Третья рюмка

Город Хошимин, ранее - Сайгон - столица южного Вьетнама, это шумный многолюдный город с множеством мотоциклов, велосипедов, машин и рикшей...

А поскольку группа попала в канун вьетнамского Нового года, у многих на багажниках и в руках были маленькие живые мандариновые деревья с ярко-оранжевыми плодами, напоминающими новогодние игрушки - таковы традиции в этой стране.

И ещё забавно было видеть, как на тротуарах меж ногами прохожих что-то клюют обычные куры. При этом ни одна из них на проезжую часть не выбегает.

Оказывается, к лапке каждой привязана верёвочка, которая вела в ближайший двор и не позволяла им убегать далеко.

Конечно, осмотрели все достопримечательности с подробным рассказом Миши: и собор Нотр-Дам, и Оперный театр, побывали на смотровой площадке с великолепными видами на город...

Но куры и новогодние мандариновые деревца запомнились больше всего...

В этот первый день в Сайгоне было 13-е января. Старый Новый год по русскому обычаю.
 
В одном из номеров накрыли стол. У наших запасливых дамочек нашлась селёдка, сало и бутылка "Столичной". Остальное принесли из ресторана. Стол получился на славу.

С трудом растолковали Мише, что означает этот праздник.

Налили по первой. Выпили. Крякнули. Закусили.

Тут Петрович заметил, что Миша к своей рюмке даже не притронулся.
-Ты шо, сынок, нас не уважаешь?

- Я уважаю и даже люблю русские обычаи, но после третьей рюмки ложусь спать под стол. Уже проверено.

Иван Петрович прищурился и посмотрел на Мишу  с сомнением.
- Не может быть! Такой молодой здоровый хлопец?...

.. Через пять минут после третьей рюмки Миша уткнулся носом в салат, и им пришлось относить его на руках в номер.

Андрей, как доктор, объяснил:

- У некоторых народов Азии и коренных жителей крайнего Севера в организме отсутствуют ферменты, расщепляющие алкоголь, а у нас, и особенно выходцев с Украины, ярким представителем которой является Петрович, этих ферментов в достаточном количестве...

Подтверждением был недавний случай в ресторане.
 
На обед у каждого на столе стояла бутылка пива, а Петрович однажды поинтересовался у гида:

- А нельзя ли давать что-нибудь покрепче?

После этого перед ним всегда стояла бутылка местной рисовой водки. Оказалось, что цена пива и водки одинакова.

Выпивая свою бутылку, дядя Ваня всегда оставался трезв.