На малой родине

  Я  так ужедавно не был у себя на малой родине,  а  если точнее сказать, то больше пятидесяти пяти лет.
 И вот  мне  так захотелось побывать на малой родине - что я наконец собрался с духом и поехал.
 
На малую родину ходит автобус  Пазик каждый день с местного автовокзала.

Билет стоит не очень дорого, сто сорок рублей.
Билеты продавала  толстая рыжая кондуктор прямо в автобусе. У ней на большой груди висит валидатор, я приложил туда карточку и через некоторое время мы поехали.
Я смотрел в окно автобуса и не мог поверить своим глазам.
Прямая как стрела асфальтированная дорога стелилась передо мной, а я ведь помню времена, когда тут был разбитый просёлок, где с трудом пробирались колёсные тракторы и даже не редко можно было увидеть  телегу с лошадью или медведя.
Мимо мелькали поля, перелески.
Заброшенные фермы и остовы каких то технических  кирпичных зданий.
Ржавые останки комбайнов и молотилок.
Следы ушедшего времени.

Небольшие речушки с илистыми берегами, зелёные луга- где когда то беспечный пастух пас стадо пёстрых колхозных в и коров.
  Далеко далеко в небе неподвижно висят  монбланы белоснежных  огромных облаков.

 Минут через тридцать я вышел  из автобуса и дальше пошел пешком.
Чем ближе я подходил, тем глубже волненье охватывало мою грудь и слезы умиления выступали на глазах..
Вот и речушка, где я в детстве рыбачил, учился плавать.
Каменный брод, здесь была стоянка первобытного охотника, и я там нашёл каменный топор во втором классе, а позднее там же нашёл ржавый ствол пулемёта Максим.
И  вот за макушки деревьев показались крыша.
Раньше тут была конюшня, мы с пацанами бегали по крыше из жердей, когда лошадей пасли летом в полях.
.

Ничего тут  в деревне не изменилось, те же куры копошатся в пыльной земле, тот же телёнок на привязи, так же утки и гуси деловито плавают в заросшей тиной большой луже.
А вот и дом  учительницы Катерины Ивановны.
Раньше тут был забор из металлической сетки, потому что они единственные держали кроликов.
А рядом из железной трубы тек ручей с холодной и чистой водой.
Теперь ни забора ни родника не было и в помине.

- А они уехали ещё в семидесятые в Златоуст, объяснил какой  то незнакомый мужичок и попросил у меня пятьдесят рублей.
 Я дал ему сто, и поспрашивал есть ли кто из знакомых.
Оказалось никого нет- все поумирали , или же уехали незнамо куда- а сам этот мужичок работал на северах, а сейчас пока  он строит баню, потому что старая совсем развалилась.
  Я походил туда сюда по деревне.
Школу разобрали ещё в семьдесят пятом, потому что некому было учится, сказала мне загорелая старушка в джинсах.
А клуб сам развалился, потому что сгнил, добавил проходящий мимо инвалид с ведром картошки.
Он попросил тоже пятьдесят рублей и закурить.

, А после всего, я пешком дошёл до шоссе и на попутке доехал до дома и стал сразу варить суп, потому что очень проголодался на свежем воздухе.