Остров не мечты

Глава 1. Ковчег для проклятых

Воды Архипелага Забвения были черны, как нефть, и густы от вековой тишины. Когда ржавая баржа «Титан», переделанная из старой нефтяной платформы, ткнулась носом в базальтовый пирс безымянного острова, часы на запястье начальника конвоя показывали четыре утра.

Их выгружали по одному. Сто двадцать семь человек. Цвет уголовного мира страны, о которой не пишут в газетах, потому что ее официально не существует. Пожизненно осужденные за государственную измену, массовые убийства, финансовые аферы планетарного масштаба и терроризм. Люди, чьи имена были стерты из всех реестров еще до того, как их ноги коснулись трапа.
— Выгружай! — рявкнул начальник конвоя, толстый полковник с лицом изъеденным экземой. — Жратвы нет. Воды нет. Охраны нет. Это ваш новый дом, господа республиканцы. Живите, как умеете. Кто выживет — тому повезло.
Последним спустили Антона Вересаева. Он не был ни убийцей, ни вором. Три года назад он работал старшим аналитиком в Министерстве цифрового развития. Ошибка системы. Сбой алгоритма распознавания лиц на записи с камеры у банка, который взяли люди в масках. Алгоритм выбрал его лицо. Суд длился сорок минут. Приговор — пожизненное. Без права апелляции. Государство избавлялось от лишних людей изящно: просто отправляя их туда, откуда не возвращаются.
Когда баржа, дав прощальный гудок, скрылась в тумане, наступила абсолютная, звенящая тишина.
И тогда эта тишина взорвалась.
У них было оружие. Перед погрузкой каждому выдали стандартный армейский нож-тесак и бухту капронового троса. Полковник сдержал слово ровно наполовину. Холодное железо против ста двадцати семи отчаявшихся зверей.
Первый день стоил им тридцати жизней. Их убивали ради места у единственного пресного ручья, бьющего из скалы. Убивали ради куска брезента, найденного в выброшенном морем контейнере. К вечеру остров разделился на три лагеря. Бандиты под предводительством одноглазого Мясника заняли пещеры. Коррупционеры во главе с бывшим вице-премьером Глебом Штольцем окопались в старом рыбацком сарае на берегу. И одиночки, вроде Антона, которые пытались выжить сами по себе, прячась в колючем кустарнике.

Глава 2. Охота на призраков

На третий день прибыл спецназ.
Это была элитная рота «Слепни». Двадцать пять лучших бойцов государства. Но приказ, полученный их командиром, майором Соколовым, звучал чудовищно даже для их привыкших ко всему ушей. Высадиться на острове. Уничтожить всех заключенных. Провести боевое слаживание в условиях, максимально приближенных к реальности. И главное условие, выведенное жирным шрифтом в распечатанном на принтере конверте:
— Никакого огнестрела. Никакой электроники. Никаких раций. Только то, что сможете сделать своими руками или найти на этом клочке земли. Ваши жизни стоят дешевле стоимости одного снаряда главного калибра крейсера, который будет дежурить в миле отсюда. Если вас начнут жрать — это ваши проблемы. Задача должна быть выполнена.
Майор Соколов, сухой, жилистый мужчина с глазами цвета замерзшего свинца, молча кивнул. Его люди начали десантироваться с резиновых лодок.
Они нашли первый труп через час. Заключенный, насаженный на собственный заточенный кусок арматуры. Спецназовцы переглянулись. Эти животные уже начали резать друг друга. Работа обещала быть грязной, но предсказуемой.
Они ошиблись.
К исходу первой недели охоты «Слепни» потеряли семерых. Осужденные, ведомые первобытным инстинктом самосохранения, оказались невероятно изобретательны. Они плели ловушки из лиан, били отравленные шипы, устраивали обвалы. Мясник со своей бандой перешел в контрнаступление, вырезав дозор спецназа спящими, забрав их самодельные копья и щиты, сплетенные из веток титанической прочности.
Война превратилась в первобытную бойню. Спецназовец, бывший чемпион по боям без правил, вооружившийся дубиной с привязанным камнем, столкнулся в джунглях с бывшим киллером, который смастерил кистень из человеческой челюсти и обточенного кварца.
Антон наблюдал за этим адом со стороны. Его мозг аналитика, очищенный от шелухи прошлой жизни голодом и страхом смерти, начал работать иначе. Он видел систему там, где другие видели хаос. Он понял: чтобы выжить среди хищников, нужно перестать быть травоядным.

