Осенний марафон

- Дима, где ты будешь после обеда…
  Немая сцена номер шесть.
  Вообще говоря, Каунова мы ждали.
  За два дня до, застал его в гостях у Насти.
- Я на сорок шестом этаже, радостно сообщил абонент, поэтому слышимость ни к черту.
- Когда приедешь?
- Завтра сообщу, неудобно говорить.
Назавтра сообщений не поступило, но послезавтра раздался звонок
- Где надо быть, раз, и где ты, два!
- В Миассе.
  Каунов верен себе. Внезапный и непредсказуемый, он сбежал из-под персональной опеки детей и внуков, сел старенький, важнее, дизельный автомобиль «Санта-Фе», немного заплутал на трассе, помучался на М-5, но, хвала небу, добрался целехоньким.
  Решил издаваться в Челябинске. Две отдельные книги. С фотографиями, стихами, очерками, эссе и воспоминаниями. Люди, годы, жизнь. Свидетель эпохи, как верно подметил К.А. Шишов.
  Съездили в издательство, выбрали шрифт, обложку и бумагу, получили телефон редактора-корректора, с которой, им оказалась, судя по голосу, молодая женщина, договорились на правки и легкую редактуру, дело пошло, и Каунов снова уехал в Миасс. Могилы дедов, друзья, воспоминания -короче, полеты во сне и наяву.
  Скоро восемьдесят шесть. Похудел, сменил сустав, стал лучше ходить, но чуть хуже слышать, завел нового Бучика (собакин), по утрам делает легкую часовую зарядку, съездил в Турцию, потом в Минск, и вот двухтомник на выходе.
  Кое-что Саша публиковал здесь, но собранное все вместе, с фотографиями, откорректированное и отредактированное, положенное на чистую и добрую бумагу в отменном переплете, это, скажу вам,  други мои, будет вещь.
  Второй визит начался со звонка корректору.
- Сегодня не могу, по-девичьи обволакивающе мурлыкала трубка в ответ на предложение встретиться, уезжаю в Копейск.
- Нет уж позвольте, если вы все время в отъезде, кто тогда редактирует книгу, возопил автор, тем более, я трижды предупреждал о сроках и о том, насколько это важно.
  Пришлось встречаться повторно.
  Место, где располагается издательство, очень уютное. Улица Смирных, что течет параллельно Витебской в промежутке между Тернопольской и Энтузиастов. Да и сама контора приятная - атмосфера не пафосная, люди вежливые и кофе хороший.
- Будем работать вдвоем по двенадцать часов, твердо заявила девушка-корректор.
  На том и порешили, после чего довольный автор бросился названивать по адресам и весям, приводя абонентов в состояние испуганного восторга.
- Как на машине, полыхали девушки-красавицы из семидесятых, совсем из ума выжил!
  Одна безапелляционно предложила немедленно встретиться. Но не просто так, а непременно как в фильме «Семнадцать мгновений весны».
- Ты, вкрадчиво говорила мадам, подъедешь пораньше и займешь столик в правом верхнем углу, а я, вся томная и красивая, как ни в чем не бывало сяду у окна (нижний левый угол), закажу раф с фисташкой и маскарпоне, как-бы случайно обернусь и …
  Театральная пауза.
- И что потом, недоуменно спросил Каунов.
- Потом мы будем молча смотреть друг на друга. Пронзительно и долго.
  Таки они встретились, но вместо пронзительно прекрасной музыки Таривердиева взвыла полицейская сирена.
- Извините, это не вашу машину грузят на эвакуатор, поинтересовался официант, когда Штирлиц заказывал кофе и изысканных сортов мороженное.
  Герой успел.
  После некоторых препирательств, бурной жестикуляции, а также использования строго нормативной лексики, Санту-Фе вернули на землю, после чего кафе аплодировало стоя и в воздух чепчики бросало.
  Трижды посетили Чебуречную на Кировке, в которой подают непомерного размера чебуреки, всякий раз придирчиво рассматривая потолочную лепнину поздне-перестроечного возрождения, и даже сфотографировались на фоне картины, где товарищ Сталин лично жмет руку сотрудникам секретных органов.
  Следует особо отметить бурную активность юного автора. Целыми днями он метался по местам боевой славы, навещал друзей и подруг, сослуживцев, приятелей и знакомых, подолгу сидел в кафе и столовых, безуспешно искал «Белый хутор», гулял туда-обратно Кировку, ходил многими кругами Алое Поле, посещал Христорождественский собор, искренне восхищался Челябинском, а вечерами вдумчиво смотрел на архитектора Пашу из остросюжетного сериала «Невский».
- Все-таки какой хороший актер Паламарчук!
- Угу, кивал, погруженный в пучины философско-литературного интернета адвокат, вообще хороший.
  Перед отъездом Саша в последний раз посетил издательство. Тет-а-тет.
- Обо всем договорился, бодро сообщил он по возвращении, один экземпляр обещали к двадцать восьмому, остальные чуть позже, но
учти, десять экземпляров тебе.
- Мне нужно два - нам и родителям.
- Оставшиеся раздашь по моему указанию.
= Яволь, Маргарита Пална!
  Вчера убыл.
  Стартовал в шесть утра, в пять налегке позвонил из Казани, в полвторого ночи со смехом сообщил, что жив-здоров, но едет на эвакуаторе – пока пил заправочный кофе внутри Санта-Фы самопроизвольно отстегнулся архиважный провод, а нынешним утром торжественно сообщил о благополучном прибытии в город-герой Москва.
  И Слава Богу!