Глава 13

ГЛАВА 13. Угроза эффекта злосчастной бабочки. Любимцы инопланетной мадам Фортуны
    
Пока Трис варился в средневековых проблемах, в космических далях тоже начались политические подвижки и бурление страстей. Эпицентром их зарождения послужил никто иной как Ладмон-род-Северная Вода.
Деятельной натуре сиртианца было не свойственно откладывать дело в долгий ящик, и он отправился на Кателию, центральную планету змейсов, поскольку там же находился административный центр Совета Содружества одиннадцатого континуума. Следуя народной мудрости, он полагал, что рыбка гниёт с головы, и рассчитывал выудить там кончик ниточки, которая приведёт его к тем, кто уничтожил его родную планету и, как следствие, самую высокоразвитую цивилизацию в их континууме.
Тайра настояла на том, чтобы Ладмон взял её с собой, хотя он был против. Не зная, кто именно их враг, он опасался, что не сможет обеспечить её безопасность. Чтобы подстраховаться, он связался с Романовым, и тот согласился доставить их к Кателии на своём ковчеге. Вдобавок землянин пообещал помочь ему в переговорах с администрацией Совета Содружества и его неуловимым главой, который всячески уклонялся от переговоров и не выходил на связь.
Перед тем как покинуть Трис, Ладмон и Тайра навестили молодожёнов.
Солнце недавно показалось из-за горизонта, но хозяева поместья были уже на ногах — Клермон вершил княжеский суд в зале заседаний, Татьяна тренировалась на Скалистом утёсе.
Несмотря на косые взгляды окружающих и ворчание старой княгини, девушка не бросала занятий с мечом и часто медитировала, стремясь постичь гармонию Вселенной. Как утверждалось в заметках Даджи, одобренных Катом Вороном, эти занятия должны были позволить ей выйти на энергетический уровень. Впрочем, насколько велик прогресс в достижении поставленной цели и есть ли он вообще, она не знала. Тем не менее свежий воздух и морской простор дарили ей радость и спокойствие, что было немаловажно в той беспокойной жизни, которую она обрела, благодаря замужеству.   
При виде гостей Татьяна расплылась в улыбке.
— Привет, привет, потеряшки! Что сподвигло вас на вылазку в наши края?
Тайра обняла девушку.
— Здравствуй, Тесса, — она слегка отстранилась, разглядывая своего бывшего симбионта. — Прекрасно выглядишь. Посвежела и похорошела.
— Так, да? — ухмыльнулась Татьяна. — Хочешь сказать, что раньше я выглядела как лежалый овощ?
Тайра вежливо улыбнулась.
— Напрашиваешься на комплименты? Не дождёшься. Ты и так чуть было не увела у меня мужа. Видишь, как он сияет, глядя на тебя? Так и хочется дать ему подзатыльник, но я воздержусь, чтобы не позорить маму, бабушку и прабабушку. Они у меня были помешаны на приличиях. — Она надменно выпрямилась и состроила постную мину, видимо, представляя кого-то из названных родственниц: — «Тайра-род-Высокая Волна, ты аристократка, чьи благородные предки сидели за одним столом с тем, кто создал империю, которая вывела нашу цивилизацию на ведущие позиции в межгалактическом содружестве…»
Улыбка на лице Ладмона приобрела оттенок лёгкой напряжённости.
«Дорогая! — мысленно воскликнул он. — Не забывай о зерне крейбы!»
«Нечего повышать на меня голос! — отозвалась Тайра. — Я не сказала ничего такого, что может повлиять на ход истории».
Татьяна с любопытством посмотрела на них. После посещения палаццо Ладмона в припортовом городе Мессалине, она безошибочно определяла, ведут ли окружающие скрытые мысленные разговоры, поскольку с той поры они вызывали у неё нечто вроде лёгкого холодка за ушами.
— Да ладно вам! Козе ясно, о ком идёт речь, — заявила она и с невинным видом хлопнула глазами, когда гости уставились на неё.
— А ты понимаешь, насколько это важно? — спросил посуровевший Ладмон.
Жёсткое выражение на его лице наконец показало его истинную натуру. За маской насмешливой беззаботности скрывался властный и беспощадный человек, и это открытие заставило её внутренне поёжиться.
— Конечно, понимаю. Я же не дура. Не переживайте, я ничего не скажу Клермону. Да и зачем огорошивать беднягу? Пока у него с княжеством дел по горло.
