Вот такая любовь

По вымощенной монахами дороге, сквозь душистую черёмуху и зацветшую яблоню шла, молодо выглядящая, женщина лет тридцати пяти. Глаза её были устремлены вниз. Вид её был измученный, неспокойный. Что-то терзало её душу. Всё время пути она оглядывалась назад, чтобы убедиться, что за неё никто не увязался. Каждый шорох пугал её, каждый писк настораживал. Начавший петь соловей, заставил женщину побежать вперёд. Поняв, что к чему она кротко улыбнулась, но улыбка её была неискренней, зажатой, через силу.
  Женщина раздвинула перед собой большие, раскинувшиеся кусты черники и вышла на склон. Пред ней предстала Кама. Гордая и могучая река! Чуть дальше стояло крупное дерево яблони. Оно не цвело, как остальные его собратья. Оно, словно предзнаменовало ужасную участь женщины.
  Она подошла к краю обрыва и широкими ноздрями вобрала в себя свободный Камский воздух. Он один успокаивал её. Чайки пролетали над обрывом и садились на черёмуху, в воде плескалась крупная рыба. Послышался звон колоколов, доносящийся из Покровского Собора.
  Женщина оглянулась и, перекрестившись три раза, направилась к той увядающей яблоне. Она сняла с плеча рабочую сумку из самой дешёвой ткани и достала из неё толстую верёвку. Встав на сук, выходящий из нижней части дерева, она перекинула жгут через толстую ветку и затянула узел. Затем, пролезла туда головой. «Прости меня, Господи!» - крикнула она и хотела было спрыгнуть, но её остановил равнодушный мужской голос.
-Подождёшь? Я деревце обработаю, - спокойно спросил вышедший к ней монах.
  Женщина быстро вылезла из узла и спрыгнула на землю, сев на пол и сжав натёртыми руками красные от усталости глаза.
-Господа перед смертью вспомнить решила? – спросил монах.
-Вспомнила… Тебе-то что? Делай, что делаешь!
-Делаю-делаю.
-При жизни не вспоминала, хоть перед смертью решила, авось простит меня, дуру паскудную, - говорила женщина.
-Простил, как видишь.
-Не дури мне голову! – немного подумав, возмутилась женщина.
  Монах пожал плечами и отправился обратно, откуда вышел.
-Постой! – спросила женщина. -А где я?
-На горе Старцевой, - ответил мужчина.
-Как это занесло меня…
  Монах вернулся и посмотрел вдаль. На реку. На город.
-Как я устала от этой жизни… - сказала женщина и без сил повалилась под дерево, на аккуратно постриженную траву.
-Всё проходит, - ответил умудрённо смотрящий в сторону мужчина.
-Это не пройдёт… Я десять лет работаю проституткой по указке мужа, чтобы содержать его и трёх детей, одна из которых сейчас на смертном одре! Что здесь пройдёт? Я конченая. Абсолютно конченая. Мне смысла жить нет! – взвыла женщина.
  Монах призадумался.
-Тяжко. А как же другие дети? Они своей матери не достойны?
-Больно я нужна им. Им от мамки лишь деньги её нужны, кутить по кабакам. Одна дочка мне отрадой была, и та от тифа, бедняжка, помирает, плакалась женщина.
-В тебя как в яблоньку эту, - указал монах, -Заново жизнь вдохнуть можно. Ступай домой, проведи время с дочерью, а завтра свидимся. Здесь же, - сказал монах и скрылся в кустах.
-А как тебя зовут? – немного подумав, спросила женщина.
-Фелофей я, - ответил отдаляющийся голос.
-А я Лариса! – дала знать женщина.
  Менее опустошённой вернулась Лариса Левандовская в свой дом. На кухне сидел муж. Перед ним стояла опустевшая бутылка и стакан. Он лежал на сложенной правой руке и всхлипывал. Лариса, подумав, что муж спит тихонько, на цыпочках попыталась пройти в спальню.
-Нашлялась? – спросил проснувшийся муж.
-Нашлялась, - ответила уставшая Лариса.
-Померла Олька, часа два назад, - равнодушно объявил муж.
