Танец Света в Частичке

Медитативная проза

...Свет искрится и движется, меняясь в форме. Их так много, и они такие разные. Всё пространство в линиях ярких цветов и оттенков — и в то же время оно напоминает золотое, рассеянное свечение как от лампы.

— Какой яркий свет пронзает всю меня... Или я сама — свет?! Что со мной?

И тут я стала себя рассматривать. Так удивительно видеть себя в такой форме. Вроде бы есть очертания моего тела, и в то же время их нет. А какое блаженство внутри!

— Боже, как это прекрасно! Какое восхитительное чувство бытия! Благодарю тебя за это...

Меня захватило предполётное чувство радости и лёгкости себя в пространстве линий и форм. И я стала кружиться в танце с формами, которые окружали меня. Какое же это прекрасное ощущение — словно я одно целое с пространством вокруг. Улыбка и смех не прекращаются во мне. И танец — тому подтверждение.

Танцуя с формами, я поймала промелькнувшую мысль:

— Странно... От такого кружения у меня совсем не кружится голова, а наоборот — появляется ещё больше энергии.

Ой, так ведь я закончила свой Путь здесь! «А как же было всё здорово и неописуемо прекрасно!» — с полным вдохновением подумала я. И в мгновение ока вспомнила всю свою последнюю жизнь: со взлётами и падениями, с радостями и слезами, с нежностью и грустью, с болью и счастьем неописуемой радости. И внутри так стало спокойно и трепетно от осознания своей завершённости. Я бы даже смело сказала — своей целостности. И какое же это состояние...

— Почему же я не могу описать его словами? — просто прокричала я в своей голове.

И тут я понимаю: я не говорю слова, а просто слышу себя в себе. Так отчётливо, что нет нужды в произношении звуков.

— Интересно! А смогу ли я что-то сказать?

И я попыталась вымолвить слова, но получился странный звук — словно колокольчики на ветру.

— Удивительно! Вроде в прошлый раз такого не было у меня... Аааа, я тогда не так светилась и не так танцевала. Или нет?

Так, нужно вспомнить...

— Ой, так это же было не здесь. Хотя здесь я была, но нужно было вернуться. Просто очень нужно...

А внутри всё словно наполнялось светящимися искрами — маленькими разноцветными частичками, которые, словно живые, так же очаровательно танцевали.

— Ха-ха-ха!

Как же мне смешно — и видеть, и ощущать их в себе! Словно щекотка на теле, которого уже нет. И от этих ощущений меня, словно пушинку, стало поднимать всё выше и выше. И тут я разглядела, что окутана энергиями, которые так похожи на электрические разряды. Но они были только вокруг меня, а дальше — размытые пятна, как будто у меня очень сильно испортилось зрение. Хотя они всё же забавные, хоть и размытые.

А я лечу дальше, и мой кокон из энергии проходит сквозь разные оболочки, как у мыльного пузыря, и они тоже переливаются разными цветами. И чем выше я поднималась, тем больше было цветов — настолько воздушных, что казались вкусной сахарной ватой. Но вата эта была неосязаема, она была словно миражом, который исчезал при соприкосновении с ним.

Мне так нравилось видеть все линии и формы, которые пролетали мимо меня — или я пролетала мимо них. Видение завораживало моё воображение, на которое уже не хватало мыслей. А ведь при жизненном Пути у меня было очень много мыслей. А тут я словно замерла от такой дивной красоты — она просто менялась, искрилась и переливалась, обретая различные формы.

Я так засмотрелась, что не заметила, как набрала скорость в полёте и перестала замечать, сколько уже пролетела оболочек. Как вдруг почувствовала удар, словно молнией. И от этого меня сильно отбросило в сторону.

Я даже почувствовала лёгкое головокружение. Немного придя в себя, я поняла, что почти лежу на какой-то поверхности и начинаю различать очертания предметов, которые находились рядом.

