Лопух

По старинке, словно пером по бумаге вывожу эти строки и хотя пальцы касаются только экрана телефона, все равно умудрился измазаться чернилами.
Уставший, лег было, но сон вытеснили мысли, за ними другие, а за ними, ты.
Я давно уже не думаю о тебе, а если случается вспомнить, то заваливаю разным хламом, пока не скроешься из виду.
Это несложно, когда тебе за полтинник - сказывается опыт.
Как сказал твой гений - " и опыт-сын ошибок трудных".
Не знаю как это назвать, когда сказать нечего, когда словами не передать,
 когда пустота , словно безвоздушное пространство наполняет твой мир и ты понимаешь, что без любви, как без воздуха - ты обречен.

 Кто ты?

 Да,ты.

 Ты идешь
  бежишь,летишь
  падаешь или ползёшь
  равно все - ты идёшь вперёд

  Жизнь - это движение.

Ну а если ты лежишь,
позволь ненадолго прилечь рядом,
полежать, помолчать созерцая звезды.

Падать или вставать
Плыть или всплыть
Метафора или метаморфоза -

- РЕШЕНИЕ - это всегда ВЫБОР и не только "ЗА"  НО и "ПРОТИВ"


Много лет назад, часто мы встречались с ребятами у перекрестка.
Прямо на углу, за забором рос урюк. Днем в его тени, мы стояли лузгая семечки, ели УРЮК ,когда был сезон, а ночью, просто "охраняли" перекресток,травили анекдоты.

В 92 или 93 это было. Я приехал домой после очередной сессии из Новосибирска и в первый же вечер попал в потасовку, когда один из подростков достав "лимонку," схватился за кольцо. Это было на другом берегу Грозненского водохранилища, со стороны Черноречья возле дамбы. Остановка "дамба пляж", так в советское время называлось это место. Не особо меня "лимонка" впечатлила, так как  я уже был свидетелем таких действий со стороны одного ОМОНовца,мы были в закрытом помещении,  ужас охватил меня,когда он выдернул чеку, но кроме меня, казалось, никто не обратил на это внимание.Это уже другая история и оставлю ее на потом.

_ Я скажу твоему старшему брату, он тебе уши оторвет
   узнал я этого парня и мои слова быстро охладили его  пыл .

- "Ваши" не будешь же ты рассказывать брату взмолился он, спустя некоторое время.

-Не буду- ответил я, если обещаешь, что не будешь таскать с собой гранату.

Полгода-год назад разграбили воинские части и "лимонки" как семечки таскали в кармане все, кому не лень.

На следующий день потусовавшись у перекрестка, пошли купаться с друзьями на "Грозненское море", раньше дорога эта занимала не более 5-10 минут.
Был ясный солнечный день, мы купались. загорали и в целом весело проводили время.
Я лежал под обжигающими лучами солнца, которое, казалось утонуло в воде, хотя все еще находилось в зените. Большое,белое, ослепительно яркое, продолговатое пятно растеклось по водной поверхности и покачивалось по мелким волнам и когда я смотрел на него, создавалось впечатление, что оно бежит навстречу мне, останавливаясь в метрах пятидесяти, а потом убегает обратно.Я любовался природой, сравнивая ее с природой Сибири.Мне очень понравилась там зима, хотя  бывали и сильные морозы, еще больше осень - красота неописуемая. Ну а лето - его портили комары - огромные, назойливые, от них не было спасения.
Подошли еще ребята кто с гитарой. кто с провизией и постепенно наш отдых превратился в пикник.
Кто-то начал огонь разводить, я пошел ветки собирать, совсем рядом, в нескольких десятках метров рос кустарник, несколько тополей охраняли территорию деревьев, где сухих веток можно было набрать вдоволь.
Я уже собрал целую охапку веток, когда ко мне подошел кто-то помочь.
Попросив его собрать ветки на двоих я отнес свои к костру.

- Истомил мою душу
  Бесконечный обман
  Плот забросив на сушу
  Отступил океан.

  Пре-е-лести мира,
  Мертвый мрамор кумира
  Пальцы грешного мира
  Запятнали Коран.

  Облака на вершине,
  Вольный ветер в долине...

Рамзан хорошо играл на гитаре, особенно трогательно он исполнял песни, после нескольких тостов и судя по  его голосу, напитки нам принесли не только прохладительные. Он был на год  старше меня, и все же в 10-11 классе мы учились вместе, так как его оставили на второй год и закончили  39 школу в 91 году.
Подкинув в костер достаточно веток и поддержав очередной тост я пошел было забирать оставшиеся ветки, но подошедший позже всех Иман меня опередил
- Я принесу, посиди с ребятами.
 Костер разгорелся и пламя показывало языки то в одну , то в другую сторону и сидеть рядом у костра мне не особо хотелось и без него было жарко, я подошел к двоим, которые занимались шашлыками. Они уже разрезали мясо баранины на кусочки и  готовили маринад, помогать им особо было нечем, так как мясо должно было  замариноваться и вернулся я к ребятам.
Рамзан уступил гитару Руслану, он тоже играл хорошо на ней и у него был свой репертуар, когда я подходил к ним он уже заканчивал песню "Крепость Ведено".

