Холокост. Вина Великобритании

                Нет человека, который был бы трусом
                большим, чем эгоист, и нет человека
                более жестокого, чем эгоист.       
                Хорхе Анхель Ливрага               
               

               
       Прежде чем переходить к рассмотрению этой темы, бросим беглый взгляд на тысячелетнюю историю евреев Англии. В Средние века евреи и всё их имущество в Англии являлись собственностью короля. Это позволяло короне беззастенчиво обирать их. Церковь запрещала христианам заниматься ростовщичеством, и эту нишу традиционно занимали евреи. Они играли заметную роль в финансовой жизни страны, однако подвергались жестоким преследованиям. Короли не всегда могли, да и не всегда хотели защищать их. Самые жестокие еврейские погромы прокатились по стране в 1189 – 1190 годах, перед Третьим крестовым походом. Будущие крестоносцы, местные бароны и простые горожане громили еврейские общины по всей Англии. Главной причиной было стремление уничтожить долговые расписки и ограбить еврейские дома. Дополнительной причиной являлся религиозный фанатизм: желание расправиться с «врагами Христа» у себя на родине перед тем, как отправиться на Святую землю. Кроме того, агрессия подогревалась появившимися в Англии впервые в истории кровавыми наветами (мифы о том, что евреи якобы совершают ритуальные убийства христианских детей). Имело значение и то, что еврейские общины были беззащитны - им строго запрещалось владеть любым оружием.
      Самым страшным и кровавым был погром в Йорке, когда погибла вся община города – 150 человек. Спасаясь от разъярённой толпы, евреи укрылись в башне королевского замка. Понимая, что положение безвыходное, большинство из них предпочли покончить с собой. Те же немногие, кто сдался на милость осаждавшим, были растерзаны толпой. Король Ричард I  Львиное Сердце находился в это время во Франции и готовился к крестовому походу. Узнав о случившемся, он пришёл в ярость.
Но не потому, что пожалел людей, а из-за того, что погромщики сожгли долговые книги с копиями долговых расписок, по которым он собирался получить с евреев огромные деньги. Убийство евреев приравнивалось к порче королевского имущества. Шериф и комендант замка были уволены, земли и поместья бежавших дворян-зачинщиков – конфискованы в казну, на город и персонально на самых богатых жителей наложили огромные штрафы. Наказания оказались сравнительно мягкими, потому что короне по другим документам удалось восстановить записи о долгах и взыскать их до последнего пенни.   
      В 1275 году король Эдуард I принял «Статут о еврействе», который запрещал евреям заниматься ростовщичеством, предлагая вместо этого торговлю, ремёсла или фермерство. Но реформа провалилась – торговые и ремесленные гильдии  противились приёму иноверцев. Что касается занятия фермерством, евреям запрещалось владеть землёй, а кратковременная аренда на срок до 15 лет была слишком мала для экономической стабильности. Кроме того, евреи веками жили в городах и не имели опыта ведения сельскохозяйственных работ. К тому же им было запрещено селиться вне нескольких крупных городов, так что переехать в сельскую местность они просто не могли. Единицам удалось заняться торговлей шерстью или зерном, а также медициной и ювелирным делом. Большинство евреев вконец обнищали, жили распродажей своих домов и другого имущества, старых долговых расписок, а также «обрезанием монет». Это происходило так: от серебряной монеты отрезали или спиливали кусочек, затем обрезки переплавляли в слиток и продавали.  Тем же занимались и бедняки- христиане, но вину возложили на евреев. «Обрезание монет» жестоко преследовалось: только в результате одного процесса было повешено 300 евреев.
      К 1290 году стало ясно, что проект Эдуарда I по «перевоспитанию» евреев провалился, а община настолько обнищала, что больше не могла платить налоги. Вместо английских евреев король стал пользоваться услугами итальянских банкиров (которых, к слову, впоследствии также разорил).
 Убедившись в том, что евреи перестали быть полезными короне, Эдуард I решил изгнать их из страны. Это он оформил как блестящую пиар-акцию и  точно рассчитанный экономический ход. Королю срочно требовались деньги для покрытия долгов и для ведения новых войн. Парламент отказывался утверждать новые налоги, требуя от Эдуарда ответных шагов. В обмен на изгнание евреев Парламент утвердил рекордный по тем временам  налог – 116 000 фунтов стерлингов. Кроме того, корона присвоила всё остававшееся у евреев недвижимое имущество и невыплаченные долговые обязательства.  Вдобавок  король приобрёл популярность у духовенства, дворян и простолюдинов, ненавидевших евреев. 