Татьяна смерила сиртианца изучающим взглядом. «Да, братец Ричард, недооценила я тебя. Ты как наша русская матрёшка. Сначала безобразный тупой карлик, затем гений с внешностью киношного красавца, теперь потомок императорской семьи, которому палец в рот не клади — откусит вместе с рукой. Что дальше?» — мысленно спросила она.
«Молодец, — похвалил её Ладмон. — У тебя чёткая мысленная речь, что новичкам даётся далеко не сразу. Видимо, сказываются тренировки у Су Даджи. Да, сколько кукол в этой вашей матрёшке?» — весело прищурился он, чем сразу же растопил лёд, возникший между ними.
«Семь, насколько я припоминаю, но ты же у нас необычная матрёшка. Я не удивлюсь, если у тебя бесконечное множество обличий. Может, ты такой же как Кат Ворон?» — на лице Татьяны промелькнуло удивление. — Чёрт! Да вы же с ним два сапога пара! Зуб даю, что он тот сумасшедший землянин, который выжил в смертельной области космоса», — сообразила она.
«Умница. И всё же держи свои догадки при себе, хорошо? Иначе это может выйти боком не только тебе, — предупредил Ладмон и перевёл взгляд на жену. — Дорогая, ты слишком много ей рассказала…»
— Выйдет боком? Это угроза? — спросила Татьяна вслух.
Ладмон покачал головой. 
— Не говори ерунды. Речь идёт не столько о вашей с Клермоном безопасности, сколько о ходе истории в целом. Сама понимаешь, если она свернёт с однажды пройденного пути, последствия непредсказуемы. Дело в том, что мы с Тайрой отправляемся к змейсам. Конечно, в наше отсутствие «Звёздный мост» присмотрит за вами, но он не всесилен, имей это в виду.
— Я вполне способна позаботиться о себе, да и Клермон уже большой мальчик. Ваша драгоценная история тоже никуда не денется. В конце концов, с нами или нет, но империи возникнут всё равно. Это же естественный ход событий. Насколько я знаю, раздробленность на мелкие княжества поддерживалась на Трисе искусственно, теперь, когда инопланетяне ушли, начнётся их укрупнение, что приведёт к образованию государств.   
Не соглашаясь, Тайра покачала головой.
— Тесса, не горячись. На Сирте, в отличие от твоей планеты, не было таких пагубных войн, эпидемий и религиозных учений, которые, по твоим словам, унесли миллиарды жизней.
— Ну и что? Люди смертны, рано или поздно все умирают, — Татьяна сделала выпад мечом и гнусаво пропела: — Пиф-паф! Ой-ой-ой! Умирает зайчик мой. Принесут его домой, оказался он живой… — она вздохнула. — Извини! Это я нервничаю. Так что ты хотела сказать?
— Давай я расскажу, — вмешался заскучавший Ладмон.
— Ни за что! — категорично заявила Тайра. — От твоих так называемых научно-популярных лекций пухнет голова даже у выдающихся учёных. Что уж говорить о нас, простых женщинах, у которых в активе только базовое образование, да и то не у всех.
— Не такая я и тёмная, — обиделась Татьяна. — Если хочешь, можешь проэкзаменовать меня по теории вероятностного распределения пси-полей в первичном хаосе Вселенной.
Ладмон закатил глаза.
— О боги! Зачем изучать заведомую чушь? Только напрасно тратишь время, — сказал он и пустился в пространные объяснения, почему это чушь и почему не надо тратить на неё время.
Когда он умолк, Тайра насмешливо посмотрела на озадаченную девушку.
— Ну, что-нибудь поняла? А я тебя предупреждала. 
— Ладно, давай ты, — согласилась Татьяна. — Итак, что не так с земной цивилизацией?
— Беда в том, что из-за войн, эпидемий и гонений на людей с необычными способностями ваша популяция потеряла тех, в ком был заложен потенциал к развитию энергетической формы. Поэтому вы, земляне, не получили той свободы передвижения по Вселенной, что есть у нас, сиртианцев.
Столь важным преимуществом мы обязаны мощнейшей империи, возникшей ещё при феодальном строе. В отличие от других государств, она не распалась и благополучно пережила все катаклизмы, предшествовавшие вступлению в индустриальную эпоху.
С развитием промышленности и научных достижений, которые другим странам и не снились, богатейшая империя превратилась в супердержаву, которой уже никто не мог противостоять.
