Расскажу о любви. Крокодил

«Расскажу о любви. Крокодил»
Повесть
Часть
«Крокодил»
Это продолжение части "Свежий воздух"

В поезде мы тихонько переоделись. Я застилаю постель себе и ему. На этот раз у нас боковые места, верхнее и нижнее. С одной стороны хорошо, что мы никому не мешаем, раскладываем стол когда хотим и кушаем сколько нам угодно, но с другой стороны эти места уже, чем обычные, а Николай Александрович крупный мужчина и ростом, и полнотой.

Ночь, поэтому мы сразу же ложимся спать, спрятав чемоданы под сиденье и на верхней третьей полке.

Я долго не могу заснуть, вспоминая, как его бывшая старая жена кричала: «Без вас здесь воздух чище будет!»
Представляю, как он испугался, когда увидел её ночью на перроне.

Бывшие жёны не думают, что их бывший муж тоже имеет нервную систему, что может тяжело переживать такие моменты. Её постоянные угрозы, что каждая женщина хочет его околдовать и обворовать, что только она способна защитить его от этих фурий, а на самом деле, она даже о себе не может позаботиться.

Когда она ко мне приезжала в Хельсинки с двумя другими моими подругами, она привезла с собой целую сумку медикаментов.
Когда она пропала в большом магазине и доставила много хлопот моим подругам, и они отказались в дальнейшем сопровождать её, я стала ходить с ней по городу и мне не доставляло это удовольствия.

Она суетлива, забывчива, мечется то в одну, то в другую сторону. Я постоянно была с ней в напряжении. А Николай Александрович наоборот слишком спокоен и неповоротлив. Ему с ней вообще противопоказано быть рядом. Но она этого не понимает, играет на том, что она родила ему двоих прекрасных сыновей.

Не таких уж и прекрасных. Старший сын стал врачом, но больших достижений в карьере не добился. Двадцать два года прожил с первой женой, больной диабетом, поэтому у них не было детей. В конце концов они взяли детей из детского дома, сестру и брата, но сохранить семью не смогли. При разводе дети остались с приёмной матерью, а на него повесили кучу алиментов.

Вторая жена сына и вовсе расстроила Николая Александровича, разведённая женщина с тремя детьми от разных браков.
Одно утешало, что двое из её детей уже взрослые и живут отдельно. С ними только младший сын десяти лет.

Младший сын Николая Александровича и Нинель (Нины Андреевны) тоже бездетный. Родных внуков у них так и не появилось.
Этим и попрекает Нинель своего бывшего мужа.
- Это тебе наказание, что у нас нет внуков. Это ты бросил семью и стал переходящим знаменем для шлюх.

О том, что она не особо заботилась о муже и о сыновьях, замалчивает. Они жили в одном районе с нами и моя дочь и его младший сын ходили в одну группу детского сада. Я водила свою дочь, а он - своего Серёжу. За все детсадовские годы я ни разу не видела в детском саду мать Серёжи.

Слышала я, что и готовил в семье еду он, потому что она преподавала механику и сопромат в машиностроительном  техникуме и постоянно пропадала там, то собрания, то вечерники, кто курсовые, то дипломные.

А ещё у неё был один дефект всех учителей, она не замолкала ни на минуту и очень любила командовать.  Николай Александрович чаще задумчив и скромен, даже застенчив.

Как ему жить с такой тараторкой. Он мне признавался, что у него от неё голова болит, что ложился с ней в постель,  как с солдатом, то есть, с мужиком в юбке.

Она обвиняет меня, что я увела у неё мужа, опуская его вторую молодую жену.
Мне она как-то призналась, что он бы вернулся к ней: «Куда ему деваться на старости лет. Это он молодой нужен был девицам, а старый никому не будет нужен, вот и приползёт ко мне, к сыновьям!»

А он женился на мне и сбежал от неё на север. Так далеко, что дальше и некуда.

И всё равно, она считает, что он должен быть с ней.

Об этом я думаю, лёжа на верхней боковой полке в поезде, засыпая под ровный стук колёс. Заснула.

Вдруг раздаётся оглушительный крик на весь вагон: «Крокодил!» И вслед - страшный вопль, будто человеку отрезали ногу.

Я резко просыпаюсь и понимаю, что это Николай Александрович кричит на весь вагон. Мало того, он ещё и бьёт руками по стене поезда, ногами пинает в перегородку между полками боковых мест.

Мне быстро не слезть с боковой верхней полки, тесновато. Пока я спускаюсь, он своими несуразными действиями и криком разбудил всех.

Проводница успевает в соседнем вагоне найти врача и они уже подходят к нам.  Я бужу Николая Александровича, тряся его за плечи, но он пинается ещё сильнее и ещё громче кричит от каждого моего прикосновения.  Я отскакиваю, а потом пытаюсь снова его разбудить, ловлю ногу, которой он бьёт по перегородке.

В помощь мне приходят мужчины. Они держат его за руки и за ноги, а я повторяю:
- Это он во сне! Его надо разбудить! Его надо разбудить!

Наконец, он просыпается, озирается, никак не может понять где он и почему вокруг так много людей.
- Где я? Кто вы? — спрашивает он всех. Но увидев меня, сразу приходит в себя и всё понимает.

Я сажусь рядом с ним.
- Тебе что-то приснилось?
- Да, крокодил схватил меня за ногу и стал тащить в своё болото!
- Мы в поезде. Это сон.
- Я кричал?
- Да.

Тут из толпы, собравшихся вокруг пассажиров, тревожно пробивается проводница со словами:
- Пропустите врача!
- Не надо врача, - говорю я. — Ему просто приснился страшный сон. У нас был тяжёлый день, тяжёлые проводы и он перенервничал.

Люди расходятся. Дети перестают плакать. Врач всё-таки осмотрел его, поговорил с Николаем Александровичем и успокоил проводницу:
- Всё нормально с вашим пассажиром. Это был. действительно, сон с крокодилом.
И ушёл.
Остаток пути проходит спокойно.