Быль 21-го века

Сборник рассказов.

Быль 21-го века.

 Быль 21-го века.
2019 год. Одесская область. Город Кодыма.
В немаленьком Кодымском районе таки остались две симпатичных не глупые евреечки, непонятно, по каким причинам, не уехавшие ни в США, ни в Израиль.
Середина ноября. Кодыма. На улице -10 по Цельсию. Газа нет. В доме не теплее.
Две пожилые одинокие подружки еврейки между собой речь:
 — Дрова таки давно под стрехой, а топить нечем!
 — Соня, давай зараз позвоним этим гитлерам в СБУ и скажем, шо ты таки нашла предсмертную записку Мойши, в которой муженёк пишет, шо спрятал брильянты в полене, а и чурка таки спокойно лежит в поленнице наших дров и ждёт вже горячо любимых товаришов-друзей. Жадность бандерам в пятку головная боль таки на мозг.
 —  Рая, звонить надо только на мове. У тебя лучше получится. Давай наши дрова сложим в оду кучу.
День и ночь складывали. Не замёрзли.
Утром Рая по мобильнику:
—  Це СБУ? Ви знаєте, я тут знайшла в пляшці з під шампанського Мойшіну записку. Він пише, що ще за радянської влади сховав в поліні діаманти. Мені полін вже не розрубати. Я б їх віддала до армії, щоб вони, нарешті, закінчили війну в Україні. Тоді, нам дадуть газ і в будинку знову буде тепло.
В ответ:
— Зараз будемо!
Понаехало человек 20. Как один с топорами. Дрова таки порубили сразу. Ничего не нашли.
 — Шо зі старух взяти. Нічого! У них навіть сала нема, Євреї сало ні їдять! І самогонку вони не п'ють. Пішли звідси!
Две подружки сидят в тепле за столом. Чай пьют.
— Ну, теперь не одну зиму в тепле жить будем!
За неделю сложили дрова, каждая под собственной стрехой под навесом.


Бездомный.

 Лихие девяностые. Москва. Калужская застава. Кафе «Паланга». Ясный солнечный летний денёк. На сером асфальте у входа сидит бомж. Вернисаж ельцинских алкогольных времён.
 Президент алкоголик решил Россию утопить в водке.
 Посетительница приятной внешности вышла из ресторанчика. Нежный восторженный взор красавицы в роскошной одежде задержался на чудесном виде зданий на другой стороне. Справа от магазина "Спартак" скользнул в глубине двора по металлической ограде калитке Нескучного сада. Мысли будоражили духовный разум девчушки воспоминаниями о забытом кошмарном былом времени. Девушка остановилась, как будто внезапно заболело сердце. Женщина прижала к груди дрожащую ручку. Красочный пейзаж улицы напомнил чувственно дорогое близкое прошлое. Эскизы картинок жизни, захлестнули девичью душу. Неведомые волны накатывались на девицу девятым валом. Не отрывая взгляда, глядела на уличного бродягу. Отяжелевшие ноги приклеились на тротуаре подле сидящего нищего.
 Бедняга посмотрел открытыми дружелюбными ласковыми чистыми бездонными чёрными глазами на юное небесное создание. Мужчина не понимал, зачем модно одетая молодая барышня не отводит добрых голубых очей от обросшего, грязного бродяжки. По внешнему облику смуглянки нищеброд судил: проблем с деньгами у таких дамочек быть не может. Побирушка подумал не без греха, что модница надумала посмеяться над ним. Так делали многочисленные прохожие, которые спешили в метро. Метрополитен за углом рядом. От станции "Ленинский проспект" милиция гоняла дурно пахнувших неряшливых людей. Казавшийся старцем он, тихим голосом, переходящим на шёпот, попросил оставить его в покое.  Прелестница продолжала стоять и смотреть на бородача.
 Обаятельно улыбаясь, поинтересовалась, не голоден ли бедняк. Услышала короткое категоричное слово: - Нет! В сердечке парня и по телу побежали мурашки. Вежливо обратившись к симпатичной даме, просил уйти. В ответ очаровательница улыбнулась широкой обезоруживающей улыбкой. Положила свою женскую руку на мужское плечо. До сознания бездомного не доходило, почему чаровница никак не желает уходить.
Люди, проходящие мимо, интересовались, не нужна ли какая-либо помощь. В те времена в столице было много неравнодушных горожан. На что она ответила, что всё в порядке.
 — Этот товарищ производит хорошее впечатление. Горячее желание накормить несчастного человека захватило милую незнакомку. Подошли два милиционера. Стражи закона помогли подняться бородатому парнишке, который в полном недоумении отказывался от поддержки, но благодетельница настаивала на своем.
 Спасительница совместно помощниками подняла спутника и отвела в помещение. Был полдень. Ресторан днём был полупустой. Подошедший к столику молоденький официант удивился повторному посещению гражданочки с неопрятным приятелем. Метрдотель отказался обслуживать необычную компанию. Стал выгонять посетителей из зала. Когда покровительница сказала мажору, что является начальником торгового отдела Юго-западного округа и показала удостоверение, персонал мгновенно изменил отношение к гостям.
 Оба сели за стол. Завязалась негромкая беседа. Протянула собеседнику меню.
— Выбирайте, Александр Трофимович.
 С уважением к давнему знакомцу, спросила:
— Вы помните меня? Саша откликнулся, что её лицо кажется знакомым, но не мог вспомнить, где и когда видел защитницу.
Заступница начала рассказ:
— Во второй половине восьмидесятых, как раз в антиалкогольную кампанию, выпускница провинциального института приехала в стольный град. Шла перестройка Советского Союза. Народу навязывался капитализм с вытекающими последствиями. Гражданку без племени и роду ожидала неудача. Несколько дней кроме чая и двух, трёх сушек, купленных на Павелецком вокзале, я ничего не ела. Надеясь, что-нибудь поесть и согреться, забежала в молодёжную забегаловку замерзшая, хотя чувствовала, что меня могут выставить за дверь. Вы, красавец моих лет тогда работали распорядителем. Усадили бедняжку на место у окна. Заплатили за сказочный обед. В тот день мне предложили работу. Так началась моя московская карьера. Теперь я важный чиновник в городе. Пожалуйста, уважаемый друг, пройдём в высотку на площадь Гагарина ко мне в квартиру.
Шура не мог поверить в то, что это происходит с ним. Мгновеньем заслезились глаза. Восстановил в памяти личность испуганной неожиданной гостьи, которой подарил веру в людей.
На следующий день у порога столичной ресторации стоял скромный менеджер. Старожилы спрашивали:
— Саня, как там, за бугром?
— Здесь я дома, отвечал каждому, кто приходил. Вечерами меня ждёт любимая кудесница жена.