А нет, это не предметы, это формы — только более твёрдые. По крайней мере, так показалось на первый взгляд.

Пока я всматривалась в очертания воздушных форм вокруг, в моей голове отчётливо прозвучал чей-то голос:

— Ой, как же больно... Или это не боль, но ощущения очень похожие на боль. Кто вы? Вы так неожиданно появились, что я не успела увернуться в сторону.

Я сразу не поняла, что голос в голове принадлежит не мне, а другому существу. И тут я увидела её — когда немного повернула голову.

Как же она была красива! От такой дивной красоты у меня расплылась улыбка и всё внутри замерло от восхищения. Некоторое время мы с ней смотрели друг на друга, не отводя глаз. И самое странное — мы обе улыбались от восхищения.

Тут незнакомка первая пришла в чувство и подлетела ко мне. Именно подлетела, а не подбежала. Взяв меня за руки, она словно кричала в моей голове:

— Как ты прекрасна!!! Как ты восхитительна! Как же ты светишься — глаз не отвести! Кто ты? Как тебя зовут? Как ты здесь оказалась? Расскажи мне о себе!

А я не могу вымолвить ни слова. Только очень хочется держать её за руки и танцевать. И она, понимая меня без слов, тоже заулыбалась в согласии. Мы закружились в танце радости и счастья. И от этого чувства внутреннего подъёма эмоций мы обе засмеялись, и в пространстве зазвучало столько дивных звуков колокольчиков, что мы замерли и безотрывно смотрели друг на друга.

Даже не знаю, сколько прошло времени — и было ли оно. Но когда звук эха наших колокольчиков исчез, мы стали слышать друг друга.

Первая начала я:

— Какая ты смешная! Столько вопросов сразу задала мне. Дай хоть отдышаться от кружения и звуков наших смешинок.

И, переведя дух, продолжила:

— Привет, малышка! Спасибо большое за такие комплименты! Ты тоже очень красивая и искрящаяся. Меня зовут Искорка. А здесь я оказалась, потому что летела вверх — или ввысь. Просто меня несло, как пушинку, энергиями вокруг меня. А как тебя зовут?

Красивая малышка, похожая на удивительно милую, даже сказочную девушку, заулыбалась мне так широко и по-доброму, что и у меня улыбка сама расползлась по лицу. Мы опять какое-то время улыбались друг другу, и я услышала её звонкий голос в своей голове:

— Привет! Меня зовут Толика. Я здесь уже довольно давно. Мне здесь очень нравится, я столько всего сотворила! Пойдём со мной, я покажу.

Не успела я опомниться, как она так сильно потянула меня за руку в сторону, что у меня в глазах всё поплыло от ярких вспышек. Пока я пыталась эти вспышки соединить в форму, мы с Толикой остановились, и в глазах у меня начали проступать очертания. От увиденного у меня перехватило дыхание — хотя до этого я его даже не замечала. Теперь же я точно осознала: я перестала дышать от восхищения.

Перед моим взором открылся сад дивной красоты. Таких разнообразных цветов с небывалыми оттенками я никогда не видела. А как они переливались в лучах солнца! Солнца здесь было невероятно много, и лучи пронизывали всё пространство и все формы вокруг. Но это ещё не всё. Вокруг дивных цветов были пушистые облака, и цветы словно росли прямо из них. А между ними проходили извилистые дорожки, обрамлённые арками с вьющимися цветами.

И у меня в голове — и, кажется, у Толики тоже — прозвучал крик полного восторга:

— Боже, как же это красиво! И это ты сотворила сама?

Толика посмотрела на меня загадочно, но с таким полным удовлетворением от своих творений, что её аккуратный маленький носик словно чуточку пополз вверх. В расплывшейся улыбке я услышала звучание колокольчиков, а в моей голове — её голос:

— Конечно, я сама! Значит, тебе понравилось? Это долгий и кропотливый труд моих мыслей. А куда ты так спешила, когда мы с тобой столкнулись?

