками стремится до него. Матроскин много плавал, и позы знает все. Отсюда ему слава, на плотской языке. В делах интимных значим и предприимчив он. А женщина? - иначе… все думы о другом. Ей надо все и сразу на поприще вдвоем. Верней того и надо. Процесс пошел… во славу, он лихо в темь вошел… за это и награда... Загвоздка только в чем?
- Я раньше жил как мерин. Поел, Жену прижал… помял, его измерил… в экстазе свыше сверил... галопом поскакал. Одыбался немного… смысл жизни -пьедестал. Не обращал на время, и на чужой устав. Пришло наверно время. А время «криминал». Надысь сижу на лавочке, и радуюсь теплу. Как мило , душе благостно -ум, рот поди в меду. Хотя в натуре яви той... я в жар жую свеклу.
- А юность босоногая… гогочет на ходу. Манят, спеша привносят шарм - ох «девки» Вам скажу! Красавицы-принцессы, тем более того… как все в период адовой- предтеча для него. Отсюда ненароком, на них одних смотрю. С понятием, кто выше- зачем горем ему?
Они проходят мимо, с ума можно сойти. Вот вам и нарратива- стареем на ходу. Не в этом суть, под коркой - иные времена. Когда успел «Матроскин» свести всех баб с ума? Суть в том… уж больно многие… скажу как на духу. Все на него похожие...вопрос не ко двору. Окинув взглядом прошлое… осмыслил все в уме… «У нас, как полагается...рай бабий на селе. Хотя… я вот кумекаю...ссылаясь на него. У нас в ширь бабьей задницы- «Матрос-кино» село.»
В отца все кучерявые, с коровьей синью глаз… такими ведь глазищами бог сам глядит на нас. Немного удивляясь, средь прочего всего...как бабы понукают, вожжою все село.
- Припомню, ведь не скроешь кульбит судьбы от Вас. Иван - Заика... «воин», а жинка? Что фугас. В субботу рассупонивал, её который раз. Немного отдышавшись. Полез не в тот гамаш. Халаты перепутал он. И понял, вскрыт обман. В загашнике - бумажнике… средь библии страниц. Видать представил отче наш… не православный лист. А доллары бумажные, меж глав богатств цариц.
Вопрос? Откуда столько их ? И кто такой глупец? Из щедрости… тем более во глубь вошел конец. За что такая милость мне? Кто мило преподнес? Привел в порядок мысли, стал сам чинить допрос. Бил, хлестал не сильно, но больно...слышен визг. Щипал в озлобь за прелести, щипал её до слёз.
Она во всем призналась. Форсунку теребя… ему пообещала: «Что больше никогда!» Он за топор и в гости. Босой, в одних трусах. (А Дон Жуан по трапу... вошёл на пьедестал. Он в рубке, во рту трубка, - классический Бреар. Дымок клубится юбкой, под юбкой божий дар. Жаль , он поклонник скрипки. А нужен Ренуар.)
- Дом на замке, и что же. Как быть? И где искать? Рога носить? - стыд гложет. Гнев- суть не передать.
Не думал, не гадал он… - матроса след простыл. Он постоял, подумал - немного поостыл. Домой вернулся зрячим… и более того. Река течет иначе… нет прежних берегов. Не начать бы войнушку, не сжечь бы все дотла? Мысль остудилась быстро. «Опять я не туда!»
- Жену, Иван воспитывать не стал, он меру знал. И чувство меры понапрасну не утратил. Припомнил, Калашников… бой посчитал за честь. Но время лечит, - дурь калечит. Член свой помял, он быстро успокоился, - проблему снял. Жену обнял, любя... шалавой первый раз назвал. И более того… такой её принял. Такой ему представил бог её, чтоб более страдал.
- На доллары, большой участок ближе к лесу прикупил. Дом в новинку, огроменный начал строить. За лето , куда с добром… хоромы прекрасные возвёл. Мне бы кто срубил полати такие дорогие? Но увы! «У меня жена любит только меня и другого до себя не подпустит.» Хотя и на старуху бывает проруха. Чем черт не шутит. Беру слова обратно.
На новый «дворец»Ивана, любо дорого посмотреть. Правда, на железную крышу денег- долларов ему не хватило. Пришлось Ивану старый шифер использовать. После возвращения капитана из плавания. Иван -Заика крышу перекрыл. Я его не осуждаю. Даже где-то завидую. Умеют же люди жить по человечески. Все на мази. Жена, ...изда на месте. Они все вместе. И вам того желаю. А я здесь посижу... не в серединке, с краю.
