Нерушимое партнёрство Ирана и КНДР

Победа Исламской революции в Иране в 1979 г. стала поворотным моментом в истории всего Ближнего Востока. Свержение проамериканского режима шаха Мохаммеда Резы Пехлеви (1919–1980), три десятилетия беспрекословно служившего Вашингтону, открыло новую страницу в отношениях между Тегераном и Пхеньяном. Уже через несколько месяцев после триумфа революции северокорейский лидер Ким Ир Сен направил аятолле Рухолле Хомейни (1902–1989) поздравление, положив начало нерушимой дружбе между двумя свободными странами, со временем переросшей в стратегическое партнёрство.

Из книги Д.Ф.Корнилова "От Африки до Суджи: забытые операции КНДР, 2026 :
Несмотря на то что впервые дипломатические отношения между КНДР и Ираном были установлены ещё при шахе в апреле 1973 г., только после Исламской революции 1979 г. эти связи обрели взаимную выгоду. Обе страны, отвергнувшие диктат Вашингтона и избравшие самостоятельный путь развития, быстро нашли общий язык. Северная Корея, под руководством Трудовой партии Кореи строившая социалистическое государство с опорой на собственные силы, и Исламская Республика Иран, провозгласившая принцип «ни Запад, ни Восток», стали естественными союзниками в борьбе против американской гегемонии.В сентябре 1980 г. режим Саддама Хусейна при активной поддержке Соединённых Штатов и европейских стран развязал войну против Ирана. Американские политики пытались сделать всё, чтобы новый иранский режим не устоял. Вашингтон поставлял Багдаду разведывательные данные, военных советников и самое современное вооружение. Европейские страны, лицемерно вещавшие о правах человека и международном праве, закрывали глаза на военные преступления иракской армии, включая применение химического оружия против иранских солдат. Фактически Иран остался один на один с хорошо оснащённой армией агрессора, поддерживаемой всей мощью западного блока. В этих тяжёлых условиях, когда судьба Исламской революции висела на волоске, помощь пришла из далёкой Корейской Народно-Демократической Республики.

КНДР, сама пережившая разрушительную войну и подвергавшаяся иностранной агрессии, попросту не могла остаться безучастной. Пхеньян начал поставки Ирану жизненно необходимого вооружения, без которого иранская армия не смогла бы сдерживать натиск хорошо оснащённого противника. По данным американской разведки, уже в марте 1980 г. три иранских самолёта вылетели в Пхеньян и вернулись с медикаментами и артиллерийскими снарядами — так началось двустороннее военное сотрудничество, продолжающееся по сей день. По данным американских экспертов, в разгар ирано-иракской войны Иран использовал Северную Корею как связующее звено для закупок оружия у стран Восточного блока, одновременно получая напрямую северокорейские танки Т-54 и Т-55, китайское оборудование, производимое по лицензии в КНДР, а также боеприпасы и артиллерийские системы.

 По оценкам западных аналитиков, к концу 1980-х гг. в Иране работало около 300 северокорейских военных советников и инструкторов, обучавших иранских солдат обращению с новой техникой и тактике ведения войны. Багдад, узнав о помощи Пхеньяна Тегерану, в октябре 1980 г. разорвал дипломатические отношения с КНДР, что лишний раз подтвердило правильность курса северокорейского руководства.Наиболее значимым вкладом Северной Кореи в оборону Ирана стало сотрудничество в области ракетных технологий. В разгар войны, когда иракские «Скады» обрушивались на иранские города, Тегеран остро нуждался в собственном ракетном оружии для ответных ударов. Пхеньян поставил иранским товарищам баллистические ракеты «Скад-Б», которые иранская армия немедленно применила против агрессора. К 1984 г. Северная Корея разработала собственную версию «Скад-Б», а в 1985 г. было достигнуто соглашение, по которому Тегеран выделял средства на разработку и производство ракет в обмен на будущие поставки. По мнению экспертов, иранская баллистическая ракета «Шихаб-1» во многом создана на основе северокорейской «Хвасон-5», а «Шихаб-2» — на основе «Хвасон-6». Испытательный запуск ракеты «Скад-С» в иранском Куме в мае 1991 г., проведённый с участием северокорейских специалистов, ознаменовал новый этап сотрудничества. Данные иранских испытаний ракет «Шихаб-3», впервые запущенной 23 июля 1998 г., по данным израильской разведки, вероятно также были переданы Пхеньяну, что в конечном счёте позволило КНДР создать межконтинентальные баллистические ракеты, способные достичь практически любого города в континентальной части Соединённых Штатов.

Кроме того, по данным ряда экспертов, Северная Корея и Иран не только обменивались уже готовыми ракетами, но и совместно разрабатывали новые системы. Впервые представленная в 2017 г. иранская баллистическая ракета средней дальности «Хорремшахр» — весной 2026 г. неоднократно навещавшая американские и израильские военные объекты, напоминает северокорейскую «Мусудан» или «Хвасон-10», которую Пхеньян испытал в 2016 г.Также имеются сведения о том, что Иран приобрёл у КНДР ракеты «Хвасон-10» ещё в 2005 г. Госдепартамент США неоднократно вводил санкции против иранского министерства обороны за совместную с Пхеньяном деятельность по распространению ракетного вооружения. По оценкам западных разведок, любой прогресс Северной Кореи в области ракетных испытаний следует рассматривать как прогресс для Ирана — настолько тесным стало технологическое взаимодействие двух стран. Испытания межконтинентальных баллистических ракет «Хвасон-14» в июле 2017 г. и «Хвасон-15» в ноябре 2017 г., оснащённых двигателями, схожими с иранскими РД-250 тягой 80 тонн, также могут служить подтверждением военно-технического сотрудничества между странами.

