Разговор с музой

- Так ты никогда не станешь известной писательницей! Ты пишешь не о том! Люди хотят читать про любовь, про страсть, измены! И где эротические сцены?

- Ну какие могут быть эротические сцены в избушке Бабы-Яги? Что ты предлагаешь, ей Камасутру изучать? И как, по-твоему, называлась бы та Камасутра? Сказ о любомудрии да ладном сплетении? И что бы там изучала Яга? Позу «Русалка на резвом скакуне?». Срамота! Вот так бы Яга и сказала.

- А кто тебе сказал, что нужно писать о Яге? Это архаичный персонаж, банальный. Напиши про любовь между обычными мужчиной и женщиной. Зачем изобретать велосипед?

- Мне не интересно писать о любви, это как раз банально. Мне хочется написать о смешном. Например, как Яга обыграла Хоттабыча в онлайн шахматы и наставила ему щелбанов. Или как Яга решила выдать замуж подружку Кикимору за домового, который у Ивана фуфолога в квартире обитает.

- Опять Яга! Да что ты к ней прицепилась-то?

- Не знаю, я чувствую с Ягой родство душ. Наверное, она моя пра-прародительница. Не даром я на школьном утреннике на Новый год Бабу-Ягу играла. Зов предков, не иначе.

- А я тебе говорю, напиши историю о любви в реальном мире! Чтобы она вся такая притягательная, томно-манкая. А он такой весь брутальный и мужественный. Чтобы между ними вспыхнул костер безумной страсти! И эта страсть была такой ослепительной, что в космосе от зависти взорвалась сверхновая звезда!

- Я так не умею, про сверхновую. Вот о том, как ночью взорвалась трехлитровая банка огурцов, вот это можно. А писать инструкцию о том, что куда вошло и вышло, и какие слова при этом произносились – это вон к китайцам. Они так на русский язык инструкции переводят, Камасутра отдыхает. Сплошное рукоблудство.
 
- Ну ты хотя бы попробуй! Ну хоть одну маленькую эротическую сцену! Ну вот представь. Он обнимает её и прижимает к своей мужественной груди. А её грудь в этот момент вздымается от томительной неги, которая разливается по её телу. И вот его губы тянутся к ней, она тянется к нему своими губами и…

- Примерзает к его губам. Потому что у Яги губы теплые, а у Мороза Иваныча холодные. Прилипнут, как пить дать! И придется Бабайке самовар ставить, чтобы кипяточком их разлить. А тут некстати волшебный тырнет сам собой включился, Хоттабыч Ягу кличет. И увидев прямую трансляцию крио лобзания, джинн пустил слюни: «О, рахат-лукум моей души! Какая страсть, какой пожар в чертогах вечной мерзлоты!».
 
- Всё, хватит!!! Я разрываю наш контракт! - и муза улетела в распахнутое окно.