      Изгнанникам разрешалось взять с собой только то, что они могли унести в руках. Это была первая депортация евреев из европейского государства. Эдикт был подписан 18 июля 1290 года, а до 1 ноября все евреи должны были под страхом смертной казни покинуть Англию. Беженцам гарантировали безопасность, но были случаи нарушения этого обещания. Например, капитан одного из кораблей высадил нескольких пассажиров на песчаную отмель в устье Темзы во время отлива, чтобы «размять ноги».  А после начала прилива взобрался по канату на корабль и оставил несчастных тонуть, крикнув им, чтобы они молились своему Моисею, перед которым расступилось море.  Себе он присвоил имущество погибших. Правда, впоследствии капитан и матросы были преданы суду и повешены.
      Лишь в 1656 - 1657 годах Кромвель неофициально вернул евреев в Англию.  Он сделал это потому, что хотел переманить из Амстердама в Лондон богатых еврейских финансистов и купцов, ослабив тем самым главного торгового соперника Англии – Голландию, а также получить средства на ведение войн. Кроме того, Кромвель, как и другие пуритане, верил в библейское пророчество о том, что Второе пришествие Христа произойдёт только после того, как евреи расселятся по всей земле.
      Далее евреи активно включались в финансовую жизнь страны. Они боролись за свои гражданские и политические права. В этом отношении показателен случай с Лайонелом де Ротшильдом, который в течение 11 лет избирался в Парламент, но не мог занять своё место из-за христианской присяги, неприемлемой для верующего иудея. Наконец в 1858 году текст присяги для него был изменён, и он, положив руку на Тору, произнёс: «И да поможет мне Иегова». В противоположность Ротшильду, его близкий друг Дизраэли был в детстве крещён по воле отца. Поэтому он беспрепятственно вошёл в Парламент и дважды избирался премьер-министром. Но, несмотря на это, он всю жизнь подвергался жестоким антисемитским нападкам. Его называли «нашим современным Шейлоком», «азиатом», «чужаком». Бенджамин Дизраэли не оставался в долгу. Когда известный ирландский политик Дэниел О-Коннелл публично грубо атаковал Дизраэли, высмеяв его еврейское происхождение и назвав его «потомком нераскаявшегося разбойника, распявшего Христа, и худшим видом негодяев», Дизраэли вызвал обидчика на дуэль. А когда тот отказался, Дизраэли отправил открытое письмо в газету «Таймс» со словами: «Да, я еврей. И в то время, как предки достопочтенного джентльмена были жестокими дикарями на неизвестном острове, мои были священниками в храме Соломона».
      Пример Бенджамина Дизраэли показывает, что к середине XIX века в британском обществе наблюдалась высокая степень интеграции еврейской элиты. Однако всего столетие спустя, в 1930 - 1940-х годах, Великобритании пришлось столкнуться с еврейским вопросом уже не на уровне внутренней политики, а в масштабе глобальной катастрофы. Роль Соединённого Королевства в контексте Холокоста оказалась глубоко неоднозначной: от спасения тысяч жизней  (операция «Киндертранспорт» – было спасено 10 тысяч еврейских детей) до жёстких ограничений для беженцев.
      Но начнём издалека, со 2-го ноября 1917 года. Ноябрь в том году в Лондоне выдался на редкость мягким и тёплым. В здании Министерства иностранных дел Великобритании министр Артур Бальфур держит в руках документ из одного предложения, содержащего 67 слов. Этому документу суждено изменить судьбу Ближнего Востока на десятилетия вперёд. Бальфур подписывает письмо и отдаёт его курьеру. Оно адресовано одному из сионистских лидеров и главе британской еврейской общины Уолтеру Ротшильду.  В письме выражена благосклонность британского правительства к сионистским устремлениям. Текст  обсуждали и согласовывали с июля до конца октября. В обсуждении участвовали британские политики, лидеры сионистского движения, представители еврейской общины Великобритании, а также члены правительств США, Франции и Италии. В  результате  обсуждения в тексте вместо «реконструкции Палестины как еврейского государства» появилось расплывчатое «еврейский национальный очаг в Палестине», то есть имелась в виду не вся Палестина, а её часть. Впоследствии эта Декларация Бальфура вошла в текст Британского мандата на Палестину, одобренного Лигой Наций в 1922 году и имевшего силу закона. Мандат предусматривал создание условий для развития еврейского национального очага, поощрение и облегчение еврейской иммиграции в Палестину, содействие плотному заселению евреями государственных и пустующих земель. Упомянутые ранее лингвистические уловки сработали сразу. В 1921 году Великобритания в лице министра колоний Черчилля выделила земли к востоку от реки Иордан из состава подмандатной Палестины и создала автономный эмират Трансиордания под управлением эмира Абдаллы. Трансиордания (3/4 территории Палестины) была исключена из действия статей мандата, предусматривавших создание «еврейского национального очага». Евреям было запрещено селиться и покупать там земли. Это было сделано для умиротворения эмира Абдаллы,  собиравшегося напасть на союзников Англии – французов, которые свергли с сирийского престола его младшего брата Фейсала. Фейсал же стал королём Ирака.
