Колье императрицы часть 3 глава 3

Глава 3

Квартира господина Мишеля Дюрана находилась на третьем этаже великолепного здания в стиле модерн, окна которого выходили с одной стороны на оживленную авеню Бюжо, а с другой – в тихий уютный двор с небольшим садиком, заросшим кустами роз и плетистых клематисов. Отделанная в стиле Арт Деко, она приятно сочетала в себе чуть тяжеловесную роскошь с подлинным домашним уютом, и господин Дюран после очередного сложного и нервного рабочего дня больше всего на свете любил погрузиться в мягкие волны огромного плюшевого дивана, стоявшего в зеленой гостиной, и молча любоваться пейзажем Мориса Вламинка, висевшим на противоположной стене. Чудесная работа возвращала ему спокойствие и вкус к жизни, а это для успешной службы господина Дюрана было просто необходимо: он был заместителем директора Главного управления внутренней безопасности Французской Республики.
    
В этот декабрьский вечер у Дюранов были гости: собрались только самые близкие приятели, чудесным образом являвшиеся одновременно и очень полезными людьми. Госпожа Дюран умело изображала из себя светскую хозяйку дома, предлагая гостям после изысканного ужина сыр, вино и крепкий алкоголь. В кремовом шелковом платье от Sonia Rykiel она была очень хороша в этот вечер, и господин Дюран с удовольствием думал о продолжении праздника после того, как гости разойдутся. Но вечер был еще в самом разгаре, и пока дамы удалились в соседнюю комнату, чтобы обсудить будущую неделю высокой моды в Carrousel du Louvre, мужчины оживленно обменивались последними новостями, наслаждаясь бесподобным Frapin Cuvee и настоящими гаванскими сигарами.
 
А новостей в этот день было предостаточно. В офисе президента затевалось что-то необычайное. На этой неделе дважды вызывали министра иностранных дел по какому-то сверхсекретному делу, о котором получить информацию не удалось даже господину Дюрану, а уж он-то был специалистом по части добывания секретов. Поэтому он с нетерпением ждал новостей от своего приятеля Гастона Бернара, заместителя директора Главного управления внешней безопасности. Как-никак, а международные дела точно находятся в его компетенции.

- Что мне вам сказать? - Гастон, невысокий, хрупкий на вид блондин с невзрачным лицом глубоко затянулся крепкой сигарой и выпустил колечко голубоватого ароматного дыма, - мы готовимся к серьезнейшим переговорам на высшем уровне, но, надеюсь вы поймете меня правильно, я не могу вам рассказать с кем и когда они будут проходить.

- Это не такой уж большой секрет, мой друг, - второй приятель господина Дюрана, Анри Мабуржен, с плохо скрываемым удовольствием смотрел на полные удивления лица своих собеседников, - Переговоры планируются с Россией в апреле следующего года.

Гастон Бернар от изумления чуть не выронил сигару изо рта.

-  Анри, мы с Вами знакомы много лет, а я все никак не могу привыкнуть к вашей невероятной осведомленности. Как вы смогли узнать то, о чем не знает даже заместитель министра иностранных дел?

- В наши дни информация правит миром, и кому как ни Вам, Гастон, знать об этом, - небрежно произнес Мабуржен, словно получение сверхсекретных данных было для него абсолютно обычным делом.

- Управление миром – это точно по Вашей части, Анри, тут мы с Вами тягаться не сможем, - Мишель Дюран говорил это абсолютно серьезно без всякого намека на сарказм.
 
- Не преувеличивайте моих заслуг, Мишель, миром управляют совсем другие люди, а моя задача состоит только в том, чтобы оказывать им небольшие полезные услуги.

- Ваша скромность настолько же велика, как и Ваша осведомленность, - улыбнулся Бернар.

- Поверьте, моя незначительная персона не заслуживает сейчас такого внимания, есть вещи намного поважнее, - Мабуржен перешел на серьезный тон и поведал приятелям о своем недавнем разговоре с Этьеном Верне в ресторане Le Cinq.

- Если бы я не знал о реальной подготовке к переговорам, я бы подумал, что это просто дурацкий розыгрыш, - после недолгого молчания произнес Гастон Бернар, - Но что должно быть в этих файлах, если просто угроза их раскрытия привела к таким политическим последствиям?

 - Я поделюсь с тобой небольшим отрывком, по нему ты сможешь хотя бы приблизительно понять масштаб бедствия, но сейчас самое главное – это понять, как мы сможем помешать этому безумному плану, - Анри Мабуржен посмотрел на господина Дюрана, - Мишель, ты можешь собрать группу экспертов, которые смогут взломать защиту и найти эти проклятые файлы?
 