В общем, единое политическое и экономическое пространство на Сирте возникло гораздо раньше, чем это происходило на других планетах, и наша цивилизация рванулась вперёд с такой скоростью, что вскоре мы освоили не только свою солнечную систему, но и вышли в дальний космос.
Вот только любой двигатель, как ни старайся, ограничен скоростью света. Да и человек в первичной форме не приспособлен к путешествиям в космосе.
Тогда учёные начали искать иной путь, и они его нашли — в самом человеке.
На необычные способности отдельных людей уже давно обратили внимание. Биологи много лет копались в устройстве их организмов, особенно тех, кто умел мгновенно перемещаться на сотни и даже тысячи километров, но безрезультатно. Удивительные способности были, причём во всё увеличивающемся количестве, а внятных объяснений этому феномену не было.
Так было, пока группа учёных во время очередного эксперимента не зафиксировала неизвестное излучение, испускаемое группой клеток в мозге одного из подопытных. Излучение, впоследствии названное пси-фоном, было столь слабым и неустойчивым, что его удалось отловить лишь с помощью новой измерительной аппаратуры, которая сама относилась к разряду экспериментальных. По утверждению её изобретателя, именно эта группа клеток отвечала за паранормальные способности человека, мол, чем насыщенней пси-фон, тем сильней они проявляются. Он оказался прав. Дальнейшие эксперименты это подтвердили.
Поскольку учёный был молод и никому не известен, то коллеги восприняли его открытие с большим скепсисом. Одно время его даже считали мошенником, а его измерения — обманом. Изобретённая им аппаратура состояла из считывающего обруча, который надевался на голову испытуемому, и прибора-самописца, причём оба устройства собирались как в древности, то есть из отдельных элементов, а не методом целикового выращивания по заданной схеме. Когда их попытались повторить, вырастив современным способом, то они ничего не показали. В учёных кругах разразился скандал, но учёный твёрдо стоял на своём, мол, собирать оба устройства нужно из отдельных деталей, а изготавливать их обязательно из тех материалов, которые он указал. Собрали, как было указано, и снова ничего не получилось. Впоследствии выяснилось, что повинны в этом были нарушения в технологическом процессе, возможно, допущенные специально, но тогда разбираться не стали. Ну и поскольку никому не нужен прибор, который может собрать только сам изобретатель, то от молодого учёного отвернулись даже те, кто верил ему до последнего.
К счастью, время всё расставило по своим местам, и тот, кого считали шарлатаном, и чьё имя служило поводом для смеха, не забыт даже сейчас, когда забыт сам Сирт. Возможно, ты тоже слышала его имя. Это Аден Роу. Он прославился не только как гениальный учёный. По словам очевидцев, он был необычайно противоречивой и странной личностью. Даже учёным утверждения Адена Роу казались абсурдными, изобретения — нелепыми, а поступки лишёнными здравого смысла. Он мог весь день прыгать на одной ноге или неделями ходить на руках. Однажды его нашли в жерле действующего вулкана, висящим на верёвке, к тому же вниз головой. Поскольку тогда он ещё не достиг энергетической формы, то его еле откачали. Неудивительно, что многие считали его сумасшедшим, а его высказывания — бредом. Вот только он всегда оказывался прав, если находилось подтверждение его удивительным гипотезам. Да, забыла сказать! Это он разработал ступенчатую систему тренировок для быстрейшего достижения энергетической формы. Из его записей следует, что здесь очень многое зависит от природных данных самого человека. Кто-то может приобрести энергетическую форму за считанные годы, а кто-то потратит на это целую жизнь и останется ни с чем.
— Бессмертие слишком уж привлекательная ставка, даже если она будет стоить жизни, потраченной впустую. Странный тип этот ваш Аден Роу. Я так понимаю, его чудачества привели к тому, что он либо растворился в неизвестности, либо умер таинственной смертью, — заметила Татьяна.
Тайра кивнула, соглашаясь с ней.
— Ты права. Однажды Аден Роу исчез, и больше никто его не видел: ни живым, ни мёртвым.
— Что в стиле этого эпатажного типа, — Татьяна остро глянула на гостей. — Слушайте, а вам не кажется, что вы живёте вчерашним днём? Несмотря на ваш вдохновенный панегирик, я всё равно не понимаю, почему Трис должен повторять судьбу Сирта. И ещё одна закавыка. Думаете, что змейсы позволят нам идти по пути быстрейшего обретения высот цивилизации, да ещё с обретением энергетической формы?