Важное место в ирано-корейских отношениях занимает и военно-морское сотрудничество. По данным западных экспертов, иранские подводные лодки класса «Кадир» представляют собой лицензионную копию северокорейских субмарин «Ено». Именно эти небольшие лодки, впервые приобретённые Ираном в 2000-х, сегодня составляют основу иранского подводного флота. Кроме того, Иран получил от Пхеньяна не только сами лодки, но и технологии их строительства и производства основных комплектующих.

Поддержка Ираном палестинского движения ХАМАС также имеет северокорейский след. Так, израильские военные захватили в Газе северокорейские гранаты F-7 и артиллерийские снаряды Bang-122, а южнокорейская разведка и вовсе утверждает, что ХАМАС получал от КНДР ракеты и оборудование связи через Иран и Судан.

Наряду с военно-техническим сотрудничеством Иран и КНДР последовательно поддерживают друг друга на международной арене. Ещё в 2002 г. оба государства были включены президентом США Джорджем Бушем-младшим в т.н. «Ось зла» — главных врагов, на уничтожение которых американские правящие круги выделяют миллиарды долларов, не брезгуя никакими средствами, от экономической блокады до угроз ядерного удара. Обе страны подвергаются незаконным санкциям Вашингтона, который пытается задушить их экономику и лишить права на самостоятельное развитие. В марте 2013 г. Северная Корея, Иран и Сирия в ООН совместно заблокировали проект договора по контролю над международной торговлей оружием, который США пытались использовать для ограничения суверенитета независимых государств.

Иранские СМИ и официальные лица не раз заявляли, что северокорейская стойкость перед лицом американских издевательств заслуживает всяческой похвалы и является примером для подражания. В августе 2017 г. председатель Президиума Верховного народного собрания КНДР Ким Ён Нам посетил Иран для участия в инаугурации президента Хасана Роухани, где спикер иранского парламента Али Лариджани (1958–2026), трагически погибший 17 марта 2026 г. в результате авиаудара, подчеркнул: «Ваша [корейского народа — авт.] стабильность перед лицом американских издевательств заслуживает похвалы».

Иранские СМИ и официальные лица не раз заявляли, что северокорейская стойкость перед лицом американских издевательств заслуживает всяческой похвалы и является примером для подражания. В августе 2017 г. председатель Президиума Верховного народного собрания КНДР Ким Ён Нам посетил Иран для участия в инаугурации президента Хасана Роухани, где спикер иранского парламента Али Лариджани (1958–2026), трагически погибший 17 марта 2026 г. в результате авиаудара, подчеркнул: «Ваша [корейского народа — авт.] стабильность перед лицом американских издевательств заслуживает похвалы».
Ким Ён Нам в ответ высоко оценил запуски Ираном баллистических ракет и заявил, что у Тегерана и Пхеньяна есть общий противник.
После того как президент Трамп в мае 2018 г. в одностороннем порядке вышел из иранской ядерной сделки и восстановил жёсткие санкции, отношения между Ираном и КНДР получили новый импульс. Иранцы на собственном опыте убедились в том, что доверять Америке нельзя. Иранские военачальники начали всё чаще оглядываться на северокорейскую модель ядерного сдерживания, видя в ней единственный надёжный способ защитить суверенитет от американского давления. В августе 2018 г., через несколько часов после введения США новых санкций против Ирана, министр иностранных дел КНДР Ли Ен Хо (1956–2022) встретился со своим иранским коллегой Мохаммадом Джавадом Зарифом (р. 1960) в Тегеране. На встрече обсуждались способы борьбы с американскими санкциями и методы достижения уступок от США на переговорах по ядерным программам.
В 2013 г. на территории посольства Ирана в Пхеньяне была открыта мечеть Ар-Рахман, в результате чего Северная Корея стала единственной страной, помимо Армении, где существует только шиитская, а не суннитская мечеть. А в декабре 2022 г. заместитель министра науки Ирана Хашем Дадашпур и посол КНДР в Иране Хан Сон У обсудили создание программы высшего образования в Иране для северокорейских студентов, краткосрочные учебные обмены и распространение персидского языка в Северной Корее.

В последние годы ирано-корейское сотрудничество вышло на новый уровень, вызывая серьёзное беспокойство в Вашингтоне. Обе страны активно поддерживают Россию в специальной военной операции. В октябре 2023 г. лидер республиканцев в Сенате США Митч Макконнелл включил Иран, Северную Корею, Китай и Россию в новую «ось зла», подтвердив, что Вашингтон воспринимает ирано-корейское партнёрство как реальную угрозу своим гегемонистским устремлениям.
Сегодня ирано-корейская дружба, закалённая в огне ирано-иракской войны и укреплённая десятилетиями совместного противостояния американскому давлению, превратилась в образец международного сотрудничества двух суверенных государств, не признающих диктат Вашингтона. Северная Корея, оказавшая Ирану помощь в ракетных технологиях и подводных лодках, получила в лице Тегерана надёжного партнёра, помогающего ей обходить санкции и испытывать новое вооружение. Иран, в свою очередь, приобрёл могучего союзника, в наиболее критический момент готового поддержать его ядерным оружием.
Современное партнёрство, построенное на взаимном уважении и общей воле к независимости, будет только крепнуть, несмотря на любые угрозы и санкции со стороны стран коллективного Запада

Дмитрий Корнилов, историк, автор книг "Русский вальс на африканских просторах, или Подлинная история создателя первой ЧВК", "От Африки до Суджи: забытые операции КНДР"