Зайчик

Зайчик

1.

Зайчик по лесу бежал,
Ушками дрожал.
«Где же спряталась морковь?
Где же прячется любовь?»

Прыг да скок, через пенёк,
Мимо сонных пней и кочек.
Ветер шепчет: «Не спеши,
Мир хорош такой, как есть!»

 2.

В лесу, где тени ложатся, как старые шрамы,
Где тропа обрывается у тёмной воды,
Зайчик шёл, не зная, что мир уже сломан,
Что звёзды стали тусклее, чем были когда-то.

Он не прятался от волка — он знал: страх живёт не снаружи,
А в тишине, что приходит, когда замолкают птицы.
«Я просто ищу место, где можно дышать спокойно, —
Прошептал он листу, что упал ему на ресницы. —
Пусть хоть на миг всё станет простым и понятным:
Трава, и дождь, и капля на мокром носу…»

И лес чуть слышно вздохнул, будто согласился:
«Ты не такой, как все. Ты видишь то, что скрыто.
Иди вперёд. Даже если тропа исчезнет.
Даже если никто не скажет, что всё будет хорошо».

3.

Зайчик замер у края поляны, будто на границе двух миров: там, где лес становится небом, а трава — звёздной пылью. Каждый его прыжок — это попытка соединить разорванное: землю и воздух, страх и любопытство, «было» и «будет». Он не знает про ноосферу и не читает трактатов, но чувствует главное: мир держится на внимании. На том, чтобы заметить каплю росы, услышать, как шуршит лист, и не пройти мимо. И в этом его тихая сила — быть здесь, быть настоящим, собирать мир по крупицам, как свет по каплям.

 4.

Зайчик дрожит в траве —
Тень скользит по тропинке…
Мир затаил вздох.

...

Прыгнул — и исчез
В зелёной тишине леса.
Только след остался.

5.

Зайчик сидел на краю поляны, будто капитан на носу корабля, только вместо моря вокруг колыхалось море травы. Каждый стебелёк был для него как мачта, каждая капля росы — как маяк. Он не боялся ни волка, ни темноты: он знал, что страх — это просто ветер, который шумит в чужих ушах. А его уши слышали другое: как растёт трава, как шепчутся корни, как небо опускается к земле, чтобы поцеловать её в макушку. И когда солнце коснулось горизонта, зайчик понял: мир не просто велик — он бесконечен в каждой своей детали. И ему не нужно бежать далеко, чтобы увидеть чудо: оно здесь, прямо под лапкой, в дрожащей капле, в тёплом дыхании ветра.