- Но тут он молвил смерть презрев,
  Ты храбро дрался русский лев,
  И вот тому свидетель бог,
  Дарю свободу и клинок.

 - В злате - серебре кинжал,
   Отдал он,что в руках держал,
   Он им у пленника был взят,
   ему же и дарил опять
 
  - Тут надпись я на нем нашел
    И имя чье-то там прочел,
    О, вспомнил я, замкнулся круг,
    То было ваше имя друг.

 - Хватить засиживаться пошли купаться - обратился я к Рамзану.

Мы сидели в нескольких метрах от костра и пламя уже ослабело и только дым иногда доходил до нас. Чуть дальше, вдоль перега был пантон, две трубы диаметром полметра и длиной 6-8 метров. заваренных по краям и соединенных металлическими балками и покрытых деревянным настилом  по середине, с него удобно было нырять.
- Щас еще одна песня и я иду сказал Рамзан взял гитару в свои руки.
Мы с Иманом пошли нырять, еще пару человек потянулись за нами.

- Догорает костер на поляне
- Едкий дым обжигает глаза-
- сзади догнали нас  слова Рамзана, звуки гитары разносились по водной глади, слегка камыш подпевал им, покачиваясь в такт.
Мы с Иманом  переглянувшись рассмеялись, мы оба знали, что если в ход пошли лирические песни, Рамзану больше не наливать.
Мы начали нырять в воду, кто как умел.  Постепенно мы начали соревноваться кто лучше прыгнет. Я легко делал сальто вперед, назад и решил прыгнуть таким образом в воду. Разбежался - рандат, фляг и на заднее сальто ушел вводу.
Я не рассчитал расстояние и нырнул ударившись головой об железный выступ платформы. Меня оглушило, но не потерял я сознание. просто не знал где верх, где низ. хотя и понимал, наверное, что нахожусь в воде. Я за что-то ухватился и на некоторое время застыл. Немного придя в себя всплыл и никого не увидел, ни в воде , не на берегу.
 Уже спустя некоторое время начали выныривать спасатели.
Пока оглушенный , я находился под водой, все как один кинулись в воду меня спасать.
- Мы думали ты умер ,раскроив себе череп, ты бы  видел сколько крови было в месте где ты нырнул, безмозглая ты башка.

 Красные,большие и маленькие, бурлящие и поднимающиеся из глубины пузырьки воздуха и глухое эхо удара раструбили им , что мне капут и все бросились меня искать и доставать из под воды. Место где мы ныряли было глубже из известных нам  и дно, резко обрывалось там через несколько метров и превращалось в Марианскую впадину местного разлива.
Прямо на макушке у меня была  здоровенная шишка, разделенная прямо пополам рассечением.Из раны хлестала кровь и немного придя в себя, подождав когда она остановилась, я пошел домой в сопровождении Имана и Рамзана.
Иман жил ближе всех к пруду на улице Цимлянской. Это была последняя улица, после которой открывалась тропинка к " Грозненскому морю" и на пересечении Кубанской и Цимлянской мы расстались с Иманом - он долго противился, но Рамзан со словами:

- "Со х1ара ц1акхаччалц д1акхето къонах ца хета хьуна" 

- (думаешь я не в состоянии его довести дома)
проводил меня домой.
  Дома под навесом Старшая сестра налила нам чай и усевшись за столом мы  пили его заедая Сливовым, Вишневым, Ореховым вареньем - этот стратегический запас ожидал моего приезда и вспоминая события минувшего дня и  потери,понесенные нами в виде недоеденного шашлыка, Люда заметила мое рассечение по сочившейся из раны крови. Она подняла большую панику и чтобы  ее успокоить мы завершив чаепитие пошли в ближайшую "Железнодорожную" больницу, что на "Окружной", до нее было недалеко, минут двадцать ходьбы.
 В больнице хирург, осмотрев рану и сделав укол от столбняка сказал, что хорошо бы рану зашить или заскобить, но у него не нашлось скоб, а от того, чтобы рану зашить я отказался. Тогда он направил нас в "Девятую" больницу.
Мы последовали его совету - я знал свою сестру, она не успокоилась бы, пока с раной мы не сделали бы что-то ; оттуда  на общественном транспорте
поехали в "девятую" больницу через Автовокзал, пересев на "Семерку".
Выйдя на  "9-гор.больница" мы с Рамзаном прошлись пешком от остановки в сторону Приемного Отделения 9-ой Городской Больницы.