Тут мы с Толикой очутились на просторной веранде, усыпанной цветами, светящимися лампочками и колокольчиками, которые, как и её смех, удивительно пронзительно звучали на ветру. А от открывающегося вида на озеро с лотосами разных оттенков мне захотелось хлопать в ладоши. Лотосы плавно качались на ровной глади воды, переплетаясь с солнечными лучами и переливами в отблеске гладкого зеркала озера. Вид такого диковинного колебания на ровной, без единой ряби поверхности воды меня удивил и озадачил: как такое может быть?

Толика сразу поняла моё удивление и невозмутимо сказала:

— А мне нравится вода без ряби и движения. Я люблю ветер — его здесь, кстати, много, — но очень хотелось видеть ровную гладь воды. Для меня она не просто зеркало, а словно гармония пространства. От такой ровной поверхности так сильно отражаются лучи света. Они размножаются и переплетаются, вырисовывая в пространстве такие диковинные узоры, что я сижу здесь бессчётное множество времени, просто любуясь формами.

После недолгой тишины она спросила тихо:

— Так ты мне не ответила: куда ты так спешила?

— Ой, точно. Не ответила. Прости. Понимаешь, я летела дальше — продолжать свой Путь.

Толика удивлённо расширила глаза и затараторила в моей голове:

— Как так? Отсюда нет выхода, я проверяла. Это последнее измерение. Это мой добрый мир, который я создаю своими мыслями и живу в них. Они прекрасны. Тебе ведь понравилось?

— Да, мне очень понравились твои творения! Но почему ты считаешь, что дальше нельзя? Я точно ощущала, что мне дано продолжить Путь не здесь. И я ясно осознавала, что закончила его в этом мире.

И Толика, немного помолчав, начала свой рассказ:

— Понимаешь, мне как-то сделалось очень грустно после того, как меня покинула подруга. Мы с ней так долго дружили! Вместе создавали и пробовали первые творения, которые не сразу получались — от неуверенности в своих возможностях. Понимаешь, однажды — раз! — и её не стало. Накануне мы разговаривали о любви мамы — о том, как от такой любви внутри тепло и радостно. Она делилась воспоминаниями, как её мамочка очень любила и оберегала, всё время говоря, что очень любит её. Мы не могли подобрать нужных слов, чтобы описать любовь мам к своим деткам. Наши воспоминания перебивали друг друга, и каждое было таким ярким и пронизывающим, словно тепло родных рук, из которого так не хочется уходить. Только и хочется, чтобы эти ощущения незабываемой, обволакивающей нежности не исчезали, а длились и длились вечно. Как же было блаженно вспоминать это с ней! Я, закрыв глаза, растворялась в своих воспоминаниях, а открыв — увидела, что её не стало. Она просто исчезла. Я была напугана и стала судорожно везде искать её, но её нигде не было.

— Странно... — пробормотала я себе под нос. — А давай попробуем подняться ввысь. Может быть, она там?

— Хорошо, давай попробуем.

В один миг мы уже летели вверх на большой скорости. Я снова увидела вокруг себя энергии из разноцветных линий, и теперь к ним добавились светящиеся точки. Удивившись новым изменениям, я посмотрела на Толику, которая крепко держала меня за руку, летя рядом. По её целеустремлённому лицу я поняла, что это она испускает такие светящиеся точки.

И тут я почувствовала, словно меня связали за руку и держат — поэтому я не могу лететь дальше. Очнувшись от резких ощущений, я увидела, что наполовину вылетела из прозрачного пузыря. Он, как и все другие, был похож на мыльный разноцветный пузырь.

«Но почему же я не лечу дальше?» — возник вопрос в моей голове. И, опустив глаза, я встретилась с испуганным взглядом Толики, которая крепко сжимала мою руку своими двумя руками. В её глазах было столько мольбы, чтобы я не улетала, что я опустилась к ней.