  Всё в душе у Ларисы сжалось. Она пожалела, что заговорила с тем монахом. «Лучше бы повесилась», - подумала Лариса, как муж схватил её за шкирку и повалил на диван. Он начал сдирать с неё сарафан.
  Она привыкла к такому исходу событий. Каждый вечер она выкладывала деньги мужу на стол и была изнасилована им же. Но сегодня она не смогла сдерживать слёз. Когда муж приступил к действию, то Лариса посмотрел на пол и увидел маленькое тело, накрытое белой простынёй. Она не смогла не зареветь во весь голос. А мужа это раздражало и он хлестал её по ягодицам, приговаривая, давно для неё необидные слова: «Шлюха», «Шалава», «Грязноротая дрянь».
  Всю ночь Лариса билась в истерике над трупиком дочери, пока её муж отсыпался после очередного запоя. Молча, про себя она задавала Богу вопрос: «Почему именно я? Чем я так провинилась?»
  Утром протрезвевший муж выкопал могилку и похоронил дочку. Сразу после того, как установил крест, он наигранно перекрестился и ушёл домой, продолжать пить, оставив жену один на один с их общим горем. Давно они уже не были супругами в привычном понимании.
  А ведь история Димитрия и Ларисы начиналась красиво. Он посватался к ней, сыграли свадьбу и стали жить соединённые сердца в согласии. Первые два года. Лариса рожала детей, все они умирали, остались лишь только два. Устроили хозяйство своё и, казалось бы, живи да радуйся, но пристрастился Димитрий к рюмке. Каждый вечер после 12-ти часовой смены приходил он и напивался, как последняя скотина. От того его и уволили. Вследствие чего стал он пить в несколько раз сильнее. Через некоторое время на руках Ларисы умерла мать Димитрия, которая одна могла сдерживать порывы сына к алкоголю. Понадобились деньги. А Лариса и сейчас, в свои годы красива, а в то время выглядела, как истинный ангел. Казалось, роды её только стройнили. К тому моменту родила она уже 5 детей. Один вдовец, сосед четы Левандовских, выпивая с Димитрием, попросил воспользоваться его женой и обещал заплатить деньги. Димитрия поманила такая жизнь и он с дуру дал согласие. Лариса сама не ожидала, как была изнасилована стариком. Деньги вдовец не заплатил, за что был избит Димитрием, но пристрастился он к такой беззаботной жизни. Стал он с тех пор или сам приводить в дом мужиков, или выгонять жену на улицу, шляться и зарабатывать средства на пропитание. До сей поры выходит Лариса на Больше-Покровскую, и все знают, что это проститутка. Даже полицейские предъявить ей ничего не могут, так как с недавней поры разрешена стала торговля своим телом, на законодательном уровне.
  Пришла после похорон дочери, разделась и заметила позади себя очередного клиента, которого привёл муж. От неожиданности испугалась, но сразу же была повалена на постель.
  Жизнь казалась ей невыносимой. «Скорее б умереть», - мечтала Лариса.
  Клиент оставил на столе синюю пятирублёвку и одевшись вышел из дому. Женщина лежала лицом к стене, из её глаз непроизвольно лился поток слёз. В дом зашёл уже напившийся муж, он, к счастью Ларисы, повалился на кровать и крепко уснул.
  Женщина тихонько собралась и пошла прогуляться. Народ посматривал на неё, как на последнюю дрянь, увидев очередного мужика, вышедшего из дома Левандовских. Детишки разбегались по домам, видя идущую «ведьму», которой их пугали родители. Одна из баб, как бы случайно толкнула её плечом. Но Лариса всё прощала. Жаль только, что глупый народ не понимал почему Лариса так живёт, что привело её к такой жизни!
  Вновь пробираясь через кусты, на краю обрыва, она увидела своего нового друга. Фелофей сидел, скинув ноги вниз. Он о чём-то задумчиво глядел вдаль, наслаждаясь весной в городе. Снова вдалеке звенели колокола и снова прилетали белоснежные чайки, садясь на ту же душистую черёмуху.
-Она умерла, - тихо сказала Лариса и подсела к Фелофею.