**Часть вторая. Побег**

Глава 3. Человек-невидимка

Месяц спустя остров превратился в преисподнюю. Из ста двадцати семи осталось сорок два. Из двадцати пяти «Слепней» — одиннадцать. Еды не было, если не считать человечины. Первым каннибализм открыл Мясник. За ним подтянулись остальные. Спецназ держался дольше, питаясь змеями и корнями ядовитых растений, пока голод не сломал и их волю.
Антон выживал благодаря расчету. Он никогда не вступал в открытый бой. Он изучал повадки. Он узнал, что Соколов потерял правый глаз в какой-то африканской заварушке и теперь ориентируется исключительно на слух и боковое зрение. Антон нашел глубокую расщелину, вход в которую скрывал водопад, и сделал там базу. Там же, исследуя дно подземного озера, он наткнулся на полусгнивший деревянный ящик. Внутри лежал старый водолазный костюм шестидесятых годов, проржавевший акваланг с одним полным баллоном и компас.
Кто-то готовил этот путь заранее. Или кто-то очень хотел жить.
Ночью шторма, когда циклон накрыл остров стеной воды, Антон надел мокрый, ледяной неопрен. Баллон тяжело лег на спину. Он вошел в озеро, нашел подводный туннель, о котором ходили лишь страшные легенды среди зэков (говорили, что там живет гигантский кальмар), и ушел под воду.
Он вынырнул в открытом море в трех милях от берега. Компас показал направление на юг. До материка было около сорока миль. Тридцать часов борьбы с волнами, медузами и собственным отчаянием. Когда его, покрытого солью и ожогами, вытащили на берег рыбаки маленькой деревни, он забыл свое имя. Он стал никем.

Глава 4. Город забытых богов

Его выходили. Старый врач в портовой больнице принял его за беженца с гражданской войны. Антону пришлось учиться ходить заново. Мышцы атрофировались. Но разум работал четко.
Перед тем как сесть на буксир контрабандистов, один из умирающих на острове авторитетов, хрипя кровью, рассказал ему сказку. О городе Н., куда свозили общаки со всей страны перед большим переделом власти десять лет назад. Деньги так и не нашли. Их спрятали в доме инженера Маркова — причудливом особняке эпохи модерна, который стоял заброшенным после того, как инженера вместе с семьей расстреляли прямо в гостиной. Дом находился в самом центре столицы, окруженный новостройками бизнес-класса, и числился памятником архитектуры под охраной государства. Никто не знал, что в подвале дома инженер спроектировал гидропневматический сейф, замаскированный под фундаментную опору.
Антон добрался до столицы. Он снял комнату в гниющей коммуналке на окраине. Днем он работал грузчиком в порту, ночью — превращался в архитектора собственной мести.
Любовь пришла к нему сама. Ее звали Лида. Она работала ночным библиотекарем в архиве градостроительства. Тихая девушка с прозрачными руками, вечно кутающаяся в старую шаль. Она единственная в этой огромной, равнодушной столице заметила человека, который приходил читать старые чертежи дореволюционных зданий с одержимостью приговоренного.
Она подкармливала его бутербродами с дешевым сыром. А однажды, заметив синяки на его шее (следы падения с канатов в порту), она принесла ему йод и осталась сидеть рядом в полумраке читального зала. Между ними не было страсти Дюма, с дуэлями и похищениями. Была только пронзительная, тихая нежность двух одиноких людей посреди бетонных джунглей. Лида стала его якорем. Ради нее он должен был забрать эти деньги и купить им новые документы, новую жизнь где-нибудь на побережье Адриатики.

**Часть третья. Сокровища инженера**

Глава 5. Под фундаментом

Проникнуть в особняк Маркова оказалось делом техники. Охрана куплена, сигнализация времен царя Гороха. Антон спускался в подвал, используя схемы, которые он выучил наизусть.
Дом дышал сыростью и пылью. Фундаментная плита отошла от стены. Антон вбил лом в трещину, напряг мышцы, скрипя зубами от боли, и сдвинул многотонный блок. За ним открылся черный зев шахты.
Золото было там. Не доллары, не биткоины. Слитки банковского золота высшей пробы, уложенные в деревянные ящики, залитые парафином. Сотни килограммов мертвого солнечного света. Этого хватит, чтобы купить небольшую страну.
Антон взял один слиток, завернул его в свою рабочую куртку. Остальное он решил поднимать частями. Первый шаг сделан.
Он вышел из подвала в сад. И замер.
Под старой яблоней, в тени, сидел человек. Он курил электронную сигарету, выпуская густой ванильный пар. На нем был безупречный льняной костюм. Правый глаз закрывала современная черная повязка.
Майор Соколов похудел, загорел дочерна, и вместо камуфляжа носил одежду миллионера. Но глаза остались прежними — холодными и пустыми.
— Здравствуй, Вересаев, — сказал майор, и голос его прозвучал спокойно, почти ласково. — Я ждал тебя. Знаешь, почему мы проиграли на том острове? Потому что государство прислало нас убивать. А тебе нечего было терять, кроме ошибки системы. Ты дрался за правду. Самая опасная мотивация.
— Как ты прошел периметр? — выдохнул Антон, крепче сжимая лом.
— Тот же вопрос я задавал себе, когда вы вспарывали животы моим мальчикам, — пожал плечами Соколов. — Меня списали. Официально я погиб при испытании новой амуниции. Страховка выплатила моей жене круглую сумму. Я вложил ее в криптовалюту, потом в недвижимость. Теперь я охраняю таких идиотов, как покойный инженер Марков. Этот дом принадлежит моему оффшору. Золото внизу — мое золото. Оно мне нужнее, чем тебе. Тебе оно нужно, чтобы сбежать. А мне — чтобы остаться здесь королем.
Майор щелкнул пальцами. Из кустов вышли двое. Огромные, бесшумные парни в спортивных костюмах. Профессиональные ликвидаторы, которых Соколов переманил к себе после расформирования роты.
— Отдай слиток, Антон. И я позволю тебе уйти. Оставь его себе на память о нашей веселой прогулке.

