Этюд Аэлита. Курс на миллион

(из цикла «ироническая проза»)

Аэлита влетела в кабинет профессора с блокнотом, исписанным стрелками, кружками и словом «ПОТОК» подчёркнутым трижды. За ней вошла Лесли с явным намерением ничего не комментировать, что само по себе было подозрительно.
— Я нашла своё призвание, — объявила Аэлита, падая в кресло. — Финансовая независимость через личный бренд.
Профессор отложил книгу.
— Через что?
— Я прошла курс, — Аэлита раскрыла блокнот на середине. — «Как превратить хаос в капитал за девяносто дней». Ведущая — женщина в жёлтом пиджаке, с яхтой на заднем фоне видео.
— Яхта была настоящая? — уточнил профессор.
— Не уверена, — призналась Аэлита. — Но энергетика была настоящая.
Лесли наконец не выдержала.
— Расскажи, что купила на первом же занятии.
Аэлита слегка стушевалась.
— Я купила «Комплект визионера». Дневник для целей. Карточки с аффирмациями. И доступ в закрытый чат единомышленников.
— Сколько стоил комплект?
— Это неважно, — отмахнулась Аэлита. — Важно, что теперь у меня есть система.
— Система стоила как её месячная зарплата, — сообщила Лесли профессору доверительным тоном.
— Это было вложением в себя!
Профессор сложил руки на столе.
— И как проявляет себя система?
Аэлита оживилась, листая блокнот.
— Каждое утро я записываю три желания, произношу их вслух перед зеркалом и представляю, как деньги уже пришли. Ведущая называет это «эффектом притяжения».
— А в чат-то что пишут? — спросила Лесли, явно предвкушая продолжение.
— Там все делятся успехами, — Аэлита слегка замялась. — Вчера одна девушка написала, что визуализировала новую машину и через неделю увидела точно такую же на парковке.
— Она увидела чужую машину, — уточнила Лесли. — Не свою.
— Это было знаком! Вселенная показывает, что путь верный.
Профессор потёр переносицу.
— А вы что визуализировали?
— Редакторское кресло, — с достоинством ответила Аэлита. — То самое, главное. Я представляла себя сидящей в нём каждое утро десять минут.
— И как успехи? — спросил профессор, уже понимая, к чему идёт разговор.
— Вчера я случайно села в него в обеденный перерыв, пока редактор был на встрече, — призналась Аэлита. — Охранник попросил меня встать. Сказал, это не игровая площадка.
Лесли фыркнула в кулак.
— Она обиделась на охранника так, будто он лично саботирует её финансовый поток.
— Он не понимает энергетику пространства, — упрямо сказала Аэлита.
Профессор сложил пальцы домиком.
— Аэлита, что вам на самом деле обещал этот курс?
Она задумалась, впервые за разговор без театральности.
— Что если я буду правильно думать, всё само наладится. Что не нужно ничего менять усилиями, достаточно поменять мысли.
— А руками что-нибудь менять пробовали? — мягко спросил профессор. — Например, поговорить с редактором напрямую о повышении, а не садиться в его кресло тайком?
Аэлита притихла.
— Это страшнее, чем карточки с аффирмациями.
— Зато срабатывает чаще, — заметила Лесли.
Профессор кивнул.
— Визуализация не заменяет разговора. Дневник целей не заменяет заявления о повышении. Вселенная, при всём уважении, не читает ваши записи в блокноте. Читает их разве что Лесли, из вашего же стола, когда вы отходите за кофе.
— Я не читаю! — возмутилась Лесли. — Один раз. Из чистого любопытства.
Аэлита посмотрела на блокнот, потом на профессора, медленно захлопнула его.
— Значит, чат единомышленников можно покинуть?
— Можно. Заодно и деньги сэкономите на следующем «Комплекте визионера».
— Там как раз анонсировали второй уровень, — вздохнула Аэлита. — «Квантовый скачок дохода». Дороже первого вдвое.
— Естественно, — кивнула Лесли. — Квант не бывает дешёвым.
Они поднялись, Аэлита уже без прежнего энтузиазма сжимая блокнот подмышкой. Из коридора донеслось: «А что если завтра просто прийти и попросить прибавку словами, без визуализации? Это вообще законно?»
Профессор посмотрел на карандаш, спокойно лежащий на столе, без единой аффирмации в его короткой карандашной жизни, и записал в блокноте: «спросить у Амаль, свободно ли ректорское кресло завтра в обед. На всякий случай — для тренировки разговора, не для визуализации».

Конец эпизода.