       В 1922 году министр колоний Черчилль издал Белую книгу, где официально закрепил положение о том, что еврейский национальный очаг будет создан только на зкмлях к западу от реки Иордан. Кроме того, там был введён принцип «экономической ёмкости» страны. Теперь количество въезжающих евреев жёстко регулировалось британской администрацией в зависимости от экономической ситуации и уровня безработицы в Палестине. Однако в тексте было чётко написано, что евреи находятся в Палестине «по праву, а не из милости». Это давало законное основание для продолжения алии, хотя и в ограниченном объеме. Несмотря на то, что документ был призван успокоить общественное мнение после арабских погромов 1921 года, он не устроил ни арабов, ни евреев, и новые столкновения продолжались.
      И, наконец, в 1939 году была издана Белая книга Макдональда, которая фактически отменила все обязательства Великобритании по созданию еврейского национального очага. На ближайшие 5 лет въезд евреев в Палестину ограничивался 75 тысячами человек. В дальнейшем репатриация объявлялась возможной только с согласия арабского большинства (которое, понятно, получено бы не было). Все нелегальные мигранты должны были вычитаться из официальных квот.
       Полиция получила приказ жёстко бороться с нелегалами. На 95% территории Палестины евреям было запрещено покупать земли. Главной причиной появления этого документа было стремление умиротворить восставших арабов.  Премьер-министр Чемберлен панически боялся, что в предстоящей войне с Германией ближневосточные страны встанут на сторону Гитлера, лишив Англию нефти и доступа к Суэцкому каналу.
      Из разрешённых 75 000 квот к концу пятилетнего срока (апрелю 1944 года)  было использовано только 51 000. Это происходило потому, что англичане, боясь разозлить арабов, принимали не более 1 500 человек в месяц. Кроме того, для получения сертификата Белой книги беженцы должны были подвергаться сложной бюрократической процедуре проверки в специальных ведомствах в Европе или в британском консульстве. Для беженцев из гетто и концлагерей во время войны или после неё это было почти невозможно.  И суда с беженцами нелегальной эмиграции (алии Бет) безжалостно перехватывались патрульными  кораблями британцев.
      Одной из самых мрачных страниц этой алии является история гибели судна «Струма». В декабре 1941 года оно вышло из румынского порта Констанца с 769 еврейскими беженцами на борту. Из-за изношенного двигателя корабль доплыл до Стамбула и встал на рейде у входа в Босфор.Беженцы хотели получить транзитные визы, чтобы добраться до Палестины.70 дней судно простояло в Турции. Переговоры с британцами ничего не дали, они отказались принять пассажиров «Струмы», опасаясь создать прецедент и вызвать массовый поток других беженцев. В качестве предлога они высказали опасение, что среди беженцев могут быть вражеские шпионы (Румыния воевала на стороне Германии). Беженцы находились в условиях ужасной антисанитарии и голодали.  Переговоры зашли в тупик. Британцы собирались вроде выдать визы детям, но оформление затянулось. В конце концов 23 февраля 1942 года турецкие полицейские перерубили якорный канат и отбуксировали шхуну с неработающим двигателем, без запасов пищи, воды и топлива в Чёрное море. На следующий день советская подводная лодка приняла судно за вражеский транспорт и торпедировала его. На обломках корабля чудом спаслись два человека – 19-летний беженец Давид Столяр и старший помощник капитана Лазарь Диков. Лазарь ночью умер от переохлаждения. А Давид провёл около суток в ледяной воде, держась за кусок деревянной обшивки. Он всё время двигался и бил себя, чтобы не заснуть и не замёрзнуть. В какой-то момент надежда на спасение покинула его, и он вынул из кармана перочинный ножик, чтобы вскрыть себе вены и не мучиться. Но его руку так свело от холода, что он не смог вытащить лезвие. И не зря – вскоре его заметила и подобрала турецкая береговая охрана и местные рыбаки. В Турции его продержали несколько месяцев в тюрьме «за незаконный въезд», но позже ему разрешили уехать в Палестину. Там он вступил в добровольческие британские силы и принял участие в войне против нацистов. Впоследствии он служил в рядах ЦАХАЛа и участвовал в Войне за независимость Израиля. Долгие годы он избегал рассказывать о пережитом, только под конец жизни нарушил молчание, чтобы сохранить память о трагедии «Струмы». Гибель «Струмы» ещё больше радикализировала подпольные еврейские организации в их борьбе с английскими властями.
