Кузя и алкаш с третьего этажа

Если пенсионерка со второго этажа была просто вредной, то алкаш с третьего этажа — дядя Толя — был настоящей головной болью всего двора.

Дядя Толя появлялся во дворе непредсказуемо. Иногда его не было неделями — говорили, уезжал к сестре в деревню. Но когда он возвращался... Ох, когда он возвращался!

Первым делом дядя Толя шёл в магазин и покупал бутылку водки. Потом садился на лавочку во дворе и начинал "культурно отдыхать". "Культурно" — это он так говорил. На самом деле это выглядело так: дядя Толя громко пел песни, которые знал плохо, ругался на весь двор и бросал пустые бутылки куда попало.

Кузя не любил дядю Толю. И не только потому, что тот был шумным и неприятным. Дело было в другом.

Каждое утро, когда Кузя отправлялся на обход своих владений — а он считал весь двор своей территорией, — он натыкался на следы "культурного отдыха" дяди Толи. Разбитые бутылки, окурки, какие-то грязные бумажки...

Но хуже всего было то, что дядя Толя не любил котов. И не просто не любил — он их ненавидел.

— Фу, — говорил он, когда видел Кузю. — Опять эта серая морда шастает. И чего вас, котов, развелось столько?

И потом он пытался пнуть Кузю. Правда, получалось это у него плохо — всё-таки координация после "культурного отдыха" была не та. Но попытки он не оставлял.

Кузя терпел. Терпел неделю, две, месяц. Но когда дядя Толя в очередной раз попытался его пнуть, да ещё и попал — правда, не по Кузе, а по своей же ноге, — терпение кончилось.

Нужно было что-то делать. Но что? Кузя не мог просто так взять и проучить дядю Толю. Нужен был план.

И Кузя его придумал.

Он знал, что дядя Толя хранит свою "заначку" в подвале — в углу, за старым диваном. Кузя частенько видел, как тот спускается туда с бутылкой в руках.

И вот однажды вечером, когда дядя Толя в очередной раз "культурно отдыхал" на лавочке, Кузя пробрался в подвал.

Там было темно и сыро. Пахло плесенью и чем-то ещё — чем-то неприятным. Кузя поморщил нос, но не отступил.

Он нашёл заначку — несколько бутылок, спрятанных за диваном. Кузя подумал немного и... столкнул одну из них.

Бутылка упала и разбилась. Потом вторая. Третья.

Когда дядя Толя спустился в подвал, чтобы пополнить запасы, его ждал сюрприз: все бутылки были разбиты, а посреди этого безобразия сидел Кузя. Спокойный. Довольный. С чувством выполненного долга.

— ТЫ?! — заорал дядя Толя. — Ты что наделал?!

Кузя моргнул. Медленно. Как он умел.

Дядя Толя схватил пустую бутылку и замахнулся. Но Кузя был готов. Он ловко отскочил в сторону, и бутылка разбилась о стену.

— Ах ты!..

Дядя Толя бросился за Кузей, но в темноте подвала это было не лучшей идеей. Он споткнулся о разбитые бутылки, упал и растянулся на полу.

Кузя же спокойно поднялся по лестнице и вышел во двор. Там он уселся на лавочку — на ту самую, где обычно "культурно отдыхал" дядя Толя, — и стал ждать.

Через некоторое время из подъезда выполз дядя Толя. Весь в грязи, с царапиной на лбу и злой, как чёрт.

— Ну, котяра! — закричал он. — Я тебя найду! Я тебя...

Но тут к нему подошёл участковый — его вызвали соседи, которым надоел шум.

— Гражданин, — сказал участковый строго. — Вы почему нарушаете общественный порядок?

— Я?! Да я... Да этот кот!..

— Какой кот? — удивился участковый. — Я вижу только вас. И, судя по всему, вы пьяны. Пройдёмте.

Дядю Толю увели. А Кузя сидел на лавочке и смотрел вслед. В его глазах было что-то похожее на улыбку.

С этого дня дядя Толя стал вести себя тише. Он больше не пытался пинать Кузю — по крайней мере, при свидетелях. И во дворе стало спокойнее.

Справедливость восторжествовала. И это было главное.