Волчица

Густой лесной туман потихоньку рассеивался когда Алена услышала вой. Он не был похож на те звуки, что издают деревенские собаки, в нем звучала древняя, дикая тоска, от которой кровь стынет в жилах.
Алена не планировала заходить так далеко в глухомань Черного Яра, но подстреленный ею глухарь утянул в дебри. Теперь, когда вечерний туман рассеиваясь подымался постепенно вверх, сумерки стремительно сгущались, а старый компас безнадежно заклинило, девушка осознала: она заблудилась. И была здесь не одна.
Хруст ветки справа заставил ее вскинуть двустволку. Из сизой дымки вынырнул силуэт. Это была волчица — огромная, с серебристо-серой шерстью и глубоким шрамом через правый глаз. За ней, бесшумно растягиваясь в полукольцо, выходили еще пятеро хищников. Стая.
Девушка замерла, сжав цевье ружья до белизны в пальцах. Стрелять не имело смысла: один выстрел, максимум два — и остаток стаи просто разорвет ее. Но волчица не спешила нападать. Она сделала шаг вперед, пригнула голову и... тихо, почти умоляюще зарычала, глядя Алене прямо в глаза, а затем резко обернулась и сделала несколько прыжков в сторону, словно приглашая за собой.
Что-то в ее взгляде — смесь отчаяния и немой просьбы — заставило Алену опустить оружие. Выбора все равно не было.
Они шли через бурелом около получаса. Волчица постоянно оглядывалась, проверяя, не отстает ли человек. Наконец, матерая остановилась у входа в заваленный старыми елями овраг. Оттуда доносилось жалобное, истошное повизгивание.
Спустившись по скользкой глине, Алена увидела причину. Маленький волчонок, совсем еще глупыш, попал лапой в старый капкан, забытый браконьерами. Железные зубы въелись в плоть, а сам тросик был намертво обмотан вокруг корня. Стая беспомощно кружила вокруг, не в силах помочь волчонку.
Алена взглянула на матерую. Серые глаза хищника следили за каждым ее движением.
— Попробуем, — шепнула девушка, опустившись на колени.
Секач и тяжелый охотничий нож сделали свое дело: Алена уперлась сапогом в станину капкана, навалилась всем весом и разжала тиски. Волчонок взвизгнул, вырвался и тут же спрятался под брюхо матери.
Алена медленно поднялась, ожидая чего угодно. Но матерая лишь подошла вплотную. Девушка ощутила горячее дыхание зверя. Волчица ткнулась мокрым носом в ее окровавленную от железа ладонь, издала низкий тихий звук и, развернувшись, повела Алену прочь от этого места
Она останавливалась еще трижды, пока за деревьями не замаячили огни родной деревни Алены. На опушке волчица обошла девушку по кругу, будто прощаясь, и исчезла в ночной тени вместе со своей кавалькадой. Алена стояла на краю леса, слушая, как где-то вдалеке снова раздается протяжный вой — но на этот раз в нем не было ни тоски, ни угрозы.