Как русские и украинцы разошлись

Один народ или два? Как русские и украинцы разошлись
Общий корень
В IX веке на огромном пространстве от Ладоги до Чёрного моря формировалось государство, которое мы сегодня называем Древней Русью. Восточнославянские племена — поляне, древляне, кривичи, вятичи, волыняне, северяне — были объединены властью династии Рюриковичей, общим языком и, после крещения Руси в 988 году, единой православной верой. Летописцы противопоставляли «Русскую землю» отдельным княжеским вотчинам, и само слово «русский» применялось к жителям всех восточнославянских земель .

Это не было однородное целое. Профессор РГГУ Константин Ерусалимский обращает внимание: даже в домонгольский период жители разных земель Руси говорили и писали на разных вариантах языка, а не на одном стандартизированном. Тем не менее, общее самосознание существовало — и оно было настолько сильным, что пережило даже распад Древней Руси на удельные княжества .

Разрыв
Перелом наступил в XIII веке. Монгольское нашествие разорвало связи между северо-восточными и юго-западными землями. Северо-Восточная Русь попала в ордынскую зависимость, но сохранила ограничённый суверенитет и собственную политическую динамику. Южные и западные земли вошли в состав Великого княжества Литовского, которое в документах официально называлось «Великим княжеством Литовским и Русским» — с восточнославянским языком делопроизводства и православной культурой .

Дальше пути разошлись окончательно. В 1569 году Люблинская уния объединила Польшу и Литву в Речь Посполитую, и большинство земель будущей Украины оказались в составе польской короны. Здесь началось давление — религиозное, социальное, культурное. Православная знать, чтобы сохранить статус, должна была принимать католичество — и, по сути, становиться поляками. К середине XVII века практически вся украинская аристократия окализилась. Казаки и крестьяне остались православными — и именно из этого слоя выросло сопротивление, приведшее к восстанию Хмельницкого и переходу Левобережной Украины под власть Москвы .

Как пишет историк Алексей Миллер, после польского восстания 1830-х годов в российской политике встал вопрос о том, какую идентичность формировать у населения западных губерний: общерусскую или особую. Доминировавший термин «малоросс» стал уступать место слову «украинец» лишь к концу XIX века — во многом под влиянием трудов Михаила Грушевского, который выстраивал отдельный украинский исторический нарратив, начиная историю Украины с древнерусского периода, но как самостоятельной, а не части русской, истории .

Балканская параллель
Пример сербов, хорватов и боснийцев показывает, как именно работает этот механизм. Южные славяне, пришедшие на Балканы в VI–VII веках, говорили на близкородственных языках и жили на сопредельных территориях. Но сербы оказались под византийским влиянием и приняли православие, хорваты — под римским и приняли католичество, а часть населения Боснии, прошедшая через местную еретическую «Боснийскую церковь», в османский период приняла ислам .

Религия стала тем водоразделом, который из общего славянского массива сформировал три народа с разным самосознанием. Боснийские мусульмане, сербы и хорваты говорят на практически одном языке — который каждый называет своим, — но имеют разные исторические памяти, разные «метрополии» и разные национальные мифы. За столетия раздельного существования у них сформировались разные литературные традиции, разные политические культуры и разные идентичности .

С русскими и украинцами — схожая логика, но на других сроках. Если у сербов и хорватов раздельное развитие длится около тысячи лет, то у русских и украинцев — около семисот, начиная с монгольского нашествия. Но ключевой механизм тот же: разделение произошло не из-за языковой границы, а из-за политической и конфессиональной. Разные государства, разные религии (в Киеве — уния, в Москве — ортодоксальное православие), разные элиты — разные народы.

Аналогия с Новым Светом
Аналогия с колонистами, отправившимися в Новый Свет, работает с одной оговоркой. Британские переселенцы в Северной Америке говорили на одном языке, были подданными одной короны и принадлежали к одной культуре. Но за два столетия отдельного существования, столкновение с новым ландшафтом, другими народами и новыми политическими реалиями сформировали из них американскую нацию — с собственным самосознанием, отличным от британского.

Разница в том, что американцы уехали — физически отделились океаном. Русские и украинцы никуда не уезжали. Они жили на сопредельных территориях, постоянно пересекались, смешивались, роднились. Американская идентичность формировалась с нуля в новых условиях; украинская — в отрыве от одной политической системы и внутри другой. Но механизм схож: длительное пребывание в разных государственных и культурных контекстах формирует разные идентичности, даже при общем происхождении.

Что показывают опросы
Опрос украинской социологической группы «Рейтинг» в июле 2021 года показал: 55% респондентов на Украине не согласились с утверждением, что русские и украинцы — один народ, 41% — согласились. На юге с этим тезисом соглашались 56%, в центре — не соглашались 60% . События после 2014 года радикально ускорили формирование отдельной украинской идентичности — особенно в центральных регионах, где прежде доминировала двойственная или русская самоидентификация .

С другой стороны, многие жители российско-украинского пограничья ещё в 1920-х годах формулировали свою идентичность как двойственную: «я хохол, но русский в душе» — то есть украинская идентичность как субэтническая внутри более широкой русской. Советская национальная политика, закрепившая существование трёх отдельных восточнославянских народов, сыграла в этом расхождении решающую институциональную роль .

Ответ зависит от критерия
Если критерий — общее происхождение, то да: русские, украинцы и белорусы произошли от одной древнерусской народности, сформировавшейся в IX–XI веках. Это факт, с которым согласны практически все историки.

Если критерий — язык, то картина сложнее. Украинский и русский — близкородственные, но расходящиеся языки с разными литературными нормами, разной лексикой и разной грамматической традицией. Взаимопонятность существует, но она не абсолютна и зависит от региона, образования и говорящего.

Если критерий — самосознание, то сегодня большинство граждан Украины считают себя отдельным народом. Это не делает их «не русскими» по происхождению — точно так же, как сербы и хорваты, происшедшие от общего южнославянского массива, не перестают быть близкородственными народами от того, что считают себя разными.

Если критерий — политический, то русские и украинцы живут в разных государствах, строят разные национальные нарративы и по-разному смотрят на собственную историю.

Где проходит граница
Были ли русские и украинцы одним народом? Да — на этапе Древней Руси. Являются ли они одним народом сейчас? По большинству критериев — нет, хотя степень близости остаётся исключительно высокой, выше, чем между сербами и хорватами.

Общее происхождение не гарантирует общего будущего. Раздельное развитие в течение столетий — под разными государствами, с разными религиями, разными элитами и разными политическими культурами — формирует разные народы. Это не плохо и не хорошо. Это — история. И история, к сожалению, не подчиняется ни желаниям, ни аргументам.