Осенняя хандра

В сентябре Питер наконец выдыхает. Набережные пустеют, и влажный воздух впервые за долгое время принадлежит только тебе.

Небо опускается низко, до самых крыш, растворяя краски в ровном свинцовом оттенке. К этой серости быстро привыкаешь – она обволакивает и успокаивает. Дождя может не быть часами, но джинсы всё равно сырые до колен, а лицо покрывается извечной питерской моросью.

Состояние меняется вместе с датой в календаре. Хандра включается  автоматически... Хочется застегнуть куртку до самого подбородка, спрятать руки глубоко в карманы и мерить шагами пролёты Благовещенского моста – не потому что куда-то нужно, а просто чтобы сбежать из давящих четырёх стен.

А когда пальцы совсем окоченеют, ты сворачиваешь в маленькое уютное кафе. Садишься за столик у самого стекла, греешь ладони о горячую чашку кофе и замечаешь, как снаружи к мокрому окну прилип жёлтый лист. Глядя на него, ты вдруг понимаешь: этот лист, как и ты сам, просто замер посреди огромной питерской осени. И ему, прижавшемуся к тёплому стеклу, также никуда не нужно спешить.

Ты делаешь глоток... За стеклом тяжело дышит Нева, размывая огни на том берегу. И понимаешь, что никому ничего не нужно доказывать. Можно просто смотреть на воду, чувствуя, как тепло медленно возвращается в кончики пальцев...