-Значит Богу так угодно. Великая милость. Попала в рай в таком юном возрасте, - посочувствовал и приободрил монах.
-Великая милость? – возмутилась женщина. -В чём же милость? Ребёнка жизни лишить?
-Не испытала она тягостей наших.
  Немного подумав, Лариса молча согласилась со словами своего нового друга. Ей было с ним хорошо, спокойно. Было в нём что-то светлое, разливающееся на всех, кто находился рядом с ним, он будто заряжал своей энергией. Лариса хотела рассказать ему всю свою жизнь, делиться каждым её моментом. И Фелофей в ответ делился с ней самым сокровенным, самыми важными частичками души.
  Лариса рассказывала ему всё, что наболело. О всех её похождениях, о том, как пришла к такому заработку, да рада бы соскочить с него, но не может. Попривыклась и она, и муж её к лёгким деньгам. Лариса впервые не получила осуждения в свою сторону. В своё время, когда муж впервые подложил её под другого, от неё отвернулись все подруги. Фелофей смиренно слушал и поддерживал несчастную Ларису.
  Уходя домой после встречи с другом, она поняла: «Я влюбилась». Также про себя подумал и Фелофей. Лариса оказалась единственной женщиной, к которой он смог испытать неведомое чувство, желание любить. Его стало пожирать это чувство. Больше он не мог стать прежним. Лариса более не выходила у него из головы ни на секунду.
  Проснулась Лариса с окрыляющим чувством любви. Она наготовила мужу на целый день и, занимаясь хозяйством, почувствовала боли в животе. Решилась она провериться, мало ли какая болезнь, ещё не хватало, как тогда на жизнь получать.
  Лариса пошла к известной на районе бабке-повитухе, которая уже не раз выручала её. Та уложила её на стол и принялась к осмотру. Лариса крепко зажмурилась от боли. Закончив осмотр, бабка положила предметы на стол. Она сияющими глазами посмотрела на Ларису.
-Беременна ты. Месяца, как три уже, - сообщила бабка.
-Что? Мне послышалось? Опять? Я ж недавно беременной ходила и три месяца не прошло.
  На счету Ларисы уже было несколько абортов. Все было уже не пересчитать. Последний она сделала три месяца назад и чудесным образом вновь забеременела!
-Что делать будем, дорогая?
-Ясно что! Аборт давай.
-Не буду! – заявила бабка.
-Как не будешь? Сума сошла, старая? Я что мужу скажу? «Давай я тебе чужого ребёнка рожу?» Так что-ли? – возмущалась Лариса.
-У тебя матка изношена от постоянных абортов. Я перед Богом и без того из-за тебя по век грешна! Больше такими делами заниматься не буду.
-Тьфу, дура! Ну по-бабьи меня пойми. Что со мной муж сделает?
-Вот именно! Ты баба! Выкрутись! Скажи ты охранялась с мужиками, потому ребёнок от него, - предложила бабка.
  Недовольная Лариса вернулась домой. Проснулся муж. Сев за стол, Лариса начала разговор.
-Димитр, милый мой, - обратилась Лариса.
-Чего тебе? – отозвался нетрезвый голос.
-Ходила я к бабе Зое. Беременная я, говорит.
-Чего? – соскочил Димитрий. -Чейный он?
-Твой, твой, Митенька. – успокаивала она.
-Мой, шлюха? На тебе за день сто мужиков лежат! Мой хочешь сказать? Смеёшься надо мной? За дурака меня держишь?
-Я с друзьями твоими охрану держу. Они аккуратные. От тебя ребёночек! – уверяла жена.
-На аборт иди к ней. Не потерплю ублюдков твоих! Ольку стерпел, других не стану! – ударил кулаком по столу поддатый Димитрий.
-Нельзя мне уже, понимаешь? Нельзя! Сдохну я, ежели аборт сделаю! Кровью вся истеку и сдохну.
-Ну значица помочь тебе придётся! – встал из-за стола разъярённый Димитрий.