- Если файлы прячет Indymedia, это будет сделать совсем не просто. Еще 25 лет назад их хакеры умудрились взломать банковские карты всех участников международного экономического форума в Сиэтле, чем чуть не вызвали панику в рядах высокопоставленных чиновников и бизнесменов. Нетрудно предположить, что за прошедшие годы их мастерство только увеличилось, - Мишель Дюран был абсолютно прав, - Для такого дела нужны специалисты высшего класса, но боюсь, что у моего ведомства не хватит бюджета для их привлечения.

- Мишель, помилуйте, зачем нам разорять уважаемую государственную организацию? Для решения таких задач я могу использовать совсем другие ресурсы, - после этих слов Мабуржена господин Дюран вздохнул с облегчением, - Нам не стоит привлекать публичного внимания к нашим действиям, поэтому никаких официальных следов мы оставлять не будем.
 
- Я бы предложил, пока специалисты будут заниматься поиском файлов, проследить за нашими юными заговорщиками. Если вопрос с расходами решен, я могу направить пару оперативников, чтобы на всякий случай приглядывали за ними.

- Хорошая идея, но пока файлы не будут в наших руках, ни один волос не должен упасть с их головы, чтобы не сработала программа по рассылке информации. Самое лучшее для нас, чтобы они даже не догадывались о том, что за ними следят.

- Вы меня удивляете, Анри, в моем ведомстве работают настоящие профессионалы. Ни у кого не возникнет никаких сомнений, - Мишель Дюран самодовольно усмехнулся.

- Тем не менее, нам необходимо разработать план «Б» на случай, если поиск файлов затянется, а шантажисты потребуют проведения переговоров. Мы должны это предотвратить в любом случае.

- Самым лучшим средством для этого является хороший международный скандал, - задумчиво произнес Гастон Бернар, - Такой, чтобы после него общественность не могла себе даже представить, что такие переговоры вообще возможны. Что-нибудь новое, не затасканное, что может ударить по сердцу каждого француза, независимо от пола, возраста и социального положения.

Мужчины задумались. Старинные напольные часы, инкрустированные ценными породами дерева и перламутром, пробили десять. В гостиную заглянула мадам Дюран и спросила не хотят ли гости чего-нибудь еще. Мишель рассеянно взглянул на жену, еще совсем недавно вызвавшую у него прилив эротических мыслей:

- Извини, дорогая, но нам нужно еще немного поговорить. Это о работе, вам будет совсем не интересно, - господин Дюран проводил супругу и закрыл дверь.
Повернувшись к приятелям, он поморщил лоб и, немного поколебавшись, произнес:

- Кажется, я могу вам кое-что предложить.

***

Эту работу Мишель Дюран вел уже два месяца по личному поручению директора Управления. Дерзкое ограбление Лувра ударило не только по парижской полиции, на которую в первую очередь хлынула волна общественного негодования, но и сильно задело остальные французские спецслужбы. Откровенная наглость грабителей, с которой они проникли в самый известный музей мира, абсолютная беспомощность охраны, неспособность раскрыть преступление по горячим следам, а главное – бесследная пропажа похищенных бесценных экспонатов – все вместе ставило под сомнение компетентность правоохранительных органов и чиновников различного ранга. Неудивительно, что Главное управление внутренней безопасности по личному поручению президента было подключено к поиску пропавших раритетов. Эта сложная задача была поручена самому опытному из заместителей директора, то есть господину Дюрану.

Предполагаемые грабители, задержанные полицией в ноябре, не произвели на Мишеля Дюрана никакого впечатления. Он присутствовал на всех допросах и с каждым разом все более убеждался в том, что подготовить такое продуманное преступление четверо арабов из бедного квартала точно не могли. Большие вопросы также вызывала возможность реализации драгоценностей: сбыть такие известные вещи без налаженных связей в преступном мире было просто невозможно. Господин Дюран был убежден, что исполнители действовали по указанию совершенно других структур, хорошо организованных и имеющих налаженные каналы по реализации украденного. В какой-то момент он заинтересовался показаниями одного из грабителей, сказавшего, что его действиями руководили другие люди, говорившие со славянским акцентом. Но внимательно обдумав сказанное, господин Дюран усомнился в правдивости этих показаний. Как арабский эмигрант в первом поколении смог распознать именно славянский акцент во французской речи? Что-то подсказывало опытному чиновнику, что здесь скорее имело место влияние официальной антирусской пропаганды, а возможно и прямые журналистские подсказки в целях привлечь дополнительное внимание публики. Тем не менее, прекрасно зная о том, что «русская мафия» обладает необходимыми возможностями для сбыта краденных сокровищ, Мишель Дюран оповестил всех внедренных агентов о необходимости проверить известные каналы контрабанды драгоценностей, отработать теневые аукционы по продаже нечистоплотным коллекционерам исторических реликвий, а также отследить криминальных ювелиров, через которых украшения могли быть разобраны на отдельные камни.
 
