Вывозной полёт на Су-27

Для выполнения спецзадания команде потребовалось подтянуть навыки Ангелины Мельник в условиях экстремальных перегрузок. Командир Марина Беленькая решила лично «отдрессировать» подругу на спарке Су-27УБ.Утро в авиационном гараже началось со звона ключей и грохота компрессора. Су-27 стоял на стоянке, хищно задрав носовой обтекатель.— Так, братва, шевелись! — зычно скомандовала Марина Беленькая, затягивая высотно-компенсирующий костюм. — Сегодня у нас вывозной полет. Геля, шагом марш в заднюю кабину! Буду делать из тебя человека, не боящегося пятикратных перегрузок. Хватит тебе только у плиты с пельменями аспирантствовать, пора и в стратосфере характер показать!Ангелина Мельник, бледнея, но стараясь держать марку перед парнями, натягивала шлем.— Мариночка, а может, не надо сегодня «кобру Пугачева»? Мне еще ужин парням готовить...— Надо, Геля, надо! — отрезала командир. — В воздухе подруг нет, там есть пилот и штурман-оператор!У самолета вовсю кипела работа. Старый авиатехник Василий Васильевич Анисимов ползал под фюзеляжем, внимательно осматривая стойки шасси.— Михайлович! — крикнул он Пиняеву. — Ну-ка глянь КИПиА в левом мотогондоле, что-то мне датчик оборотов не нравится. Не дай бог на вираже забарахлит, Беленькая нас сожрет без перца и уксуса!Владимир Михайлович Пиняев с мультиметром в руках моментально полез в люк:— Сейчас всё сделаем, Васильевич! Фаза в норме, контакты зачистил. Приборы будут как швейцарские часы работать!Рядом слесарь Мирон Токарев, насвистывая под нос марш авиаторов, ловко подтягивал крепления пилонов. К нему подошел Смекайло-де-Цопфи, потирая лоб:— Мирон, глянь сюда. Я тут придумал, как на спарке клапан подпитки модернизировать. Если Беленькая заложит крутую спираль, топливо пойдет без задержки. Народная смекалка, понимаешь!— Отличная идея, Смекайло! Давай ключ на четырнадцать, сейчас законтрим, — кивнул Токарев, помогая бортинженеру воплотить инженерную мысль в металле.Анжела Власенко, поправляя новенький орден на комбинезоне, помогала Лидии и Татьяне Трофимовой разматывать кабель наземного питания.— Анжелка, ты как вчерашнее-то пережила? — тихо спросила Лидия Беленькая. — Марина ведь у нас кремень, но вчера аж прослезилась, когда тебя обнимала.— Ой, Лида, до сих пор коленки дрожат, — улыбнулась Анжела. — Если бы не Смекайло со своими нестандартными решениями на Ми-2, лежали бы мы в тех горах... Но сегодня я за Гелю переживаю. Марина в небе спуску не даст.— Это точно, — вздохнула Татьяна Трофимова. — Маринка если дрессирует — то до седьмого пота.— Земля, я Тридцать Первый, запуск! — раздался в наушниках решительный голос Марины.Два мощных двигателя АЛ-31Ф взревели, заставив содрогнуться стекла в гараже. Сапфировое пламя форсажа ударило по бетонке, и истребитель свечой ушел в хмурое утреннее небо.На высоте четырех тысяч метров началось настоящее испытание.— Мельник, приготовиться! — скомандовала Марина по СПУ (самолетному переговорному устройству). — Проверяю твою стрессоустойчивость. Делаем переворот, уходим в крутое пике с выводом на вертикаль!— Мариночка, мамочки... — пискнула Ангелина, когда земля над головой поменялась местами с небом.Су-27 заложил такой вираж, что приборная панель в задней кабине задрожала. Перегрузка вдавила Ангелину в кресло, перед глазами поплыли серые круги.— Дыши, Геля, дыши животом! Короткий выдох! — жестко командовала Беленькая, выполняя боевой разворот. — Справа «противник», уходи от захвата! Ручку на себя!— Не сдамся... — прохрипела Ангелина, превозмогая тошноту и тяжесть в теле. Она нашла силы дотянуться до тумблеров имитации пуска ракет. — Есть захват цели, командир! Выпустила «тепловые»!— Умница! — уже мягче сказала Марина, переводя истребитель в горизонтальный полет. — Можешь ведь, когда захочешь! Настоящая подруга боевого пилота. Дрессировку первого этапа считаю оконченной. Идем на посадку.Когда Су-27 мягко коснулся полосы и зарулил на стоянку, вся братва уже ждала их. Ангелина выбралась из кабины со слегка зеленоватым лицом, но с гордой улыбкой.Василий Васильевич Анисимов первым подал ей руку, помогая спуститься по стремянке:— Ну что, Ангелина Викторовна, живая? Наша Никифоровна из кого хочешь космонавта сделает!— Живая, Васильевич... — выдохнула Геля. — Но сегодня вечером пельмени будут особенно острыми. Для профилактики перегрузок!Мирон Токарев одобрительно похлопал Смекайло по плечу:— Твоя доработка по топливу, Смекайло, сработала на ура! Двигатели на вертикали даже не чихнули.— А то! — гордо ухмыльнулся Смекайло-де-Цопфи. — Против народной смекалки и законы физики иногда пасуют!Марина Беленькая сняла шлем, распустила волосы и обняла подошедших сестер Лиду и Таню, а затем подмигнула Анжеле Власенко:— Ну что, команда, матчасть проверена, кадры обкатаны! Мирон, пиши новый рассказ, а мы пошли греть таз!И вся братва дружно рассмеялась, возвращаясь в свой родной и надежный авиационный гараж.