  Он со всей силы размахнулся и ударил жену по лицу, так что та упала без сознания. Он долго колотил полумёртвую жену, а затем снасильничал, пока та спала. На утро позвал он фельдшера. Тот объявил, что случился выкидыш. Лариса, вопреки смерти, выжила. Как же на утро желала она умереть. Долго плакала она, уже успела смириться с будущим пополнением.
  Не успела Лариса оправиться, как пришёл к ней очередной дружок мужа.
  Опустошённой пошла она к своему другу и долго плакалась у него на руках, жалуясь на жизнь. Он жалел её и гладил по головке. А ей в свою очередь было тепло в его объятиях. Долго они могли вот так сидеть и смотреть вдаль, наслаждаясь розовыми майскими закатами.
  Лариса ни за что не хотела возвращаться в свой дом. Мало того, что муж со своими дружками издевался над ней, так ещё и избивал. Она искала спасения только в Фелофее.
-Помоги мне, Фелофеюшка! Умираю я! – умоляла она однажды.
-Чем я тебе помочь могу, милушка? Я монах! – повторял он каждый раз.
-Хоть беги из этого адушника… - задумалась Лариса.
-Покайся и жить легче станет. Пред Богом чиста будешь.
-Что мне твой Бог! Тут я подыхаю. Мне день ото дня тошнее. Того глядишь наизнанку вывернет!
-А ты сходи! – настаивал монах.
-Схожу-схожу… - соглашалась Лариса.
  Но на утро после разговора, приказал Димитрий жене снова идти деньги достать. Пошла она как обычно на Больше-Покровскую к «Проститутскому столбу», где обычно стояли путаны.
  К Ларисе подъехал в богатой повозке какой-то купец. Она показала ему справку и запрыгнула внутрь.
-Этой опять везёт! – приговаривали другие женщины.
  Купец привёз Ларису к себе домой. На пороге дома встретила их гувернантка, как изначально подумала она. Оказалась та гувернантка женой купца. Она приказала экономкам раздеть путану и провести их в покои её мужа. Это слегка насторожило Ларису, но её дело было простым.
  Купец разделся, прилёг на кровать. Его огромный живот расползся на половину матраса. Лариса уже привыкла к подобного рода клиентам. Она сняла с себя шёлковый китайский халат и оказалась полностью обнажённой.
  Купец был сражён на повал красивейшим, для своих уже немалых лет, телом проститутки. Он сразу же приступил к делу.
  Он смог только лишь к ночи, после чего уснул, слегка обняв проститутку. Всю ночь он прохрапел на ухо Ларисе. Она не спала. Всё вспоминала безобразно-толстые складки своего клиента, его вонючее, немытое тело. Создавалось ощущение, что он вовсе за собой не следил. Смутил её также  небольшой отёк на его органах.
-Ты мне понравилась, - подметил на утро купец.
-Скажите мне, от чего вы с женой не спите? – поинтересовалась его ночная подруга
-Да не твоё дело! – воскликнул купец. -Бери деньги и уходи, а то право слово, моя Ульяна Николавна ругаться начнёт, - сказал он и пересчитав деньги, передал их Ларисе.
  Лариса насчитала двадцать рублей. Она быстро оделась и желая забыть эту ночь, как страшный сон, вышла из дома купца.
  Деньги у неё сразу же отнял муж. Их он мгновенно превратил в несколько бутылок самогона. Под вечер пришли сыновья и отняли у родителей десяток рублей. Мать встала защищать отца от побоев, но ей самой попало от непутёвого сына.
-Ах так ты, сучёныш? – воскликнула мать на побои от сына. -Я от тебя сейчас места живого не оставлю, ублюдыш! – ругалась Лариса.
  Она схватила с пола кочергу и размахнувшись ударила сына по голове. Младший сын повалился на пол, а старший от неожиданности выбежал из дома. Димитрий в отместку за сына со всей дури ударил жену, приговаривая: «Чего в мужицкие разборки лезешь, шлюха!»
  На утро сын очнулся с сильными болями в голове. Он протрезвел и долго извинялся перед матерью, списывая своё дурное состояние на одурманивание алкоголем. Лариса всё простила, как прощала обычно. Младший сын нравился ей больше, он реже поднимал на неё руку. Старший сын избивал её с заведомой регулярность, приходя за деньгами.