— Вот это уже сложно для меня, лучше спросить Ладмона.
Тайра нашла взглядом мужа. Прислонившись спиной к морщинистому стволу древней сосны, тот смотрел на море, и она подумала, что по его расслабленной позе чувствуется, что эти места родные для него. «Ладмон!» — мысленно позвала она, и он, повернув голову, слегка кивнул.
— Верно, змейсы — та ещё заноза в заднице, — Ладмон ковырнул носком туфли скудный травяной покров у корней сосны. — Гляди-ка, песчанники  появились, — заметил он вне связи с обсуждаемой темой.
Действительно, под пожухлой травой прятались низкорослые желтовато-коричневые грибы со склизкими шляпками. Он снова прикрыл их сорванным дёрном и направился к краю Скалистого утёса — туда, где мерно плескалось море. Подойдя к парапету, он уселся на него в позе врубелевского демона и, когда женщины подошли к нему, как ни в чём не бывало продолжил начатый разговор.
— В прошлом цивилизация змейсов была такова, что если бы они не припозднились с развитием, то не было бы никакого Содружества одиннадцатого континуума, — сказал он, глядя на море, спокойно плещущееся внизу. — Ты же видела обращение змейсов с людьми у Священной реки. Правда, нужно отдать им должное, они изменились в лучшую сторону. Выбраковка нездоровых особей при сохранении популяции трисцев в целом — это уже очень гуманно с их стороны. В прежние времена после высадки змейсов на иные планеты разумная жизнь там исчезала почти полностью. Как думаешь, такая агрессивная цивилизация стала бы заморачиваться каким-то содружеством?    
На лице Татьяны появилось обескураженное выражение.
— Чёрт! Я не знала, что змейсы такие засранцы.
— К сожалению, ксенофобия заложена в них природой. На Змейсе, их планете-прародительнице, была чрезвычайно агрессивная биосфера, поэтому возникшая там разумная жизнь привела к созданию столь же беспощадной цивилизации.
Дело кончилось тем, что в ходе бесконечных междуусобных войн змейсы настолько испоганили родную планету, что на ней стало невозможно жить, но им очень повезло. У ближайшей звезды они обнаружили планету, пригодную для жизни.
С той поры змейсы образумились и старались жить более или менее мирно — хотя бы со своими сородичами. Вот только старые привычки изжить нелегко, поэтому свою агрессию они перенесли на инопланетян. Так было, пока им не настучали по рогам. Оказавшись под жёстким давлением объединённого флота Содружества, да ещё запертыми на Кателии, змейсы смирили гордость и запросили мира.
Обсуждение Совета Содружества на тему, что с ними делать, было очень бурным. Шум стоял неимоверный. Змейсы настолько всех достали грабежами и массовыми убийствами, что большинство склонялось к тому, чтобы полностью их уничтожить, но наши сиртианские обществоведы, вкупе с биологами, выступили в их защиту. Они подметили, что при всей своей агрессии змейсы, в общем-то, справедливы и честны. По своему поведению они похожи на детей — любознательных и простодушных, но не отдающих себе отчёт о последствиях своих поступков и потому жестоких, как было сказано учёными.
Собрание ещё пошумело, но всё же постановило, что змейсам нужно дать время на взросление. Если этого не произойдёт, и они не исправятся, тогда уничтожить их безо всякой жалости.
Вот так обстояли дела на тот момент времени. После мне было не до змейсов и их извивов психики. Я с головой ушёл в подготовку экспедиции в намеченную область космоса, где неизвестная сила довольно быстро расширяла свои границы, делая недоступным уже исследованное нами пространство.
Ладмон заметно помрачнел.
— К сожалению, продвижение неизвестного врага продолжается, кем бы или чем бы это ни было: разумной силой или неизвестным явлением Вселенной. В настоящее время тёмные области уже подбираются к обитаемым планетам. Кателия первая на очереди, так что я не осуждаю Кар-до-Риса за проект с землянами. Вряд ли из его затеи выйдет что-нибудь путное. Думаю, он сам это понимает, но лучше хоть что-то делать, чем безрезультатно просиживать штаны на собраниях, где народ бьётся в истерике и кричит, что нам всем конец. Впрочем, здесь они не ошибаются, поскольку перепробованы все мыслимые и немыслимые способы, но ничто не принесло желаемого результата, — добавил он с досадой.