***
Не каждый понимает, кто воду замутил. Я все на ус мотаю… и от рожденья знаю… «Без лохов- жить нам плохо!» И я сам лохом жил. Судьбу за хвост хватая, её опередив. « Не каждый в селе знает, Я в жар свечи один. По женщине страдаю...пью вновь аперитив.
Жезл легок на подъем и я хорош при нем.»
А дочка от Нарцисса, видать вся в мать пошла. Красавица, в рост выше... ****южного - отца. Он лишь тельняшкой блещет… ему страшна волна. Он плавать не умеет, глубь впрямь для утюга. Я видимо старею, а Нюра не поймет… о чем вздохнув жалею? Не скажешь наперед.
- Вот случай. Накануне, я вышел из ворот. Смотрю пуста «столица», по моему мне снится... ко мне она идет. Крамского «Незнакомка», а в степень какова? Бедрами колышет, сойти можно с ума. Не стал я сторониться,- слюна на бороде. Враз запершило в горле… мне все не по себе. Она ко мне подходит. Тут я её признал. Так это девка… Аня. Вся в мать, - такая стать. Глазенками таращит. Глазенки... ведь не в мать. Скажу вам между прочим...- «Мои глаза- мои!» И родинка на месте… намек от сатаны.
Не стану вас дурачить… сам в дебрях… плод вины, стоит передо мною - Памела красоты. Как водится прискорбно припомнил эти дни. Матроскин вышел в море. Она считает дни. Я скрытно, вдоль забора... добрался -мы одни. А мать его... тем более в мир грешных отошла. Во благо непристойность, в ад с нею перешла.
- Она мне приглянулась. В ней девичий задор. Пока муж не вернулся, я ключ к душе нашел. Встречались мы недолго… всему виной жена. Верней сказать… мне теща дорогу перешла. Под утро я вернулся, жена уже спала. Я в похоти- блаженства, две рюмки накатил. И сладостно, как в детстве , хрен редькой закусил. Чихнул два раза к ряду, на коечке прилег... судьбою удивленный...сон потащил в чертог. Меня мат сивой тещи не к месту разбудил. Мне бы поспать не лишне. « Черт» сон мой перебил. Лежу ,глаза закрыты… и более того, в петлях веревок руки.. и он,- мне каково? Лежу не понимая. К чему такой раскол, вот то что я имею… яички и задор. А теща ...ядь всеобщая… мат в шерсти языка. Чуть с хрипотцою молвила.
-«Нюр,-поди сюда! Буди своё сокровище,- смотри... воощип кур, петух наш разукрашенный в засосах сельских дур. Здесь явная измена. Ложь с правдою срослось. Отсюда непременно … как издревле велось. Пытать его я буду, и более того… отрежу хрен Иуде… пусть пляшет без него. Мамон открыл глазенки. Весь удивленный- весь. Скривил лицо в улыбке: «Приветствую Вас здесь.» А Нюра нож мой точит. Красящая в слезах. А теща все торопит… «Как змий противен зять.» А Нюра маму просит: пред тем как резать хрен, не лишне мне чуть выпить. Глаз выедает хрен. Они в застолье сели, три рюмки принесли. Налили с тещей выпили… и снова… «Где был ты?» А теща ножом остреньким колбаску режет вдоль. Я чувствую, сам чувствую … какая моя роль. По рюмочке , по рюмочке… их семь наверняка. Я столько сам не выпил бы...свалился уж тогда. А бабам страшно весело. Лишь только мне невесело и хрену моему. Хрен свойственный и двойственный по части рода родственный... на терке бабы трут. И как по части водиться, чихают и поют. Как вижу хрена досыта нанюхались бабцы. Подбадривая охают… идут, - конец свой зри. А теща с дочкой «мудрою»… – « Готов ли я в скопцы?»
- Поцеловали в лоб меня,- скрестив свои персты. Заглядывая в святцы. Читали что-то вслух. А я, как Степка Разин преддверии оглох. И стали неразумные хрен хреном натирать… закончив, полупьяные... простите, окаянные трусы с хреновой кашицей на морду надевать. Я плакал слезы льются… и по причине той… пришлось вновь окунутся в сон извращенный свой. Дышать мне было нечем. «Признаюсь- все скажу!» Ослепли мои очи, и горечь -слизь во рту. Покаялся, тем более… и больше не гугу. А теща рану вскрыла… добавила всего. Что жена- «Морячка», покинула его… и мужа своего.
- А «Дон Кихот»? - во здравии, в противной стороне. «Матроскин» нынче в плаванье, наперекор судьбе. А бабы «целомудренны», все думают о нем. Для них он солнце красное...
И хрен с ним. Он при нем.
Свидетельство о публикации №226091600182