      Пассажиров с перехваченных судов британцы помещали в специальные лагеря на Кипре или Маврикии. Но на примере печально известного судна «Эксодус» (Исход) решили проучить еврейских нелегалов и заставить их отказаться от надежды пробраться в Святую землю. Этот корабль с 4.5 тысячами переживших Холокост попытался привезти их из Франции в подмандатную Палестину в 1947 году. Британцы перехватили судно у берегов Хайфы и взяли его на абордаж. Три человека были убиты, около 200 ранены. Судно вернули во Францию, но пассажиры отказались сойти на берег и объявили 24-дневную голодовку. Тогда британские власти привезли их в Германию, силой высадили и заключили в лагеря для перемещённых лиц в своей оккупационной зоне. Кадры с изображением истощённых пленников, которых под дулами автоматов ведут за колючую проволоку в лагеря на германской земле, облетели весь мир и вызвали всеобщее возмущение. Лишь после провозглашения Государства Израиль заключённые смогли наконец попасть в Палестину.
      Кроме того, Великобритания решительно отказывалась разбомбить подъездные пути к лагерям уничтожения, утверждая, что прекращение убийств возможно только в результате победы над Германией.
       Подводя итог, можно сказать, что Великобритания не является инициатором Холокоста, но её жёсткая иммиграционная политика в Палестине сделала Холокост более масштабным. Перехват кораблей с беженцами и строгое соблюдение квот в условиях, когда еврейское население Европы планомерно уничтожалось, возлагает на британские власти прямую историческую ответственность за гибель тысяч людей, которым было отказано в праве на спасение на их исторической родине. Основное положение британского мандата на Палестину – создание еврейского национального очага – было вероломно нарушено.
Закрывая глаза на лагеря смерти ради «политической стабильности» и геополитических игр на Ближнем Востоке, империя совершила страшный выбор. И в контексте Холокоста этот выбор – равнодушие и эгоизм – остался неизгладимым пятном на совести тех, кто мог, но не захотел помочь.
      Исторический парадокс политики Великобритании времён Второй мировой войны обретает сегодня новые, пугающие очертания. Закрывая двери перед еврейскими беженцами в 1930 – 1940-х годах и жёстко ограничивая алию в подмандатную Палестину ради сохранения лояльности  арабского мира, британское правительство пыталось разыграть краткосрочную геополитическую карту. Однако цена этого компромисса оказалась катастрофической как для миллионов жертв Холокоста, так и, в долгосрочной перспективе, для самого Соединенного Королевства.
       Спустя десятилетия маятник истории качнулся в противоположную сторону. Современная Великобритания столкнулась с беспрецедентным ростом мусульманского населения и стремительным изменением своего демографического и культурного ландшафта. Города, которые когда-то были недоступны для спасающихся от нацизма европейских евреев, сегодня демонстрируют колоссальное влияние исламских общин на внутреннюю и внешнюю политику страны.
      Нынешний всплеск антисемитизма в Великобритании, ставший прямым следствием этих демографических сдвигов, выглядит как горькая историческая ирония. Страна, чьё политическое маневрирование в критический момент усугубили трагедию еврейского народа, сегодня сама заложница тех сил, заигрывание с которыми началось ещё в первой половине минувшего века. Прошлое не просто напоминает о себе – оно во многом предопределило теперешний глубокий кризис британской идентичности и безопасности.