— Выходит, если бы не вы, сиртианцы, то змейсы приказали бы долго жить, — заметила Татьяна. — Что ж, ещё раз убеждаюсь в верности нашей земной поговорки, что не делай добра, тогда не получишь зла. Да, а почему они столь трепетно относятся к здоровью?
— Змейсы не только погубили свою планету, они основательно повредили собственный геном.
— Ясно. Радиация и прочие прелести оружия массового поражения. Но вроде бы энергетическая форма должна была привести их к норме.
— Размножение идёт через первичную форму, а она даже при достижении энергетической формы сохраняет в своём геноме все недостатки и достоинства, подаренные предками. Чтобы избавиться от наследственных болезней, коррекция проводится на стадии плода. Геном остаётся в неприкосновенности, иначе можно потерять способность к энергетической форме. Опять же, к счастью для змейсов, у них ещё в первичной форме была очень высокая рождаемость. От природы они так устроены, что тройни для них обычное дело, поэтому тридцать детей в семье — это минимум.
— Охренеть! — прокомментировала Татьяна и привычно добавила: — Извини! Нечаянно вырвалось.
Она нахмурилась.
— Итак, трисцы, то есть мы, уступаем змейсам по размерам популяции и вдобавок не нам тягаться с ними в убийствах и грабежах, даже если мы достигнем их уровня. Так что вы правы, трисцы не могут позволить себе идти по пути землян. Потеря времени чревата осложнениями для их, пардон, нашей будущей цивилизации. Чёрт! Всё никак не могу привыкнуть к мысли, что я теперь постная рыба , а не земляная изба.
Ладмон одобрительно посмотрел на девушку.
— Верно мыслишь, рыбка. Само собой, я не дам вас в обиду. Но и вы с Клермоном меня не подведите. Если вы погибнете, этим вы сильно осложните мне задачу по сохранению Триса.
— Не подведём. Вот только нам здесь абсолютно ни к чему господин Ло Вень и ему подобные. Пока ни я, ни Клермон не достигли энергетической формы, нам нечего им противопоставить.
— Да, в этом есть определённая опасность.
— Ну так, вышвырни их отсюда! — Татьяна сделала выпад мечом. Ладмон исчез, чтобы не попасть под удар клинка, и тут же появился снова.
— Не могу, — произнёс он как ни в чём не бывало. — Бэрам и владеющим энергетической формой невозможно полностью перекрыть доступ. Нет, способы есть, но технологии не стоят на месте. Рано или поздно они отыщут лазейку.
Татьяна убрала меч в ножны.
— Они будут лезть из-за «Звёздного моста»? Не отвечай, это риторический вопрос. Сама знаю, что из-за него, чёртов ты гений. Итак, ты оставил Даджи в роли Сына Неба из-за шпионов или для присмотра за нами? Если за нами, то не надо, моя печень мне ещё дорога; и Клермона тоже.
— Не беспокойся, за лисом присмотрит Кат Ворон. Я с ним договорился.
— Тогда нормально, — перестав хмуриться, девушка подхватила гостей под руки. — Как вы смотрите на то, чтобы зайти за Клермоном, а затем вчетвером закатиться в какое-нибудь увеселительное заведение? Кто знает, как надолго вы слиняете. Вдруг я к тому времени уже сыграю в ящик, а так будет хоть что вспомнить. Впрочем, вашу парочку фиг забудешь. Поставили с ног на уши мою жизнь после смерти. Ну какая из меня княгиня или того хлеще… Клермон! Что-то ты сегодня быстро управился с делами.
— Просителей было меньше обычного, — Клермон слегка поклонился гостям. — Ладмон! Тайра! Рад вас видеть. Тайра, ты прекрасна как богиня, спустившаяся с Небес.
Татьяна неслышно фыркнула. «Ну, конечно! Чужое всегда желанней, чем своё», — сердито подумала она.
Почувствовав её настроение, Клермон посмотрел на жену и постарался не выдать своего огорчения. На фоне элегантной гостьи она выглядела крайне непрезентабельно. Намокшие от пота растрёпанные волосы, кое-как собранные в хвост, и мешковатый коричневый костюм, испещрённый подозрительными пятнами, рисовали образ кухонной девки, занятой на грязных работах, но никак не благородной аристократки.
«Жуть! Княгиня и в таком виде, да меня люди засмеют, если увидят», — раздражённо подумал он.