***
  Через несколько недель после того сильно разболелся живот у Ларисы, что решила она к фельдшеру сходить, провериться. До того было невыносимо, что ночами не спала. Тело её в некоторых интимных местах стало покрываться маленькими язвочками и надрывами. Списывала она эти боли снова или на беременность, или на последствия от регулярных мужьих побоев.
  Глаза фельдшера, осматривавшего женщину, бегали из стороны в сторону. Он закончил осмотр и повернулся к ней спиной, что-то записывая на бумажку.
-Что там?
-Работу свою заканчивайте, - спокойным голосом, вытирая руки после осмотра, сказал врач.
-Чего это? Что у меня? Беременность? – интересовалась ничего неподозревающая Лариса.
-Сифилис, - сделал заключение доктор.
  Всё в глазах Ларисы потемнело. Она перестала слышать, что происходит вокруг неё. Она думала об этом. Рано или поздно, с её профессией, она должна была подцепить какую-то болячку. Жизнь для неё закончилась.
  Идя по воспылавшим зеленью улочкам, опустив свой взгляд вниз, Лариса всё думала, как такое могло произойти и от кого она заразилась. Мужу она решила пока что ни в чём не сознаваться и отказываться от его предложений, прикрываясь месячными.
  Через несколько дней, Лариса, возвращаясь с рынка по Больше-Покровской, встретилась с одной из своих знакомых, по профессии. Слово за слово они разговорились, и Лариса решила поделиться своей бедой.
-Ритонька, я более на работу выходить не буду, - заявила она.
-От чего же? Муж наконец-то взялся за тебя? – посмеялась знакомая.
-Сифилитичка я. Врач так сказал. Выкинула я документы свои.
-Как сифилитичка? – удивилась Рита. -Ты знаешь? Дарья Остроносова недавно с Васильковым, купцом местным, ночь провела. И представляешь, тоже сифилис выявили? – рассказала Рита.
  Тогда у Ларисы всё и сошлось. Те припухлости на органах купца, были не признаками старения, а симптомами сифилиса. Ведь сразу при входе в дом, её смутило, то, что сама жена купца помогла ей с приготовлениями к ночи с её мужем.
-Что же, как пугали? Нос отпадёт, уши? – продолжила интересоваться Ритонька.
-Так видно… Не знаю я, что делать. Мужу как говорить тоже не знаю. Бить начнёт, что деньги не ношу, ушибёт один раз. Сдохну, точно, как скотине суждено.
-Но-но! Не отчаивайся! – успокаивала Рита.
-Чего же тут отчаиваться, скажи? Я законченная теперь. Полностью. Мне смысла жить не осталось. Сколько мне ещё отведено? Полгода? Год максимум? Я сама лучше в Каме утоплюсь, муж и не заметит.
  Лариса долго ходила по дому, мешая мужу спать. «Не мельтеши, паскудница! – ругался он. Ночью, лёжа в постели, стал он к ней приставать. Она и решила сознаться, чтобы он себе жизнь болезнями не портил.
-Не надо, Димитр, - начала она. -Больная я.
-Чем больная?
-Сифилис у меня, врач сказал, - созналась Лариса.
-Да говори больше! Не хочешь, так и говори, а я своё по праву возьму! – заявил неповеривший муж.
  Димитрий, не поверив жене, совершил своё грязное дело. После чего на протяжении нескольких недель стали твориться с его организмом странные вещи. Однажды всего его обсыпало красными пятнами. Лариса понимала, что муж её заболел постыдной болезнью, но Димитрий будучи пьяным, когда совершал дело, ничего не помнил и о сифилисе даже не подозревал.
***
  После многих встреч, Фелофей до безумия влюбился в Ларису. Когда они снова сидели на краю, свесив ноги, монах потянулся к женщине своими губами. Она, заприметив это, сразу же от него отвернулась, чтобы и его не заражать постыдной болезнью.
-Прости… - извинился Фелофей. -Бес попутал. Не знаю, что на меня нашло.
