Востоковедческая деформация

На первом курсе Восточного факультета нам, тогда студентам, сказали, что востоковед не может быть уроженцем Востока, но только иностранцем, поскольку это европейская наука о других культурах. Значит, арабистом не может быть араб.
Вспомнил я эти слова и осознал в 2013 году, когда на время переехал в Ливан. До этого я ездил в составе российской делегации в Сирию, где ознакомился с ситуацией и вместе с другими общественниками поддержал Башара Асада в борьбе против террористов ИГИЛ (запрещённой в РФ организации).
Когда я приехал в Ливан, никто из племени не поинтересовался моими впечатлениями или мнением. Но вскоре после приезда мне стали читать лекции о том, что Асад – тиран, а алавиты – не мусульмане и поклоняются не Аллаху, а женскому влагалищу. Это на полном серьёзе.
Лекторы ожидали, что открытые мне истины вызовут во мне возмущение и пробудят суннитскую идентичность, и я начну бить себя в грудь кулаком, и прилив праведного гнева охватит мое сознание. Однако этого не происходило, и больше всего раздражало проповедников, что меня совсем не возмущает тот «неоспоримый факт», что алавиты – не мусульмане. Ведь именно это должно было меня крайне возмущать и лишать Асада и алавитов человеческого облика. Это в информационных войнах называется дегуманизацией врага.
От меня требовали занять четкую суннитскую позицию со всеми вытекающими последствиями: увидеть в Асаде кровавого тирана, в алавитах – сборище бандитов, и осудить Россию. Но я задолго до этого принял решение относиться к происходящему с научной точки зрения, как востоковед. Я не имел права дать эмоциям охватить мое сознание и исказить восприятие. Тем более, что я работал над диссертацией по теме конфессионализма.
Я не питаю ненависти к тем, кто читал мне лекции, как я должен себя вести. И не осуждаю их. Они заложники своих конфессиональных шор.
Сунниты в Ливане, исходя из реалий, должны нелюбить шиитов, ненавидеть алавитов, считать друзов зиндыками (немусульманами), и противостоять христианам.
Чтобы стать востоковедом, порой приходится жертвовать наследственной конфессиональной идентичностью. Ведь есть большая разница между научной деятельностью и религиозной проповедью. У каждой профессии свои свойства деформации.

16-09-2026