— Значит, это правда, что это не последний мир?

— Так, без паники. Сейчас во всём разберёмся.

Я напряглась, задавая себе вопросы: что, зачем и почему. И в моей голове поплыли мысли стройной цепочкой, которую мы обе слышали:

Толика поёжилась и, вдруг встрепенувшись, задала вопрос, который был далёк от продолжения Пути:

— А ты помнишь, откуда ты?

— Конечно. Так и ты оттуда! А ты разве не помнишь?

— Нет. Я не помню, что там... Расскажи мне — может, и я вспомню... Ты говоришь, есть много миров.

Взгляд её при этом как-то поник, и она словно смотрела сквозь меня куда-то вдаль.

Я понимаю: если сейчас начну говорить, то могу её расстроить. Поэтому решаю понемногу выдавать информацию, о которой она, видимо, не знает.

— Давай начнём с мира, в котором ты находишься. Посмотри на него. Ведь он тебе нравится?

— Конечно! Здесь я всё создаю сама.

— Хорошо. Это твой мир — мир без оболочки плотной материи, без физического тела, в котором тебя нежно любила мама. Его ещё там, в том мире, называют «раем». Но ведь это твой мир. У тебя здесь была подруга, которая находилась с тобой в одном колебании — вы вибрировали на одной частоте. Видимо, в том, физическом мире вы своим внутренним состоянием были очень схожи. Идентичны, как близнецы или как зеркальное отражение друг друга. И этот мир тоже является зеркалом, только немного в другом ракурсе, чем вы с подругой. Этот ракурс больше по массе, или гравитации.

«Что такое гравитация? Это масса плюс энергия. Масса — это форма, материя. А энергия — это движение, импульс между нейронами».

Хотя это слишком сложно. В том мире у тебя была — или будет, если ты захочешь, — плотная оболочка. Она создана очень умно, настолько, что именно она помогает тебе строить там «свой» мир. Ты строишь его своим вниманием, памятью и отношением к окружающей действительности. Именно из этого у тебя появляются мысли, слова и действия, с помощью которых ты создаёшь свой собственный мир там. Получается, ты словно волшебник, который творит пространство. Это очень похоже на то, что ты делаешь здесь. Только тут ты не ощущаешь границ в своих мыслеформах.

Ты никогда не задавала себе вопрос: «Почему»?

— Нет. Здесь это словно обычное дело. Я как будто знала это всегда.

— Правильно — ты знала это всегда! А там ты дополняешь свою яркость опытом. Там ты пополняешь свою память. Поэтому и нужно проживать все чувства и эмоции, чтобы осознать, как можно меняться...

Понимаешь? А то, что ты ещё здесь и не летишь как я в другой мир, это говорит о том, что ты ещё не обрела все оттенки и не познала целостность от понимания, чем полезна мудрость для того, чтобы Быть. Но ты можешь сделать это сейчас — просто подумай, что бы ты хотела ещё испытать. Вот твоя подруга сильно захотела испытать любовь и заботу мамы, которую она, по её мнению, когда-то недополучила. Поэтому она идёт дальше.

— Получается, и я так могу! — задумчиво произнесла Толика. — А всё же, какой он — тот мир, откуда мы все пришли?

— О-о, он очень прекрасен. Его, правда, называют тьмой — те, кто в плотном мире. Но это не та тьма, к которой люди привыкли. Она совсем не чёрная и не страшная. Она обволакивает и накрывает спокойствием, которое настолько умиротворяет, что сложно подобрать описание.

— Как же это упоительно звучит... Твой голос в моей голове, как дивная мелодия, расплывается и дарит счастье. Расскажи ещё! Так хочется тебя слушать и слушать...

Глаза Толики стали настолько вопрошающими, что мне не хотелось её огорчать отказом. И я начала свой рассказ — о воспоминаниях нашего места рождения...

Продолжение следует...