-Ничего…
 Лариса наконец-то решила ему сознаться, что скоро покинет этот мир, по причине распущенности своей.
-Я больна, Фелофеюшка, - вновь повернувшись к нему, созналась она.
-Чем больна? Серьёзно? Выздоровеешь? – заволновался он.
-От такого не выздоравливают. Сифилисом я больная. Теперь не люба я тебе буду. Не захочешь с такой водиться.
-Брось ты! – призадумался монах. -Давай сбежим отсюда! – неожиданно для себя, а тем более для Ларисы, предложил он.
-Куда сбежим? Ты сума сошёл? – недоумевала Лариса.
-Куда хочешь! Можем к югу, море посмотрим! – воодушевлённо продолжал монах.
-Что я мужу скажу? А ты что своим скажешь? «Поехал я к морю с конченой сифилитичкой»? – иронизировала Лариса.
-Уйду, меня давно ничего не держит.
  Фелофей оказался в этом монастыре по собственному желанию. Сестра Агафья, посоветовала ему обратиться к Богу. Она застала его в петле. Этот умудрённый жизнью монах, оказался неудавшимся самоубийцей. Судьба его была тоже полной горестями и печалями. Решился он на самый тяжкий грех после того, как умерла его любимая жена в родах, а после неё через несколько месяцев и их пятилетний сын. За то он полюбил Ларису, что себя в ней увидел.
-Я ждать тебя буду. Послезавтра. На вокзале. Билеты я куплю, не беспокойся, - проговорил Фелофей, словно приказал, и вновь, как обычно он любил это делать, скрылся в кустах, уходя в келью.
  Лариса долго размышляла. «Неужели заправду влюбился?» «Неужели достойна я того, чтоб меня любили?» «Может пошутил он и бросит меня на том вокзале, как дурочку последнюю?» Если серьёзно задуматься, то на самом деле – только сильнейшая любовь может заставить совершенно здорового человека пойти хоть на край света за больной сифилисом проституткой.
***
  Следующий день Лариса жила как обычно, чтобы не привлекать внимания мужа. Он ворочался на кровати в сильных муках. Болезнь начала давать о себе знать. Лариса подходила к нему, гладила его кудрявую, грязную голову и приговаривала: «Спи, спи».
  Пока муж уснул, решилась Лариса впервые за несколько десятилетий сходить и покаяться. Словно голос какой-то позвал её туда. Достала она из сундука старый, дождавшийся своего часа, платок и нацепила на себя.
  Встав перед входом в храм, Лариса три раза перекрестилась и сделала поклон. Какая-то непредсказуемая сила останавливала её перед входом. Тогда она встала на колени и взмолилась. Слёзы сами пошли из её глаз. Сила, не пускавшая Ларису в храм, отступила и она, вытирая слёзы вошла в него.
  В дальнем углу храма, батюшка уже отпускал грехи кающимся. Лариса медленно подошла к нему. Сердце её забилось, как бешеное, а ноги начали трястись.
-Что тебя привело ко мне, дитя моё? – спросил пожилой священник.
-И начать с чего не знаю, - замялась Лариса.
-Что тревожит? От чего не спишь ночами?
-Блудница я. Только этим на жизнь и умею зарабатывать. От того и болезнь нехорошую подцепила. Подохну через год, другой.
  Священник кивал и почёсывал свою седую бородку.
-Повеситься хотела. Самый тяжкий грех совершить, - сказала Лариса и взглянула на задумавшегося батюшка. -Причина была! У меня не жизнь, это мука, хуже ада! – начала она вопить. -Ну что вы киваете? Не отпустите грехи? Так и скажите, чего издеваться над убогой!
-Перекрестись и целуй Евангелие, - велел батюшка.
  Лариса была поражена. Она до последнего думала, что так и уйдёт из этого мира непокаянной. И вновь слёзы покатились с её гладких щёк. Она встала на колени перед батюшкой.
-Простите меня! Простите! – умоляла она.