Работа велась скрытно и крайне осторожно, все четверо агентов, работавших в различных группировках, докладывали о результатах только лично господину Дюрану. В этот понедельник ему наконец-то повезло. Агент, внедренный в руководство группировки «Дракон», прислал шифрованное сообщение о том, что «братва» напала на след изумрудной парюры императрицы Марии-Луизы и «изъяла» ожерелье у теневого ювелира, который уже успел разобрать и реализовать серьги, входившие в набор. По сведениям агента, на украшение поступил заказ из Украины, и в скором времени колье должно отправиться туда в банке из-под свиной тушенки.

Отдав должное находчивости русской мафии, господин Дюран начал обдумывать план по перехвату драгоценности, вполне заслуженно рассчитывая на соответствующую государственную награду, если операция будет проведена успешно. Но теперь, услышав от Анри Мабуржена историю о секретных файлах, резонно предположил, что для создания международного скандала колье императрицы подходит наилучшим образом. Однако его все еще терзали сомнения, стоит ли менять карьерные перспективы на политические интересы Франции, а точнее той ее части, которую представлял в его любимой зеленой гостиной господин Анри Мабуржен?

- Ну что же Вы, Мишель? О каком предложении Вы хотели нам рассказать? – господин Анри даже не пытался скрыть своего нетерпения.

Еще немного поколебавшись, Мишель Дюран, наконец, рассказал приятелям о выслеженном сокровище. Мабуржен присвистнул:

- Это прекрасная идея, но я вижу, что Вас что-то смущает, - взгляд господина Анри стал пронизывающе внимательным, и если бы Мишель Дюран был не заместителем директора Главного управления внутренней безопасности, а каким-нибудь Этьеном Верне, у него бы мурашки побежали по коже. Но господин Дюран был настоящим профессионалом, поэтому на психологические трюки Мабуржена не обратил никакого внимания. Он задумчиво разглядывал начатую бутылку коньяка, с глубоким интересом изучая текст, напечатанный на этикетке. Психологическая дуэль продолжалась около минуты, после чего Анри Мабуржен улыбнулся и как бы мимоходом заметил:

- Прекрасная у вас вилла на Лазурном берегу, Мишель. Чудесное расположение с видом прямо на море.
 
Мишель Дюран оставил бутылку в покое и ожидающе взглянул на Мабуржена. Тот продолжал:

- Думаю, что летом там просто великолепно, но для настоящего расслабляющего отдыха просто необходима хорошая комфортабельная яхта, без которой в Ницце просто нечего делать, - господин Анри медленно отхлебнул коньяка, выдерживая паузу, - у меня есть хороший друг, который готов продать Вам прекрасную яхту прошлого года выпуска, скажем, м-мм, за десять тысяч евро.

Это был удар прямо в цель. Казалось, что Анри Мабуржен умеет читать мысли других людей, даже когда они этого совершенно не хотят. Яхта была настоящей мечтой Мишеля Дюрана, позволить которую он себе пока не мог. Теперь на одной чаше весов лежала карьера, а на другой мечта, и господин Дюран без сожаления выбрал второе. В конце-концов рассчитывать на должность директора управления даже в случае возврата колье он не мог, а очередной орден не обещал ничего, кроме морального удовлетворения. Решение было принято в пользу Анри Мабуржена.

- Я думаю, что ожерелье могут доставить мне уже на следующей неделе, весь план его транзита у меня на руках.

- Я бы на Вашем месте не торопился, - молчавший все это время и внимательно слушавший приятелей Гастон Бернар поднялся с кресла и прошелся по комнате, - пусть драгоценность идет по своему маршруту но под Вашим наблюдением, Мишель. Дальнейшую разработку операции я возьму на себя. Заранее прошу Вас меня простить, но в ее детали я Вас погружать не буду, эта информация слишком чувствительна с точки зрения государственной безопасности.
 
Мишель Дюран и Анри Мабуржен понимающе кивнули. За дверью послышался звонкий женский смех и в комнату впорхнули мадам Дюран и мадам Бернар.

- Господа, хватит говорить о работе. Давайте, наконец, пить кофе. У нас сегодня потрясающий десерт, - мадам Дюран шаловливо потрепала мужа по щеке. Мужчины переглянулись и потянулись вслед за дамами в светлую изящную столовую к сервированному десертами столу.