По ту сторону стекла

«...стена стала вдруг прозрачною, как кисейная. Девочка увидела всю комнату, накрытый белоснежною скатертью и уставленный дорогим фарфором стол, а на нем жареного гуся, начинённого черносливом и яблоками».

По мотивам Г. Х. Андерсена «Девочка со спичками»


Осенний заморозок лениво сковывал лужи, затягивал тонкой ледяной коркой придорожную грязь. Поздняя осень потихоньку уступала место зиме. Ожидание первого снега затягивалось. Казалось, город насквозь пропитался промозглой серостью.

Его била мелкая, непрекращающаяся дрожь. Налипшая на колтуны грязь замёрзла, превратившись в монолитный, тяжёлый панцирь. Угадать под ним изначальный цвет шерсти было невозможно — пёс полностью слился с серым ландшафтом обочины дороги. И только глаза-бусинки, полные тихой тоски, неотрывно смотрели на большую, ярко освещённую витрину мини-пекарни. Там, за чистым стеклом, лежали горы румяной, ароматной сдобы. Сквозь щели дверей шёл тонкий запах тепла и сытости. А в центре этого изобилия, как торжественный генерал, возвышался трёхъярусный торт. Глядя на него, пёс начинал тонко поскуливать, судорожно глотая слюну.

Ныло в боку. Вчерашний прохожий слишком сильно спешил. То ли пнул с досады, то ли просто споткнулся в темноте и обругал. Больно до сих пор.

Пёс помнил запах рук пожилой женщины, которая всегда угощала его горячей выпечкой. Очень добрая, но её не было уже второй день.

Ледяной ветер окончательно унёс удачу. Покупателям было не до собаки. Закутавшись в шарфы и капюшоны, они торопливо проносились мимо, пряча лица от ветра. Ещё один день, когда во рту не было ни крошки.

К вечеру пошёл снег. Не тот первый, пушистый, которому радуются, а мелкий, жёсткий, колючий. Ветер безжалостно швырял его крупицы в морду. Старый пёс перестал чувствовать лапы. Силы кончились, и он просто лёг, уткнув нос в обледенелый хвост.

Ранним утром сонный дворник наткнулся лопатой на что-то твёрдое возле обочины. Ветер смёл колючую крупу, обнажив застывшее тело, больше похожее на комок придорожной грязи. А за чистым стеклом витрины, куда всё так же упрямо смотрели потухшие глаза-бусинки, кондитер уже начал выкладывать первую утреннюю сдобу вокруг генерала-торта.