***

Конечно же, бабушка постоянно её ругала, пыталась вразумить: «Что ты делаешь? Зачем ребёнка бросаешь? Сама непутёвая, и жизнь у тебя ненормальная!» Но маме в пьяном угаре всё было нипочём. В ответ на любые упрёки она с кулаками бросалась и на меня, и на бабушку. Из-за этого дома постоянно завязывались жестокие драки. Дяде приходилось вмешиваться, разнимать их и заступаться за нас. В такой обстановке я и росла — в постоянном страхе, словно жила на вершине действующего вулкана.

Когда я немного подросла и стала выходить во двор, чужие родители начали запрещать своим детям со мной общаться. Взрослые открыто говорили им: «Не дружи с Ксенией. Она из неблагополучной семьи, мать у неё пьянь, шляется везде, и девчонка вырастет такой же».

А дети ведь бесхитростные. Они не умели скрывать чужие секреты. Когда я подходила к ним на площадке, они прямо в глаза говорили: «А мне мама запретила с тобой дружить». Разворачивались и уходили в сторону. И я раз за разом оставалась совершенно одна среди этого пустого двора.
Конечно же, детство брало своё, и иногда они забывались. На какое-то время запреты взрослых стирались, и мы начинали вместе играть в обычные дворовые игры — в салочки, прятки, казаков-разбойников, вышибал или в резиночки. В такие моменты казалось, что я обычный ребёнок, такой же, как все.
Но это счастье длилось недолго. Мы играем, играем, увлечённо бегаем, и вдруг посреди весёлой суматохи кто-то резко останавливается и говорит: «Ой, а мне же мама запретила с тобой дружить…» На этом игра обрывалась, и всё волшебство моментально рушилось. Меня снова выбрасывало в моё одиночество.

Полную версию романа Ксении Гросс «Выжить и любить вопреки...» (Том 1) читайте на Литрес.