Глава 6. Правила Монте-Кристо

Антон посмотрел на Лиду. Она стояла у калитки, бледная как полотно, прижимая руки к груди. Соколов проследил за его взглядом и усмехнулся.
— Ах да. Библиотекарша. Романтично. Что ж, придется добавить немного перца в наш финал.
Один из громил двинулся к девушке.
То, что произошло дальше, не было похоже на фехтование графа Монте-Кристо в катакомбах замка Иф. Это была жестокая математика улиц.
Антон нырнул вперед, уходя от удара обрезком трубы. Лом описал короткую дугу. Железо встретилось с коленом первого громилы. Хруст кости потонул в его крике. Второй бросился сзади. Антон упал на спину, пропуская удар над собой, и всадил конец лома второму точно в солнечное сплетение.
Но Соколов уже был на ногах. Он двигался стремительно, как атакующая кобра. Никакой повязки на глазу не было — это был тактический монокль ночного видения. Майор ударил Антона жестко, профессионально, целясь в печень.
Антон успел подставить предплечье, но боль взорвала тело белым светом. Он рухнул на гравий.
Соколов поднял упавший слиток, взвесил его на руке.
— Прощай, системная ошибка, — сказал майор.
Он занес ногу в дорогом кожаном ботинке, чтобы размозжить Антону висок.
В ту же секунду тишину ночи разорвал вой сирен.
Это была не полиция. К дому с двух сторон вылетели черные микроавтобусы частной военной компании «Вепрь». Из них посыпались люди в штурмовой экипировке.
Во главе второй группы шла женщина. Стрижка каре, дорогой брючный костюм, в руках — тяжелый армейский пистолет. Она подошла к Соколову, который застыл с поднятым слитком, глядя на штурмующих с холодной оценкой хищника.
— Добрый вечер, Игорь Сергеевич, — сказала она. — Служба финансового мониторинга Министерства обороны. Интерпол тоже передает привет. Золотишко государственное, знаете ли. Мы следили за вами с того момента, как вы купили свой первый фальшивый паспорт.
Соколов перевел взгляд с женщины на поднимающегося с земли Антона. В глазах майора впервые мелькнуло нечто похожее на удивление.
— Значит, крыса была не на острове, — процедил он.
— Крысы съели друг друга на острове, — ответил Антон, сплевывая кровь. — А настоящие паразиты всегда сидят в кабинетах с кондиционерами.

**Эпилог. Граф из порта**

Суд над Соколовым и остатками его банды был закрытым и быстрым. Золото вернули в казну, откуда оно тут же испарилось по другим оффшорным счетам — такие суммы не достаются простым смертным.
Антон Вересаев исчез из материалов дела. Благодаря старым связям Лиды в архивах и паре десятков тысяч долларов, переведенных анонимным меценатом (самим Антоном) на счета нужных адвокатов, запись о его «пожизненном сроке» была заменена на «пропажу без вести при транспортировке». Государству было выгодно забыть о своих ошибках окончательно.
Через месяц в марсельском порту пришвартовалась белоснежная яхта «Индевор».
С борта сошел элегантный господин в светлом пиджаке. Рядом с ним шла красивая молодая женщина. Господин купил виллу на Кап-Ферра, коллекцию импрессионистов и пакет акций крупного IT-холдинга.
Иногда, сидя на террасе с бокалом вина урожая года, когда его ошибочно посадили в тюрьму, Антон открывал ноутбук. Он заходил на закрытые форумы наемников и отставных офицеров.
Там иногда появлялись слухи. Говорили, что на Острове до сих пор идет война. Что оставшиеся в живых несколько спецназовцев и десяток зэков создали там подобие феодального королевства. Что они научились плавить самородную медь и делают наконечники копий, способные пробивать бронежилет.
Говорили, что новым королем острова стал одноглазый Мясник, который ждет корабль из метрополии. Корабль, который привезет ему врага, достойного его стали.
Антон закрывал ноутбук. Он улыбался Лиде, заказывал ужин и смотрел на закат.
Справедливость — слишком дорогое блюдо, чтобы подавать его остывшим. Иногда лучший способ победить систему — это просто выйти из нее навсегда, оставив внутри тех, кто считает себя хозяевами жизни, медленно пожирать друг друга на богом забытом клочке вулканической породы.