-У Бога проси! Всем прощение найдётся! Мария Египетская до семнадцати лет блудила, пока не пришла к Богу. Она теперь покровительница твоя. Молись ей и не греши боле. Тогда откроются пред тобой после смерти врата Рая Божьего, где обретёшь ты покой после жизни своей мучительной. Не в силах ни ты, ни я, никто либо ещё обвинять Господа нашего в жизни своей тяжёлой, какой бы она ни была.
-Спасибо, батюшка, - благодарила Лариса, -Спасибо вам. Я за вас молиться стану!
-А я за тебя, дочь моя. Скоро тьма отступит, поверь мне…
  Впервые за несколько лет Лариса захотела жить. Что-то необычное загорелось в ней. Из храма она вышла окрылённая. Простые человеческие чувства вернулись в её невесёлую жизнь. Она впервые захотела домой, куда она обычно шла с большим нежеланием.
***
  Муж спал. Его сильно лихорадило. Проходя мимо него, она заметила, как гнило его ухо. С утра она отправила его к фельдшеру. Димитрий с большим нежеланием пошёл к нему. А сама она в это время начала собирать вещи чтобы сбежать.
  Тем временем Фелофей также собирал свои вещи. Собрав их, он направился к игумену Георгию.
-Ваше преосвященство, - обратился он.
-Да, сын мой, обращайся?
-Я нашёл свой путь. Я хочу покинуть монастырь. Знаю, что огромный грех совершаю. Но не могу иначе. Не могу…
-Это твой выбор, Фелофей. Ты был и есть свободный человек, один Бог над тобой властен. Благословить не могу на это дело, не серчай, - сказал игумен.
-Спасибо вам за всё, за мудрость, за отцовскую любовь, - благодарил монах.
  Провожали Фелофея все монахи. За время жизни трутником при монастыре, он многому научился. А самое главное – заново научился любить и обуздал это залежавшееся чувство!
***
  Дверь громко хлопнула. В дом ворвался разъярённый Димитрий. Он попытался с ходу ударить жену, но она увернулась.
-Что с тобой? – спросила удивлённая Лариса.
-Шкура ты! Шалава последняя! – обвинял Димитрий.
-Не по твоей ли воле, милый? – иронизировала Лариса.
  Димитрий, вновь замахнувшись на жену, промазал. Лариса снова смогла увернуться.
-Грязная шлюха, заразила меня, паскудница!
-Предупреждала я тебя, дурак! Обо всём предупреждала.
-Дурак говоришь? Дурак? Шлюха! – кричал Димитрий, пытаясь достать Ларису. Она умело увиливала от кулаков мужа. -Пришибу! – приблизился к Ларисе Димитрий.
  Лариса быстро схватила ту самую кочергу, которой она недавно огрела дурного сына, и со всей дури железкой ударила мужа по виску. Он повалился без сознания. Недолго думая, Лариса схватила, собранные вещи, и мгновенно вылетела из дома.
  Вскоре неубиваемый муж проснулся и не обнаружил дома жену от чего, взбешённый наглым побегом, начал крушить мебель,
***
  В толпе Лариса глазами искала Фелофея, задаваясь вопросом: «Неужели бросил?» Но вдруг среди сотен людей, она заметила его, стоящего в дверях вагона.
  Поезд уже начал трогаться. Расталкивая людей, Лариса пыталась скорее запрыгнуть к мужчине.
  Расстроенный Фелофей смотрел по сторонам и пытался найти в толпе свою Ларису. Неожиданно она запрыгнула прямо в объятия Фелофея.
-Господи! Я думал ты уже не придёшь!
  Лариса молча обнимала Фелофея и глотала свои слёзы. «Всё закончилось…»
***
  Сонный Фелофей сидел напротив Ларисы. Она не могла отвести от него своих искренних глаз. Её переполняло счастье, оно лилось через край, неведомо откуда взявшись. Она не знала, что ждёт её дальше, но это было так не важно, ведь он был рядом. Теперь он для неё весь мир, он спасение, он – всё!
-Что-то не так? - спросил, заметивший на себе пристальный взгляд, Фелофей.
  Лариса помотала головой, продолжая смотреть широко раскрытыми ребячьими глазами на своего спасителя, и сказала тихим, влюблённым голосом: «Как же долго я тебя ждала…»