«Так тебе и надо! Нефиг заглядываться на чужих жён», — позлорадствовала Татьяна. Тем не менее ей было неприятно, что её застали врасплох, и она предстала перед гостями и мужем в неприглядном виде. «Чёрт побери, Клермон! Я же не знала, что они заявятся без приглашения, а ты освободишься раньше времени», — внутренне негодовала она.
Слыша мысли девушки, Тайра хотела помочь ей с внешним видом, но Ладмон её остановил. «Не спеши, дорогая! Она должна сама понять, что ей дозволено, а что нет. Иначе она так и будет себя вести, не считаясь с тем, где находится. Это ей не времена промышленного капитализма. При феодальном строе чрезмерная свобода в поведении женщины может аукнуться ей крупными неприятностями, даже невзирая на её высокое социальное положение», — мысленно проговорил он.
— Привет честной компании! — поприветствовал их возникший Кат Ворон. — Ничего, что я без приглашения?
— Это ничего, — отозвалась Татьяна, не сразу отведя взгляд от мужа, и добавила: — Плохо другое, что ты один, без Чары, а ведь обещал привести её к нам в гости.
— Увы! — Кат развёл руками. — Она очень хочет тебя увидеть, но не может оставить малыша без присмотра. Знаю, что ты скажешь, но Чара наотрез отказалась от перемещения вместе с ребёнком; сказала, чтобы демонские штучки я оставил при себе и не смел применять их по отношению к Сашке. Вот такой у нас теперь матриархат, а ехать на лошадях слишком долго и опасно.
Татьяна кивнула.
— Что ж, я её понимаю. Давай попозже мы вас навестим, а сейчас хочешь вместе с нами прошвырнуться по Мессалине?
— Не откажусь.
— Вот и славно. Кстати, ты не мог бы поработать моей крёстной феей? А то мой принц, судя по его недовольной физиономии, того и гляди пошлёт меня куда подальше.
— Что ж ты раньше не сказала? — воскликнула смущённая Тайра. Признавая правоту Ладмона относительно поведения девушки, тем не менее она чувствовала себя предательницей. — Давай я создам подходящий наряд…
— Ну нет, вы упустили свой шанс поработать стилистом. Вуаля!
Кат Ворон демонстративно щёлкнул пальцами, и Татьяна обзавелась воздушным голубым платьем, вместе с соответствующей причёской.
— Эй! Да, ты напялил на меня платье из диснеевского фильма о Золушке, — она ощупала голову. — Точно! И причёска такая же, как у актрисы. Спасибо хоть туфли не хрустальные.
— Хочешь хрустальные? Пожалуйста!
— С ума сошёл? Эти стекляшки исключительно для замарашек, а я, как порядочная средневековая княгиня, хочу нормальные туфельки, тем не менее драгоценные камешки и шитьё золотом приветствуются.
Кат Ворон возвёл очи горе.
— Ладно, держи свои золотые черевички. Надеюсь, такое количество брюликов тебя устроит?
— Сойдёт, для сельской местности, — подбоченившись, Татьяна вздёрнула подбородок. — Ну, как я вам?
— Извини, но это ужас ужасный, — сказала Тайра после славословий мужчин. — Не возражаешь, если я поработаю над твоим нарядом?
— А в чём дело?
— В данном историческом периоде такое большое декольте в приличном обществе не носили, это отличительная черта платьев гулящих женщин. Юбка тоже не соответствует твоему положению, она должна быть менее пышной и никаких блёсток, это дурной тон.
Татьяна с сожалением посмотрела на многослойную пышную юбку платья, украшенную блёстками. Судя по виду, это была обыкновенная новогодняя мишура, но ей всё нравилось.
— Валяй, — со вздохом согласилась она. — Кстати, тыкву подгоните? Тут же недалеко. Или у нас будет экспресс-доставка, то бишь нуль-транспортировка к месту увеселения?
— Можем телепортироваться в наш дом в Мессалине, чтобы не трястись по горной дороге, а оттуда уже поедем верхом на лошадях. Ну или возьмём карету, если дамы пожелают, — предложил Ладмон.
— Нормально, — согласилась Татьяна и Тайра, готовясь к переносу, на всякий случай взяла её за руку. Вне ИЭФ она чувствовала себя ещё не совсем уверенно, а прямой контакт служил гарантией, что она не потеряет попутчицу где-нибудь по дороге.